Приключения рождественского пудинга - Кристи Агата

– Непонятно, – пробормотал он. – И совершенно неожиданно.

IV

Рождественский обед начался в два часа пополудни, и это был настоящий пир. В громадном камине весело потрескивали гигантские поленья, но этот шум перекрывался шумом большого количества говорящих одновременно людей. Суп из устриц был съеден, на столе появились и исчезли две невероятных размеров индейки, успевшие превратиться в кучу костей. И вот теперь настал главный момент, когда в столовую торжественно внесли рождественский пудинг! Трясущийся от старости восьмидесятилетний Певерелл никому не позволил прикоснуться к нему и внес его сам. Миссис Лэйси сидела, сложив руки в немой молитве. Она чувствовала, что в одно прекрасное Рождество Певерелл просто упадет замертво. Но, вынужденная выбирать между риском его смерти на посту и смертельным оскорблением, которое заставило бы его молить о смерти, выбрала первое. Вынесенный на серебряном блюде, рождественский пудинг предстал перед собравшимися во всей своей красе. Он был большим, как футбольный мяч, в него были воткнуты ветка падуба и английский флаг, и его окутывали языки голубого и красного пламени[17]. Раздались восторженные крики «ООО – ААА!».

Миссис Лэйси преуспела лишь в одном: заставила Певерелла поставить пудинг перед ней, с тем чтобы она могла разрезать его, а не разносить блюдо по всем гостям. Когда пудинг оказался на столе, она с облегчением вздохнула. Тарелки быстро разошлись по кругу; пламя продолжало лизать порции пудинга.

– Желание, месье Пуаро! – крикнула Бриджет. – Загадайте желание до того, как погаснет огонь. Бабулечка, миленькая, побыстрее…

С удовлетворенным видом миссис Лэйси откинулась на спинку стула. Операция «Пудинг» прошла успешно. Перед каждым стояла его порция, окутанная огнем. Над столом повисла тишина – все загадывали желание.

Никто не заметил довольно странного выражения лица месье Пуаро, когда тот рассматривал лакомство на своей тарелке. «Не прикасайтесь к рождественскому пудингу»… Что, ради всего святого, значит это зловещее предупреждение? Между его порцией и всеми остальными не было абсолютно никакой разницы! Тяжело вздохнув, потому что позволил сбить себя с толку – а Эркюль Пуаро не любил признаваться в этом даже самому себе, – сыщик взял в руки ложку с вилкой.

– Соус, месье Пуаро?

Детектив с удовольствием положил себе твердого соуса[18].

– Опять стащили мое лучшее бренди, Эм? – добродушно спросил полковник, сидевший на противоположном конце стола. В ответ старая леди подмигнула ему.

– Дорогой, миссис Росс настаивает, что бренди должно быть самым лучшим, – сказала она. – По ее словам, в этом секрет хорошего пудинга.

– Ну-ну, – промычал мистер Лэйси. – Рождество бывает раз в году, а миссис Росс – великая женщина. Великая женщина и отличный повар.

– Вот именно, – поддержал его Колин. – Этот пудинг – просто нечто! М-м-м-м… – Мальчик поднес очередную ложку к открытому рту.

Осторожно, почти робко, Эркюль Пуаро приступил к своей порции пудинга. Съел ложечку. Пудинг был превосходен! Он съел еще одну. Что-то тихонько звякнуло у него на тарелке. Он подцепил это вилкой. Сидевшая слева от него Бриджет пришла на помощь.

– У вас там что-то есть, месье Пуаро… Интересно, что?

Сыщик очистил небольшой серебряный объект от изюма, налипшего на него.

– Ого! – воскликнула Бриджет. – Это пуговица холостяка. У месье Пуаро пуговица холостяка!

Детектив опустил небольшую серебряную пуговицу в сосуд с водой для мытья рук[19], который стоял рядом с его тарелкой, и прополоскал ее.

– Очень красивая, – заметил он.

– Это значит, что вам суждено быть холостяком, – с готовностью пояснил Колин.

– Этого следовало ожидать, – произнес Пуаро серьезным тоном. – Я – старый холостяк, и мне кажется маловероятным, что мое положение могло сейчас измениться.

– Никогда не говори «никогда», – заметил Майкл. – Недавно я читал в газете, что девяностопятилетний мужчина женился на девушке двадцати двух лет.

