Закон дитто - Анна Щучкина

откинул назад, рот раздался, словно пасть артама. И с чавкающими, булькающими звуками начал вытаскивать…

Блеснула сталь, отражая призрачный голубой свет, щербатая гарда, зазубрины на клинке, и, наконец, вот…

Меч Александра, покрытый слизью и чем-то бурым, покоился в руке Наставника, гордо воздетой над головой.

– А вот и меч! – радостно воскликнул Наставник.

Киса поднял голову и стал напряженно принюхиваться. Аллистир пораженно уставился на меч: некромант, конечно, слышал о Наставнике, но не знал, что тот не просто старое чудаковатое существо, определение которому не мог дать даже всезнающий Костераль.

– Как вы… – начал Аллистир, но Наставник одним скачком оказался возле него и взмахнул мечом, чуть не отрубив кончик носа. Аллистир успел вжаться в стену, но прядь волос полетела на пол.

– Фокус-покус-проглотус!

Точно запомнил его вздох.

Блисс захлопал в ладоши и отвесил почти шутливый поклон:

– Мое почтение искусному фокуснику. – Наставник довольно заулыбался. – А хотите расскажу историю?

– Нет! – вскричали мы все одновременно. Почти все – Наставник лишь кивал и кивал, ожидая историю.

Блисс обиженно насупился, подойдя ближе к Наставнику. А затем подхватил кинжал и подбросил. А потом ловко достал еще несколько кинжалов и начал жонглировать ими.

– А так сможешь? – Наставник подбросил меч и сам одновременно подпрыгнул, сделал в воздухе колесо, поймав меч и приземлившись в том же месте.

Блисс по очереди схватил каждый из кинжалов и подбросил их вверх. А затем поймал два рукой и два ртом.

Наставник в восхищении захлопал в ладоши (меч оставался в его руке) и затем протянул Блиссу меч:

– Нарекаю тебя самым ловким ловкачем на всем прогнившем континенте!

Блисс заулыбался и быстрым движением вложил кинжалы туда, откуда и достал, – под кожаную куртку.

– Аллистир, возьми клинок, – напряженно бросил Костераль, но Блисс, расхохотавшись, выхватил его из рук Наставника, в несколько прыжков оказался возле меня, встал на колено и протянул меч Александра. Аллистир, не ожидавший подвоха, произнес что-то на некромантском наречии, и возле его рук засветились, зашелестели зеленые души.

– Верни. – Три голоса вместо одного произнесли слова, когда Аллистир открыл рот.

Губы Блисса побледнели, но он не дрогнул. Капля пота скатилась по его виску. Тяжело не отвечать на зов мертвых.

– О, благодарю, – проговорил я, принимая меч. Легким гудением отозвалась сила. Блисс, поморщившись, потер покрасневшие руки. Он не был дитто, и прикосновение к мечу обжигало его.

Конечно, я знал, что Наставник обожает фокусы. А мне нужно было преимущество перед правителем Сожженных земель.

Вот так и появился небольшой, крохотный план, завязанный в основном на импровизации и старых привычках Наставника.

– Рейн?.. – Костераль жадно пожирал глазами клинок, но даже на шаг не сдвинулся с места. По его рукам скользнули искры, на мгновение осветив кольцо с кроваво-красным рубином на левом безымянном пальце.

– Братец, пять лет назад ты без колебаний провернул ту сделку с императрицей. Я тебе… – я посмотрел на клинок и имя, вырезанное на нем, – слегка не доверяю. В какие игры ты играешь?

Костераль скрестил руки на груди. Аллистир встал подле своего господина. По его лицу бегали тени, искажая черты так, что в какой-то миг казалось – на тебя смотрит иное существо. Или даже иные. И эта подернутая зеленью радужка…

Поднявшееся напряжение разорвал веселый свист Блисса. Наставник с готовностью поддержал его притоптыванием и хлопками.

Я наконец-то мог вдохнуть полной грудью – Аниса вернется в Таррванию, в этом не было сомнений.

– Давай-ка поговорим с тобой, братец. Почему ты вышел на связь только через пять лет и каким образом ты, тот, кто всегда первым находил Александра, в последний раз «упустил» и позволил стражам заграбастать его? И как ты собираешься найти Анису теперь?

– Рейн, ты не там ищешь предателей, – спокойно ответил Костераль.

– Убеди меня, – улыбнулся я в ответ.

– Я… не могу.

– Не хочешь?

– Не могу.

Дождь отчетливо и настойчиво барабанил по окну. Всполохи молний все чаще озаряли море. Наконец с яркой вспышкой и последующим грохотом разорвалось небо прямо над нами, заставив встать дыбом волосы на голове, руках, пропитать воздух свежестью и силой.

Я вобрал молнию, сведя до минимума ущерб для маяка. Дитто черного дракона был для них сродни магниту – притягивал, особенно в сезон дождей. А «переходя» в меня, молнии заряжали и кристально точно выравнивали связь с драконами, настраивая ток силы на еще больший заряд.

Я был на пике силы и представлял опасность даже для всемогущего Костераля. И он прекрасно знал об этом.

– Мне казалось, что мы планируем свергнуть императора вместе, верно? И ты милостиво уступил трон мне. Костераль, за мной стоят морской народ и верность опальных домов. Уже сейчас посланники – как мы с тобой и договаривались – отправлены к забытым домам Таррвании. За тобой же стоит возвращение Анисы. Ибо я, разрази меня десяток драконов, совершенно не разбираюсь в порталах. А ты, как последний дитто огненного дракона, обещал, что вытащишь ее с той стороны раньше стражей и имперцев.

– Есть те, кто хочет естественного хода истории. Восстановить баланс они тоже хотят, но смотрят на это очень своеобразно, поэтому не все идет по оговоренному плану. Я пытаюсь найти их следы… но они хорошо маскируются. Поэтому придется поднести факел к Таррвании.

– О чем ты?

– Нужно отвлечь императора от внутренних распрей.

– Только не говори, что…

– Да.

С моих губ сорвался стон. Конечно, что он еще мог придумать!

– Ты собираешься разжечь войну за спорную территорию. Вечные пустыни, оссаклы и лунные отродья…

Костераль улыбнулся – открыто, легко.

– Я тебе все рассказал. Отдай мне меч, иначе я не смогу найти Александра.

Я вновь взглянул на клинок.

– Ты хотел сказать… Анису?

Костераль раздраженно вздохнул, отчего Киса недовольно зашипел – нападки на хозяина, пусть даже такие, не одобрялись малышом.

– Рейн, ты ведь уже почувствовал силу. Я отдал императрице кость, хранящую след силы белого дракона, след его души. Того самого дракона, который был близок Александру. Но артефакт, которым он пользовался перед смертью, – сильнее. Как только мы окажемся на той стороне, нить протянется между мечом и Александром.

Я никогда не был на той стороне. Знал лишь, что всех таррванийцев, все побочные ветви всегда тянуло обратно, – и все. Но в природу связи не углублялся.

– Законы того мира отторгают магию. Так же как и наш мир отторгает их технологии. Но магия смерти – то, что неизменно на любой стороне. Я убедил всех – даже ты мне поверил, – что цикл перерождений прервется. Но сила Джеймса вступила в контакт с Александром, поэтому маррдер мертв, а дитто – жив. Пять лет пришлось