Простые сложности - Алина Аркади

Понимаю, что злость окутывает, хотя, я не в том положении, чтобы высказывать свою точку зрения, потому что именно Алилова легко может лишить меня работы, в которой я сейчас так нуждаюсь.

‒ Нин, мне, как матери двоих детей, тоже неприятно, ‒ успокаивает меня начальница, ‒ но на правах босса ей, увы, позволено говорить всё, что вздумается. В остальном она вполне адекватная и грамотная. Дело своё знает, в дебри не лезет, тупых распоряжений не выкатывает, рабочий день нормированный, премии имеются ‒ небо и земля по сравнению с Авдеевым.

‒ Интересно, как её муж относится к этой позиции? Она ведь жена генерального, судя по фамилии?

‒ Да, Сергея Нигматулловича. Не знаю, как относится, ‒ пожимает плечами женщина. ‒ Женаты они лет восемь, или вроде того. Вероятно, разделяет её мнение.

‒ Что странно, ‒ бурчу под нос.

‒ Что именно? ‒ вскидываю взгляд, опасаясь говорить. Я к Уваровой отношусь положительно, но неизвестно, насколько в тесных отношениях она с новым боссом. ‒ Говори уже. Всё останется в этом кабинете.

‒ Он же нерусский? Так?

‒ Да, татарин.

‒ Тем более удивительно отсутствие детей. Насколько я знаю, продолжение рода обязательно в таких семьях. Именно для этого её и создают.

‒ Вероятно, семья не наседает, ‒ разводит руками. ‒ Этого мы никогда не узнаем.

‒ А второй генеральный? ‒ вспоминаю, что компания поделена на две части.

‒ Красовский? ‒ киваю. ‒ Был женат.

‒ Развёлся? Ушёл к другой?

‒ Ты же не знаешь… ‒ задумывается, потирая переносицу. ‒ Ты уже в декрете тогда была… Да, точно! Его жена и маленькая дочка погибли в аварии.

‒ Ох, ‒ только и хватает сил, чтобы выдохнуть. Даже боюсь представлять своё состояние, если с Егоркой что-то случится.

‒ Да. Это было неожиданно. Я по приказу Авдеева каждый месяц в главный офис с докладом ездила. Красовский всегда был с Алиловым, всё решали вместе, но после гибели семьи он на время отошёл от дел. Больше полугода мне не попадался, а потом всё в норму пришло. Только до всех этих событий болтуном был, рот не закрывался: с каждым пошутит, комплимент девушкам отвесит, всегда с улыбкой на лице, жизнерадостный. А потом стал сдержанным, задумчивым и взгляд, как у побитой собаки.

‒ Да, ‒ хмыкаю, уставившись в окно, ‒ интересное сочетание: один страдает по потерянному ребёнку, второй этого самого ребёнка не хочет.

‒ Не утверждай, ‒ обрывает Светлана Владимировна, ‒ это Полина не хочет, а мнение самого Алилова мы не знаем.

‒ Да, согласна с вами. Он ведь ничего такого не говорил?

‒ Я не слышала. И вообще, сколько с ним общалась, он личным никогда не делился.

Всё это время Аня крутит головой, переводя взгляд с меня на Уварову, но участия в нашем разговоре не принимает. Сейчас она напоминает меня, когда я только-только пришла работать в «Эвиту»: экономист с красным дипломом, но без опыта работы почему-то приглянулся начальнику отдела Уваровой Светлане Владимировне. Собственно, именно благодаря ей я и оказалась в филиале компании, занимающейся крупными перевозками по всей стране. Два месяца испытательного срока с окладом в пятьдесят процентов, а дальше полноценный доход и желание учиться. А через год декрет, за время которого вся усвоенная информация померкла на фоне проблем с ребёнком.

‒ Аня, ты замужем? Дети есть?

‒ Нет. С парнем встречаюсь, пока не спешим себя узами брака связывать. Но семьи знакомы, ‒ торжественно заявляет, радуясь, что с проблем боссов мы переключились на её личную жизнь. ‒ Сева у меня такой хороший.

‒ Все они хорошие, когда спят зубами к стенке, ‒ бурчит Уварова, перекладывая документы. ‒ Ты главное розовые очки сними и рассмотри его внимательно, чтобы потом не удивляться. А то сначала «он хороший», а потом «как он мог так поступить?», ‒ всплёскивает руками, цокая, и девушка сразу сжимается в комок, с опаской поглядывая на начальницу.

«Как он мог так поступить?» ‒ я задаю себе этот вопрос каждый день на протяжении последних нескольких месяцев. Такая же, как Аня, свято верила, что Юра – моя судьба, один раз и навсегда. Не один и на шесть лет. Срок годности у нашей вечной любви истёк.

‒ Ладно вам, Светлана Владимировна. Каждый учится на собственных ошибках. Всё равно ведь не переубедим.

‒ Да. Делай выводы сама, Аня.

На этом обсуждения заканчиваются, и мы погружаемся в работу. А с ней, кстати, сразу же появляются и проблемы, потому что я многое забыла. Отделы переформированы, объединены или же переименованы. Вид и форма документов изменились, появилось много новых инструментов для работы. Чувствую себя самым глупым в мире человеком, который не понимает элементарных вещей.

Светлана Владимировна успокаивает, как может, что ей, кстати, совсем несвойственно. Терпение – не основная её черта. Безгранично благодарна сдержанности начальницы, которая несколько часов показывает, рассказывает и не повышает на меня голос.

Под конец рабочего дня просто валюсь с ног, хотя весь день просидела перед монитором компьютера, лишь ненадолго прервавшись на обед. Выхожу из офиса, как на свободу. На улице пасмурно, моросит дождик, но меня даже это не расстраивает. Единственное желание ‒ добраться домой.

‒ Устала? ‒ сестра встречает вопросом, когда я, сняв один ботинок, оседаю на пуф в прихожей.

‒ Даже не представляешь, как. С таким воодушевлением бежала утром на работу, даже не думая о том, что так тяжело будет возвращаться.

‒ Ладно тебе, Нин, всегда проблематично снова вливаться в систему. Но ты справишься: ради себя, ради Егора.

Подходит, снимая с меня второй ботинок, и тянет за руку подняться.

‒ Пошли. Я ужин приготовила. Мальчишки уже поели.

Плетусь на кухню, по пути отмечая, что ребята вполне мирно играют в детской. День порознь сказался на желании совместных игр и общения. Они ходят в один сад, но в разные группы, и по будням в квартире намного тише, чем на выходных.

‒ Ну, что? Как прошло? Что нового?

‒ Прошло ‒ тяжело. Три года бездействия не прошли мимо, ‒ беру вилку, нанизывая помидоры и с удовольствием заполняя пустой желудок. ‒ Из нового: босс ‒ женщина, жена одного из генеральных. Я тебе когда-то рассказывала, что их двое, ‒ Янка кивает. ‒ Она чайлдфри, то есть сознательно не желает иметь …

‒ Я знаю, что это значит, ‒ обрывает сестра.

‒ Так вот, видимо, если Егор заболеет, станет твоей проблемой. К больничным по уходу за ребёнком Алилова относится отрицательно. Прости,