Где клады зарыты? - Сергей Венецкий

Дождавшись ночи, инкоси повелел носильщикам рыть две глубокие ямы. Туда они опустили оба сундука и завалили их сверху множеством камней. Еще до рассвета приближенные вождя убили этих носильщиков: они теперь знали слишком много. Но недолго оставалось жить и самому Лобенгуле, которого буквально терзала жестокая тропическая малярия. В один из приступов измученный лихорадкой верховный вождь матабеле заснул, но проснуться ему уже было не суждено.

Как развивались события дальше? Среди немногих лиц, знавших тайну клада, был некто Джэкобс — переводчик и личный секретарь Лобенгулы. Мысли о возможности откопать похороненные драгоценности не покидали его ни на час, по понадобились долгие годы, прежде чем он сумел лишь немного приблизиться к осуществлению своей мечты. Сложность заключалась в том, что Джэкобсу, личность которого была хорошо известна недавним врагам его покойного «шефа», проникнуть на территорию Мозамбика, где хранился клад, не представлялось возможным. Что же предпринять? Поскольку недалеко располагались колонии Германской империи, Джэкобс решает привлечь в качестве компаньонов двух немцев и делится с ними тайной. Те охотно принимают предложение, отправляются к берегам Замбези, ищут в указанном месте клад, по, увы, найти им ничего не удается.

Проходят годы. Над странами Европы, Азии, Африки вспыхивает пожар первой мировой войны, в огне которой теряются следы Джэкобса, а Германия лишается своих африканских колоний. Спустя примерно два десятка лет архивные немецкие бумаги с отчетом о неудачном походе за кладом Лобенгулы попадаются на глаза южноафриканскому землеустроителю Литтону. Но прочесть отчет оказалось непросто: он был написан шифрованным текстом. Утешало то, что к отчету прилагалась поисковая карта, на которой кое-что представлялось возможным понять. Обуреваемый желанием разбогатеть, Литтон отправляется в Мозамбик, выходит в районе, помеченном на карте, на левый берег Замбези и вместе с помощниками принимается за работу.

В поисках и раскопках неделя проходит за неделей. Предприимчивый землеустроитель уже начинает сомневаться в успехе, как вдруг приходит первая удача: обнаружены останки тех несчастных носильщиков, которые, согласно легенде, зарывали клад, за что и поплатились жизнью. Надо рыть дальше. Но первая удача стала и последней: вырытая яма неожиданно обвалилась и засыпала несколько человек. Пришлось сворачивать работы.

Не терявший поначалу надежды вернуться сюда снова Литтон в конце концов оставил эту затею, поскольку выяснилось, что на легендарный клад есть много законных и незаконных претендентов, а вести поиски втайне вряд ли бы удалось. Искать же драгоценности, чтобы потом отдать их кому-то, он посчитал занятием неблагодарным. Более того поговаривают, будто бы однажды землеустроитель все же наведался сюда, но лишь для того, чтобы замести следы своих раскопок.

На этом в истории легендарных африканских сокровищ можно было бы поставить точку. И все же, пожалуй, более уместен в данном случае вопросительный знак, который оставил нам в наследство знаменитый Лобенгула. Удастся ли заменить знак вопроса точкой — покажет время.

…Мы поведали лишь о незначительной части «именных вкладов» (впрочем, рассказ о двух из них еще впереди), но сколько еще подобных кладов, которые история связывает с реальными лицами прошлого, ждут своих открывателей. Ведь доподлинно известно, например, что большие ценности спрятал в начале XVIII века в Поволжье, недалеко от Урюпинска, предводитель крестьянско-казацкого восстания Кондратий Булавин.

Где-то в лесных болотах Горьковской области покоятся богатства знаменитого в России разбойника Коровина, грабившего в своих владениях богатых купцов и проезжую знать. Огромный клад, состоящий из 26 ящиков с золотом — около 50 пудов — зарыт в конце 1919 года по приказу «верховного правителя российского государства» адмирала А. В. Колчака в Сибири у станции Тайга.

Обретут ли эти клады когда-нибудь новую жизнь?

Тайны трех океанов

— Надеюсь, вы слышали об этом Флинте?

— Слыхал ли я о Флинте?! воскликнул сквайр.

— Вы спрашиваете, слыхал ли я о Флинте? Это был самый кровожадный пират из всех какие когда-либо плавали по морю. Черная Борода перед Флинтом младенец. Испанцы так боялись его, что, признаюсь вам, сэр, я порой гордился, что он англичанин.

