Рыжий и черный - Татьяна Лаас

не звонил… Я видела, как ты разговаривал по нему, но… Сам звонок я не слышала. Да и подумай: как тебя нашли в моем номере?

Грег закаменел. Он сдвинул брови, сжал губы, опустил глаза вниз. Такой Грег ей был знаком по катакомбам: хмурый, растревоженный, но не злой. Все, теперь, кажется, точно все — демон ушел. Не хотелось бы с ним столкнуться снова, но даже если придется — они справятся, вместе они справятся. Просто обязаны!

— Грег, что происходит, ты мне можешь сказать?

Он виновато посмотрел на неё:

— Я одержим. Я по-прежнему одержим и опасен. И я приношу свои искренние извинения. Я отдаю себе отчет, что больше не имею права быть вашим женихом. Я даже право на дружбу с вами потерял — осознаю это и не надеюсь на прощение.

Она на всякий случай уточнила:

— Из-за крика?

Он вздрогнул, и Лиз тут же сказала:

— Кричал не ты. Кричал за тебя демон. Он заморочил тебя. Кричал не ты. Этот случай не касается нашего договора.

— Лиз… — Грег тут же поправился: — лера де Бернье, спасибо, что утешаете меня, но… Я этого не заслужил. Я вас ударил. Я четко помню это. Мне нет прощения.

Она машинально прикоснулась к разбитой скуле:

— А… Вот в чем дело… — она улыбнулась, тут же предлагая: — ударь меня!

Он дернулся и на всякий случай даже отступил в сторону:

— Лиз!

Она продолжила настаивать:

— Ударь меня! Сделай замах, ну хоть удар обозначь! Ну же! Каплю доверия — ударь меня!

— Ты как-то странно понимаешь доверие, Лиз… — признался Грег, сбиваясь и забывая «леру де Бернье». Она снова была Лиз.

Она сделала шаг к нему:

— Пожалуйста. Замах. Твой любимый удар? Прямой? С замахом или нет? Ну же! Каплю доверия, Грег. Просто обозначь удар.

Он неуверенно, крайне медленно, даже не складывая пальцы в кулак, обозначил панч. Грег был выше Лиз, так что ему даже поднимать руку не пришлось.

Лиз тут же ушла под его руку, легкими касаниями обозначая свои ответные действия:

— Прямой в солнечное сплетение, второй — под челюсть, когда ты сложишься от боли. И бежать. — она подняла на него глаза — сейчас она стояла так близко, что легко могла рассмотреть в окружавшей их темноте даже мелкий порез на щеке после бритья. — Еще?

Грег нахмурился и сделал пару шагов назад, уже более уверенно обозначая удар — снова прямой в голову, любимый он у него, что ли?

Лиз наметила лишь первый удар:

— Коленом в низ живота и добивающий в нос, когда сложишься пополам.

Грег, уже все понимая, снова отошел назад и сказал:

— Еще! — он даже стойку не сделал!

В этот раз он изобразил какой-то странный джеб, карикатурно медленный. Лиз вздохнула, поправила сползшую на макушку шапку и фыркнула:

— Уйти вправо… Мое право, а не твое… И пяткой назад под колено. И бежать. Но вообще, если разбирать сегодняшний случай — тебе прилетело бы в висок ребром масляной лампы. Вон она, валяется… — Лиз невоспитанно пальцем ткнула в темноту ночи, куда-то в сторону обрыва. Грег нахмурился и выдал наконец-то понятное:

— Мюрай. Небеса, как же я люблю Мюрая!

Лиз честно призналась:

— А я его ненавижу. Холодные обливания, бег, тренировки, а я, между прочим, лера! Но ты прав, мне удар ставил Брок. Убить тебя бы не убила — ты выше и сильнее меня, но увернуться от кулака — запросто.

Грег потер висок, словно лампа все же прилетела в него:

— Лиз… Прошу… Ответь честно…

— Конечно. Я всегда с тобой честна.

— Почему у тебя тогда разбита скула, если я тебя не ударил?

Она призналась:

— Я сделала неправильный выбор, отправляясь за тобой в катакомбы. Я выбрала лампу, а надо было каску. Ты себя помнишь после Провала? Я еще и колени умудрилась разбить… Левую точно.

Дальнейшего она не ожидала — Грег тут же рухнул на землю, кажется, тоже себе в отместку отбивая колени, и задрал вверх окровавленную штанину.

— Грег…

Он зачем-то подул на рассеченную до хряща кожу, промокнул кровь платком, потом снова что-то принялся рисовать на коленке, чуть пошатываясь при этом. Потом сделал из платка импровизированную повязку на колено. И… Прижался к Лиз, обнимая и обреченно шепча куда-то ей в живот:

— Прости… Я так виноват перед тобой…

Она, с трудом разрывая кольцо его рук, опустилась рядом на корточки, заглядывая в глаза:

— Грег… А давай найдем ту сволочь, которая это сделала с тобой и… Замочим. Но для начала… Надо вернуться домой. Я устала, у меня все болит, я хочу есть и пить… Соберись, пожалуйста, я так устала…

Он поверил, забывая про Мюрая и его муштру. Брок быстро приучил Лиз не жаловаться на усталость — утром дополнительная тренировка была гарантирована. «Чтобы в следующий раз было проще.» — добавлял Брок при этом.

— Сейчас, Лиззи… — кивнул Грег.

— Ты же знаешь, где мы? Я не вынесу путь по катакомбам. Может, тут рядом есть шоссе? Или дом, поселение, телефон…

— Мне надо чуть-чуть сориентироваться. Потерпишь?

Она кивнула — стыдно за ложь не было. Главное, чтобы он начал действовать, а не укорять себя за случившееся.

Грег снова обнял её, прижимая к себе:

— Спасибо за веру, хоть я такое и не заслужил. — Он тяжело встал и подал руку Лиз, помогая подняться и ей. — Надо оглядеться…

Он завертел головой, словно что-то видел в кромешной тьме. Лиз дальше пары ярдов не могла ничего рассмотреть. Только смутные абрисы гор на фоне чуть более светлого неба.

— Может, ты зажжешь этот… Огонек? — предложила Лиз. — Темно…

Грег отрицательно качнул головой:

— Не могу. Я в магическом истощении.

— Твою же мать… — не сдержала ругани Лиз. И он еще её коленку лечил! — Вот ты балбес…

— Лиз…

Она вздохнула:

— Стой тут. Я за лампой. Будешь падать в обморок — кричи! Я поймаю. — она мрачно осмотрела его большую, грузную фигуру: — вот всяком случае хотя бы голову поймаю.

Она стащила с себя шапку и, приподнявшись на цыпочки, надела её на голову Грега:

— Так себе защита, но все мягче будет, если упадешь.

— Лиз…

— Я быстро! — она помчалась к обрыву, ища лампу. Стекло разбилось, но в остальном лампа была рабочей. Лиз воспользовалась зажигалкой, которую всегда носила с собой, и уже при свете лампы вернулась к нахохлившемуся Грегу. Он явно мерз в своем мундире, но терпел. Шапка смешно смотрелась на нем, и Лиз с трудом подавила желание обнять его и поцеловать — еще не время. Он еще слишком переживает очередной укус демона.