– Это меня радует, – сказал Пуаро.

Неожиданно полковник Лэйси вскрикнул. Лицо у него побагровело, он поднес руку ко рту и проревел:

– Проклятие, Эммелин! Почему, черт возьми, ты позволяешь поварихе класть в пудинг стекло?

– Стекло? – воскликнула потрясенная миссис Лэйси.

Полковник извлек мешавший ему предмет изо рта.

– Мог ведь зуб сломать, – проворчал он. – А мог вообще проглотить эту дрянь и заработать аппендицит…

Он бросил кусок стекла в сосуд с водой, прополоскал и поднес к глазам.

– Господи помилуй! – вырвалось у него. – Да это же красный камень из какой-то броши. – Он поднял камень вверх.

– Вы позволите?

Пуаро с отменной ловкостью перегнулся через своего соседа, взял камень из пальцев полковника и внимательно рассмотрел его. Как и сказал сквайр[20], это оказался громадный камень рубинового цвета. Когда сыщик поворачивал его, лучи света отражались от граней. Кто-то за столом резко отодвинул стул, а потом придвинул его назад.

– Ничего себе! – воскликнул Майкл. – Здорово, если б он оказался настоящим.

– А может быть, он и вправду настоящий, – с надеждой в голосе сказала Бриджет.

– Не будь дурой, Бриджет. Рубин таких размеров стоил бы десятки тысяч фунтов. Правда, месье Пуаро?

– Без сомнения, – согласился тот.

– Но я не могу понять, – вмешалась в разговор миссис Лэйси, – как «это» оказалось в пудинге.

– Ой! – воскликнул Колин, который только что съел свою последнюю ложку. – А у меня свинья. Так нечестно.

– А у Колина свинья! – мгновенно начала скандировать Бриджет. – А у Колина свинья! Колин – жадная свинья-обжора!

– А у меня кольцо! – произнесла Диана высоким, чистым голосом.

– Отлично, Диана, ты выйдешь замуж раньше нас всех.

– А у меня наперсток, – взвыла Бриджет.

– Бриджет останется старой девой! – хором прокричали мальчики. – Бриджет останется старой девой!

– А деньги у кого? – задал вопрос Дэвид. – В пудинге должна быть настоящая золотая монета в десять шиллингов. Я знаю. Миссис Росс сама мне рассказала.

– Мне кажется, этот счастливчик – я, – подал голос Дезмонд Ли-Уортли.

Сидевшие по обе стороны от полковника услышали, как тот пробормотал:

– Кто бы сомневался…

– А у меня тоже кольцо, – сказал Дэвид. Он взглянул на Диану. – Интересное совпадение, правда?

Веселье продолжалось. Никто не заметил, как месье Пуаро машинально, как будто думал о чем-то другом, спрятал красный камень в карман.

После пудинга были поданы сладкие пирожки с начинкой из изюма и миндаля и рождественский десерт. А потом взрослые участники обеда удалились, чтобы вздремнуть перед чаем и церемонией зажигания елки. Однако Эркюль Пуаро проигнорировал сиесту – и отправился на громадных размеров старомодную кухню.

– Позволено ли будет мне, – начал он, осматриваясь и лучезарно улыбаясь, – поздравить повара с великолепной едой, которой я только что наслаждался?

Последовала короткая пауза, после которой на сцену величественно выплыла миссис Росс. Она была крупной женщиной – Господь не пожалел на нее материала – и вела себя с достоинством герцогини из какого-то спектакля. Две худые и седые женщины мыли посуду в посудомоечной, а девушка с волосами, как пакля, безостановочно перемещалась между кухней и посудомоечной. Но было ясно, что все это лишь декорация; настоящей королевой кухни была миссис Росс.

– Рада, что вам понравилось, – благосклонно произнесла она.

– Понравилось?! – воскликнул Эркюль Пуаро. Экстравагантным жестом иностранца он поднес кончики пальцев к губам, поцеловал их, а потом послал этот поцелуй в потолок. – Да вы просто гений, миссис Росс! Гений! Никогда еще я не ел так вкусно. Устричный суп… – тут он издал выразительный звук губами, – и ваша начинка. Начинка из каштанов в индейке – никогда в жизни я не пробовал ничего подобного.