Должно быть, вы догадались, откуда взяты эти строки. Конечно же, из романа замечательного английского писателя Роберт Льюиса Стивенсона «Остров сокровищ» книги, которой вот уже более ста лет зачитываются мальчишки всего мира. Кто из нас не помнит хитрого морского волка одноногого Джона Сильвера и хриплые крики его зеленого попугая: «Пиастры! Пиастры! Пиастры!» Вместе с героями бессмертного романа мы отважно пускались в дальнее плавание на шхуне «Испаньола», направляясь к загадочному острову, где нас ждали невероятные приключения и серебряные слитки, награбленные зловещим пиратом Флинтом.

С тех пор как на морских дорогах появились джентльмены удачи, — одна за другой начали рождаться легенды об их баснословных кладах, спрятанных в укромных уголках островов и островков, которые разбросаны на бескрайних просторах трех океанов — Тихого, Атлантического и Индийского. Миллионные суммы, которыми обычно оцениваются мнимые и вполне реальные пиратские клады, имеют под собой почву: объектами флибустьерских «забот» часто становились испанские галеоны, на которых в Европу переправлялись астрономические количества драгоценных металлов, награбленные у ацтеков, инков, майя и других народов Нового Света. Вот уж где как нельзя кстати поговорка: «Вор у вора дубинку украл».

Легенды о пиратских миллионах живут по сей день, питая надеждами легионы мечтателей и заставляя их беспрестанно высаживать поисковый десант на берега островов сокровищ. Возьмем и мы курс к этим таинственным островам, которые история морского разбоя связывает с именами Генри Моргана, Уильяма Кидда, Эдварда Тича по кличке Черная Борода и других знаменитых пиратов.

Первую остановку мы сделаем, пожалуй, у острова Кокос, затерявшегося в экваториальной части Тихого океана, примерно в трехстах милях от побережья Коста-Рики. Но размерам, топографии и другим внешним признакам этот необитаемый клочок суши поразительно напоминает стивенсоновский остров сокровищ. Может быть, поэтому многие исследователи считают, что именно Кокос послужил писателю прототипом его географического «героя».

Гостеприимным остров не назовешь: прибывших сюда встречают тучи москитов и полчища красных муравьев, бдительно охраняющих тайны скалистых берегов и тропических зарослей. Укусы этих тварей вызывают болезненный зуд, тело покрывается язвами, и лишь у самых настойчивых кладоискателей не возникает желание плюнуть на все и поскорее отправиться отсюда восвояси. Не будем и мы высаживаться на берег, тем более что бурный прибой грозит вот-вот перевернуть шлюпку, а ограничимся лишь знакомством с историей острова.

Как свидетельствует летопись морских грабежей, первый крупный клад зарыл на острове Кокос во второй половине XVII века один из самых знаменитых пиратов англичанин Генри Морган. В 1668 году он овладел панамской гаванью Портобело, куда стекалось золото из южноамериканских колоний перед отправкой в Испанию. В последующие три года пират успешно разграбил венесуэльский город Маракайбо, а затем ему удалось захватить столицу Панамы, носящую то же название. Все эти набеги сопровождались соответствующими «финансовыми операциями», и богатство Моргана росло как на дрожжах, а сам он к тому времени обрел славу короля пиратов.

Раздосадованное потерей огромного количества золота правительство Испании обратилось к английскому королю Карлу II с требованием наказать его дерзкого подданного, однако глава государства, с которым Морган успел поделиться награбленными драгоценностями, счел нужным поступить иначе: он возвел полезного пирата в рыцарский сан и назначил командующим морскими силами Ямайки, а вскоре и вице-губернатором острова. Но спустя некоторое время кто-то донес Карлу II, будто бы Морган утаил немалую часть золота, «добытого» в Панаме, и припрятал его на острове Кокос. Одно дело, когда грабят испанских грабителей, и совсем иное дело, когда обижают тебя самого. Возмущенный до глубины души английский король под каким-то благовидным предлогом заманил короля пиратов, работавшего по совместительству вице-губернатором, в Лондон, где попытался выведать тайну клада. Но Морган не признался ни в каких грехах против своего августейшего хозяина, и тому ничего не оставалось делать, как расстаться с мыслями о «кокосовом» золоте.

Однако и Моргану не суждено было пополнить этими богатствами свое и без того немалое состояние. Жить ему оставалось уже недолго, и, когда в 1688 году бывший пират и «крупный государственный деятель» умер, вместе с ним ушла в могилу тайна его клада на острове Кокос. Да и кто знает зарыл ли он действительно там золото, или просто-напросто завистливый анонимщик свел с ним свои счеты?