Право первой ночи для Лорда Тьмы - Коротаева Ольга

Дверь захлопывается, и я растерянно моргаю, не в силах понять, как лорд может терпеть явную насмешку того, кто ниже его по положению. Даже мой отец разозлился бы!

– Поешь, – приказывает лорд.

Подпрыгиваю на месте, не ожидая приглашения. До обоняния доносятся приятные ароматы свежего хлеба и варёного мяса. Незаметно (надеюсь) сглатывая слюну, мотаю головой:

– Я говорила не о себе, а обо всех девушках. Если мы вынуждены… – Краснея, снова отвожу взгляд и выдавливаю: —…жить здесь некоторое время, то будьте добры предоставить нам человеческие условия. Еда три раза в день, питьё по надобности. Ещё нужна вода для умывания… И свежий воздух! Мы не можем всё время сидеть взаперти. Я требую разрешить девушкам прогулки…

Слушая меня, лорд отламывает кусочек хлеба и, обмакнув его в ароматный соус, приближается. Когда он подносит еду к моим губам, я давлюсь остатком фразы и вскидываю на него удивлённый взгляд.

– Ешь, – настаивает Вирг, но я лишь поджимаю губы.

Тогда лорд отправляет хлеб себе в рот, и алая, как кровь, капля соуса попадает на его нижнюю губу. Я нахожусь так близко, что могу оценить совершенные черты лица норзийца, но не заблуждаюсь. Красота этого мужчины так же опасна, как и изящество хищного зверя. И всё же ловлю себя на желании стереть сочную капельку…

– И где же вы собрались… – жуя, уточняет лорд, – гулять?

– Просто гулять, – отворачиваясь, раздражённо передёргиваю плечами. – Дышать свежим воздухом, который не наполнен пылью и запахом мужского пота!

Лорд хмыкает, а я вдруг ощущаю его горячую ладонь на своей щеке. Вирг поворачивает моё лицо к себе и, поглаживая кожу большим пальцем, приподнимает бровь:

– Вы же знаете, что значит договор, вельера? Он должен быть взаимным.

Начинаю дрожать, совершенно чётко осознавая, на что намекает противный лорд. Наверняка Вирг точно так же шантажировал моих подопечных, меняя еду и питьё на их смирение. И несмотря на то что уже получил, всё ещё не насытился?

Норзиец, видимо, по-своему поняв моё молчание, подаётся ко мне, губы его приоткрываются, а я, как заворожённая, смотрю на проклятую капельку соуса. Но, прежде чем лорд целует меня, вспыхиваю гневом и с силой отталкиваю мужчину… Пытаюсь оттолкнуть, но с тем же успехом можно сдвинуть с места стену замка. Отчаявшись высвободиться, отворачиваю лицо.

– По-видимому, разговоры ни к чему не приведут, – ровным тоном подытоживает норзиец, и я часто-часто моргаю, сдерживая нахлынувшие от паники и омерзения слёзы. Он сильнее сжимает мой подбородок и снова поворачивает к себе, вглядываясь в лицо. – Вы пришли сюда добровольно, вельера, разве не так?

Не сдерживаю горького смешка:

– Добровольно?! Ваши стражи притащили нас, угрожая жрице расправой.

– Сюда, – поясняет лорд, и тон его леденеет. – В мою спальню. Орид доложил, что вы потребовали привести вас ко мне.

– Вы это приказали целителю! – вспыхиваю я стыдом лишь от одного его предположения. – Я лишь не хотела оттягивать тот кошмар, что меня ждёт!

– Кошмар? – Лицо лорда темнеет от гнева, и я прикусываю нижнюю губу. Лорд придвигается ко мне вплотную, так что становится трудно дышать. Почти рычит: – Чем же я вас настолько не устраиваю, вельера?

Ощущая идущий от него остро-пряный аромат мускуса и свежего бриза, я мотаю головой:

– Чем? Вы же…

Враг. Завоеватель. Убийца и насильник! Но этого я произнести вслух не могу, потому что и сама пострадаю, и девушкам достанется.

– …страшный!

Мужчина моргает, на лице его мелькает растерянное недоумение, и я не сдерживаю мимолётного удовольствия. Конечно, монстр осведомлён о своей внешней привлекательности. Возможно, эти самые норзийки, о которых говорил тот светловолосый сластолюбец, действительно не давали ему прохода, но я же не о внешности. На самом деле я о его внутреннем уродстве, но это тоже лучше оставить при себе.

