Если бы солнце никогда не садилось - Ана Хуанг

— Это не поможет…

— Втройне.

Взгляд Фарры врезался в его взгляд. Её глаза пылали недоверием, и Блейк не смог сдержать легкую победную ухмылку на губах. Наконец-то. Реакция.

— Ты не знаешь, какой у меня тариф.

— И какой же он?

После секунды колебания она сказала:

— Триста долларов в час.

— Я буду платить тебе девятьсот долларов в час. Но это должно быть эксклюзивно. Ты будешь работать только над моей квартирой в течение всего срока действия нашего контракта.

— Иисусе, Блейк, — выдохнул Лэндон.

Сидящая напротив Фарра приоткрыла губы от шока.

Девятьсот долларов в час — это была чертова куча денег, но Блейк мог себе это позволить. Он не был так богат, как Лэндон, но благодаря успеху «Legends» и ряду умных инвестиций за эти годы у него была достаточная финансовая подушка, чтобы покрыть такие расходы. К тому же, ему было плевать на деньги. Ему была важна Фарра.

Он наступил себе на горло и попросил у Сэмми её номер на выходных. Сэмми отнесся с недоверием к внезапному желанию Блейка возобновить связь с ней, но, будучи хорошим другом — а также единственным в их старой шанхайской группе, кто знал правду о том, что произошло с Клео и о чувствах Блейка к Фарре, — он сдался.

Блейк все выходные пялился на эти десять цифр, пытаясь набраться смелости, чтобы позвонить ей. Каждый раз он давал заднюю, но теперь она была здесь, прямо перед ним.

Это было похоже на то, что вселенной надоели его колебания и она дала ему тот самый пинок под зад, в котором он нуждался.

Это был знак.

Из всех дизайнеров во всем мире Лэндон пригласил именно её.

Два человека в восьмимиллионном городе воссоединились наперекор всему. Совпадение? Черта с два.

Фарра была той, кто научил Блейка верить в судьбу, и, как и всё остальное в их отношениях, он хранил это глубоко в сердце все эти годы.

— Мы договорились? — Блейк сохранял ровный тон, но внутри него бушевал хаотичный шторм нужды и эмоций.

Скажи „да“. Боже, если она скажет „да“, я больше никогда ни о чем тебя не попрошу. Кроме, может быть, того, чтобы в Супербоуле победила какая-нибудь другая команда, кроме „Патриотс“, но я готов торговаться по этому поводу.

Фарра перебирала пальцами свое ожерелье, пока на её лице промелькнуло сомнение. Спустя вечность она выдавила:

— Да.

Блейк выдохнул и послал краткое «спасибо» небесам.

— Договорились. — Он ухмыльнулся, демонстрируя свои верные ямочки во всей красе, и протянул руку.

После короткой паузы она пожала её.

Разряд электричества пронзил его тело в ту секунду, когда они соприкоснулись, и, судя по тому, как раздулись ноздри Фарры, он был не единственным, кто это почувствовал.

Ухмылка Блейка стала шире.

Вселенная преподнесла ему второй шанс на блюдечке, и на этот раз он ни за что на свете его не просрет.

Глава 5

Фарра прошла два квартала, прежде чем сорвалась. Она сидела с каменным лицом на протяжении всего ланча, со всех ног пошла к универмагу рядом с «Z Hotel» и проложила себе путь в кабинку туалета прежде, чем превратиться в бесформенную кучу.

Блейк, чертов Райан.

Из всех моментов, когда он мог вернуться в ее жизнь, он должен был сделать это сейчас, когда она: 1) была безработной и, следовательно, не могла пренебречь его щедрым предложением, и 2) была настолько сексуально неудовлетворена, что ее возбудило простое рукопожатие.

Фарра вздрогнула, когда вспомнила крепкую, теплую хватку руки Блейка вокруг своей и последовавший за этим удар электричества, который прошел вверх по ее руке прямо в грудь, заставив сердце биться так, как, по ее мнению, оно уже не было способно.

Она встречалась с другими парнями после Шанхая. Некоторые из них ей нравились, некоторые — нет. Никто не мог превратить ее в оголенный провод эмоций так, как это делал Блейк.

Дымчатые воспоминания о долгих ночах, страстных поцелуях и прошептанных секретах закрались в мозг Фарры, утопляя ее в прошлом.

— Я думаю, ты заноза, которая слишком упряма для своего же блага. Я думаю, ты сводишь меня с ума сильнее, чем кто-либо должен. И я думаю, что умру, если не смогу быть с тобой.

— Что бы ни случилось, мы пройдем через это вместе.

— Ты однажды сказала, что каждая секунда на счету, и я не хочу, чтобы прошла еще хоть секунда без твоего знания о том, что я тотально, полностью, на сто процентов влюблен в тебя.

Всхлип вырвался из ее горла. Фарра прижала кулак ко рту, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, прежде чем она превратится в клише «девушка-плачущая-из-за-парня-в-общественном-туалете». Несмотря на то, что ее глаза уже были затуманены слезами. Несмотря на то, что ее грудь болела так сильно, что ей хотелось свернуться калачиком в позе эмбриона на полу, и плевать на микробы и потенциальную холеру.

Она больше не любила Блейка. Для любви нужно доверие, а он потерял ее доверие давным-давно. Но черт возьми, он все еще мог заставить ее сердце колотиться одной улыбкой, а ее тело сжиматься от одного прикосновения. Их физическая химия всегда была запредельной, и, судя по всему, пламя все еще жарко пылало спустя все эти годы.

Звонок от Оливии засветился на ее телефоне и вырвал ее мысли с опасного пути, на который они вступили.

Фарра сглотнула и взяла себя в руки, прежде чем ответить.

— Алло? — Легкая дрожь. Довольно неплохо, учитывая, что сопли и засохшие слезы полосили ее лицо. Фарра вытянула несколько настолько-тонких-что-они-были-прозрачными квадратов туалетной бумаги из рулона и вытерла лицо. Это было похоже на отшелушивание кожи наждачной бумагой.

— Привет! Как прошла встреча за ланчем? — спросила Оливия.

— Нормально. Что ты делаешь, звоня мне с работы? — Фарра тянула время, раздумывая, стоит ли посвящать Оливию в сегодняшние события сейчас или подождать, пока они встретятся лицом к лицу.

Сейчас, решила она. Оливия будет в ярости. Она ненавидела Блейка с тех пор, как он расстался с Фаррой, и Фарра уже готовилась к урагану, как только скажет Оливии, что приняла предложение Блейка о работе.

— У меня перерыв на кофе, — сказала Оливия, что удивило Фарру почти так же сильно, как встреча с Блейком в «The Aviary». Оливия работала долгие, тяжелые часы аналитиком в самой престижной частной инвестиционной фирме на Уолл-стрит,