Право первой ночи для Лорда Тьмы - Коротаева Ольга

– И никто из девушек не нужен.

Вирг приподнимает ладонь, делая неопределённый жест:

– Что натолкнуло вас на эту странную мысль?

– Второй лорд, – отвечаю спокойным тоном, хотя сердце колотится как ненормальное, а горло то и дело перехватывает спазмом. Не позволяя себе отвести взгляда, делаю вид, что созерцание обнажённого тела мужчины ничуть меня не смущает. Словно мы беседуем в приёмной моего отца, и я в полной безопасности. – Вам было нужно, чтобы он убедился в силе вашей власти. Потому всех девушек привели в ваш кабинет. Это было представление. А чтобы у Ширигета не возникло ни единого подозрения, вы приказали привести меня в свою спальню. Достаточно громко, чтобы лорд это услышал.

Высказавшись, судорожно втягиваю воздух и сжимаюсь, как пружина, готовая в любой момент бежать или кричать… И то и другое бесполезно, но я не желаю ощущать себя беспомощной жертвой.

– Вот как? – Уголок его рта дёргается.

Кожей ощущаю на себе изучающий взгляд лорда, будто Вирг на самом деле прикасается ко мне. По телу пробегают мурашки, колени дрожат. Неожиданно северянин спускает ноги с кровати, и я невольно отворачиваюсь. Накатывает дурнота – потому что не заметить того, о чём рассказывала нянюшка, трудно.

Вирг поднимается и неторопливо надвигается на меня, будто огромная скала, гора мышц. Делаю шаг назад, второй, пока не упираюсь спиной в стену, придавленная непостижимо тяжёлой аурой монстра. Но головы не опускаю, держась за свои выводы, как утопающий за соломинку.

– Вы добились своего. – Голос дрожит, выдавая меня с головой. В нос ударяет аромат соли и тёплого мускуса. Я шепчу, теряя последние крохи самообладания: – Отпустите нас…

Глава 6

Меня трясёт так, что зуб на зуб не попадает. Звенящие волнением голоса окружающих меня перепуганных девушек сливаются в единый шум, и я не понимаю ни слова. Из-за слепящих белых одежд кажется, что я нахожусь не в покоях Ройепина, а далеко на севере, среди безликих снегов и во власти жестокого мороза. Такого же дикого, как лорд Тьмы.

Руки дрожат, то и дело подкатывает тошнота, а в голове стучит, будто набат, фраза: «Не отпущу, пока не наиграюсь». Сильный, низкий, пронизывающий ледяным холодом голос лорда. Думала, услышав это, потеряю сознание, но в следующее мгновение Вирг отдёрнул меня от двери и, распахнув её, вышвырнул из своих покоев, будто тряпичную куклу, и приказал страже отвести к другим.

До сих пор не верится в то, что произошло. Или не произошло… Возможно, мои слова удивили лорда. Я заметила, как его глаза сверкнули интересом. Сердце твердило, что я подобрала правильные выражения и попала в цель. Ведь он больше не приказывал мне идти к нему в постель. Или же я пожалею о том, как повела себя? Неповиновение и дерзость… Норзийцы не прощают подобного поведения.

– Разойдитесь, – сердито приказывает Лизия, пробираясь ко мне с кружкой. – Ей нужно попить воды.

Она опускается рядом со мной и осторожно подносит сосуд к моим губам. В глазах девушки я читаю ужас и безмерное сочувствие. Она думает, что лорд взял меня. Они все так считают. Я поднимаю голову и, с трудом фокусируя взгляд на лице подруги, стараюсь улыбнуться:

– Всё в порядке.

Но губы дрожат, голос не слушается, на глаза набегают слёзы. Девушки затаивают дыхание в ожидании продолжения, но я не могу рассказать им о том, что произошло. Мне и самой страшно вспоминать об этом. Отец часто журил меня за непокорность, верховная жрица отчитывала за частое нарушение правил. Да, мой характер не сахар. Но сейчас, когда всё позади, я удивляюсь самой себе. Своей безрассудной смелости и отчаянной дерзости. А ещё больше тому, что мне удалось выйти из покоев лорда непорочной.

Пока.

Адреналин затапливает тело, грудь трепещет от неровного дыхания, я изо всех сил пытаюсь сдержать рвущиеся слёзы облегчения и страха. И не знаю, что сказать девушкам. Передать слова лорда? Они и так напуганы до смерти, не спали до рассвета, ожидая моего возвращения.