– Э-э… – тяну я и осторожно отодвигаю от себя мощное тело. На этот раз мне это удаётся. Оглядывая лорда, я цепляюсь взглядом за его лицо. – Посмотрите на себя. Волосы в беспорядке, щетина такая, что уколоться можно…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Прищурившись, лорд улыбается, и от вида его белых зубов мне становится не по себе. Точно не к добру!

– Так побрейте меня, – ошарашивает Вирг.

Глава 9

Просыпаюсь резко, подрываясь с матраса, и тревожно вглядываюсь в темноту комнаты. Тишину нарушает лишь мерное сопение спящих девушек, со двора доносится пение пичуги. Я зябко ёжусь от сырости. Сейчас раннее утро – зеленоватая кромка на краю мрачного неба становится всё ярче.

Кажется, что кроме нас здесь никого нет, но я могу поклясться, что во сне ощущала на себе тяжёлый взгляд лорда Вирга. Вздохнув, ложусь на спину и смотрю в потолок. Похоже, норзиец мне приснился, что неудивительно после того, что произошло… Только кошмаров с ним мне не хватает, его и наяву слишком много!

Поднимаю руки и смотрю на свои дрожащие пальцы. Казалось, они всё ещё помнят прикосновение к грубой мужской коже. Внутренний голос твердит, что не такая она и грубая. Лишь немного обветренная и излишне загорелая. Но я упрямо поджимаю губы и трясу кистями, будто пытаюсь смахнуть навязчивые ощущения. А лучше выбросить из памяти образ мужчины, который не отрывал от меня взгляда, пока я выполняла приказ. Очень долго. Очень страшно…

– Орелия, – слышу сонный голос Лизии. – Ты от кого отмахиваешься? Или тебе жарко?

– Руки разминаю, – виновато улыбаюсь подруге. – Немеют после вчерашнего. Прости, что разбудила.

– Ниче-э-го, – зевает она и внимательно смотрит на мои пальцы. – А что было вчера? – Лицо её заливается краской, и девушка быстро добавляет: – Извини, что спрашиваю, но тебя так долго не было… Мы волновались. Других лорд отпускал намного быстрее. А когда тебя принесли спящую, то мы вообще не знали, что и думать. Он тебя…

Она замолкает, боясь меня ранить, но расширенные блестящие глаза Лизии выдают волнение и сочувствие девушки. Понимая, на что она намекает, я мотаю головой:

– Нет! Вовсе нет. – Передёргиваю плечами и отвожу взгляд. – Я… брила его.

– Что? – искренне удивляется она. – Брила?!

Усмехаюсь, понимая, как это смотрится со стороны. Я была в спальне лорда до самой ночи, устала так, что сама не заметила, как заснула. От одной мысли, где я это сделала, становится не по себе. Но я уверена, что Вирг не воспользовался моим состоянием. Знаю потому, что норзийцу наверняка было бы неинтересно мучить бесчувственную жертву.

– Оказалось, это не так просто, – признаюсь я. – Мужские волосы толще, магии для их дематериализации требуется чуточку больше. А ещё их так много! Ох, бедный отец… Не представляла, как он мучился. От такой долгой концентрации у меня темнело в глазах.

– Эх, вот бы увидеть, как ты это делала! – Лизия смотрит на меня с восхищением и ноткой зависти.

– Вот бы забыть это, – тихо шепчу я, содрогаясь от одного воспоминания. – Ты знаешь, я не стала бы этого делать, не сиди вы тут голодные.

– Мы не сидели, – кутаясь в покрывало, хлопает ресницами девушка. – Нам принесли еду… Кстати, это была женщина! Она будет нам прислуживать, и я безумно рада этому. От вида стражей у меня подкашиваются ноги. Особенно когда появляется тот, со шрамом. Я его боюсь больше, чем лорда…

Слушаю её и внимательно осматриваю нашу комнату. Тут что-то изменилось, и я пытаюсь понять, что именно. Кровать, восстановленная мною, остаётся единственной достойной мебелью, но я насчитываю десяток подушек и замечаю несколько одеял. Ещё в углу блестит металлический таз, около которого белеет стопка сложенных полотенец.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Уголки моих губ дёргаются, приподнимаясь.

– Вирг исполнил почти всё, о чём я просила. Всё же мои усилия не пропали даром! – Слышу урчание и прижимаю ладонь к плоскому животу. – Жаль, мне ничего не досталось.

– Скоро принесут завтрак, – глянув на светлое небо, сообщает Лизия. – Золетта, наша служанка, обещала вернуться с рассветом. Она милая, хоть и норзийка. За обедом девушки ещё сторонились её, но за ужином напряжения уже не было…