– Правда, всё в порядке, – повторяю в наступившей тишине и растягиваю губы. – Я прождала лорда почти всю ночь. Он пришёл под утро и приказал мне выметаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Наверное, устал, – выдыхает кто-то. – Хвала милосердной Гетте!

– Но что будет завтра? – звенит мрачный голос другой девушки. – А нам ждать и бояться, кого же потащат следующей.

Я молчу, содрогаясь от жуткого предчувствия, что лорд ещё не закончил со мной.

«Пока не наиграюсь»…

Вскакиваю и с преувеличенным энтузиазмом осматриваю голые стены, грязный пол и сваленный в бесформенную кучу хлам:

– А здесь миленько.

– Орелия… – отшатывается Лизия, глаза её округляются в непонимании, появляется заикание: – Мил-ленько?!

– Чуть хуже, чем в храме, – подмигиваю я ей и решительными шагами двигаюсь к груде сломанной мебели и обрывков ткани. – Что тут у нас? О… Это же была кровать! Почти как у лорда в покоях. Те же опорные столбы с вырезанными головами львов…

Понимая, о чём говорю, осекаюсь и вновь содрогаюсь, вспоминая огромное мускулистое тело Вирга, возлежащее на пушистых шкурах. Хищник! Зверь без жалости. Зогг его побери! Встряхиваю волосами, выбрасывая жуткое видение из головы, и неискренне улыбаюсь подругам:

– Думаю, всем нам нужен здоровый сон на хорошей кровати, так?

Хватаюсь за злость и отчаяние, струящиеся из меня, и стараюсь перевести эту энергию в магию. Концентрация удаётся легко, хотя мне кажется, что я совершенно вымотана. Нити силы, выпущенные из моих рук, образуют изящный золотистый узор, наполняя деревянные обломки лёгким свечением.

– Они шевелятся! – вскрикивает Кирина, и в её голосе звенит смесь благоговения, изумления и опаски. – Смотрите, палки поднимаются!

– Тише, – осаживает её Лизия. Берёт девушку за руку и оттаскивает от меня: – Не мешай, а то всё испортишь. Это же магия!

– Мне бы так… – завистливо стонет самая младшая из нас, и я не сдерживаю улыбки.

Как знакомо её восхищение! Я так же смотрела, как работает отец, мечтая о благословении Гетты, чтобы помогать ему. Так ждала свадьбы с Сартеном! В груди холодеет при воспоминании о том, как, оглянувшись, я не увидела мужа…

Узор магии мерцает, теряя силу, и я сжимаю губы. Нельзя раскисать! Я не знаю, что случилось, почему исчез Сартен. Возможно, его оглушили стражи лорда, чтобы не вмешивался. А может, он хотел помочь нам выбраться, но не успел. Уверена, мой муж постарается вытащить меня из Ройепина. Возможно, он уже попросил у отца тысячу золотых и спешит с выкупом.

Думая об этом, я слежу, как сломанные палки неторопливо складываются в основание огромной кровати, на которой легко поместятся пять или шесть девушек. Если поставить к стене, то и семь. Щелчком пальцев смахиваю пыль с блестящей древесины и, когда лёгкий ветерок пролетает над моим возрождённым творением, отряхиваю руки:

– Отлично. А теперь матрас. И никаких шкур!

– Блестяще! – восторгается Кирина и недовольно потирает лоб. – Вот бы мне так же… Я бы тебе помогла. – Она касается украшения на своей руке. – Но на мне всего лишь фальшивка.

Вздыхаю, понимая её подвешенное состояние. Было бы у девушки чуть больше времени, чтобы золотистое свечение опустилось на предплечье, церемония пробудила бы в ней магию, подобную моей. Но отец малышки не стал рисковать, боясь вязи на её лбу. Боюсь, что благословение богини и вовсе покинет её, как когда-то Лизию.

– Не фальшивка, а символ вечной любви, – педантично поправляет Деглия и с глубоким вздохом прижимает ладонь к животу. – Жаль, что магия не может создать настоящую еду.

– Может, – радостно поднимает голову младшая и тут же тушуется под моим насмешливым взглядом. – Только на это нужно немного времени. Убыстрить рост овощей, ускорить приготовление…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Боюсь, времени на это потребуется немало, – хмыкает Деглия и без интереса ковыряется в куче хлама. – Возможно, лорду нравятся худенькие девушки.

Вздрагиваю от вновь пришедшего образа Вирга и решительно заявляю: