Внутренности и внешности Бразилии. Или - Попутчик - Георгий Стенкин

Как он сумел извернуться и цапнуть меня за руку, я не знаю. Больно – не было, но рана ужасно кровоточила, и нужно было срочно чем-то её промыть. Вода – не отличалась дезинфекционными свойствами. Но дети не отпускали меня, заставляя изображать бога, повергающего и их и аллигатора – в пучину реки…

К вечеру, моя рука распухла настолько, что я уже с трудом мог ею двигать. Нужны были лекарства, чтобы предотвратить заражение крови.

Одна из девушек, которая приносила мне еду побежала за местным знахарем, но он пропал. Исчез. И для всех – это не было каким-то сверхъестественным событием. Тогда я стал расспрашивать эту девушку, так как она выражала сильную обеспокоенность состоянием моего здоровья, и я мог надеяться на некоторую откровенность, о том – куда пропадают люди, и откуда появляются новые поселенцы.

Она отвечала весьма неохотно, постоянно перемежая свою речь неизвестными мне терминами, но одно – я уловил совершенно точно. И это было таким шоком для меня, что забота о возможном заражении крови, ампутации руки и вообще – о своей жизни, отошли на задний план.

Это поселение не было известно многим. К нему не вела ни одна дорога из соседних деревень. Девушка – тут уже третий раз, но дети хозяина главного дома совсем не выросли за эти четыре года.

Ей родители не объясняли толком, видимо – сами не знали деталей или её время просто ещё не пришло, но она понимала цель посещения этого селения своей семьёй. Они сбегали сюда, от проблем, которые грозили им, в их родной деревне. А её деревня (насколько я разбираюсь в географии Бразилии) была на расстоянии более чем 3 тысяч километров отсюда…

Я был в шоке…

На моё счастье, появилась старая женщина, которая начала делать мне многократные примочки на руку, шаманить и вонять неприятными тлеющими травами.

Опухоль начала проходить, рана зарубцевалась, и дело шло к выздоровлению, но…

Мне не давали покоя:

- четырёхлетняя задержка в развитии детей хозяина главного дома;

- способности индейцев преодолевать 3 тысячи километров в течение одного дня;

- отсутствие сообщения с другими деревнями и отсутствие вообще каких-либо путников, туристов, экспедиций, просто прохожих – в конце концов;

- изоляция;

- исчезновение людей целыми семьями и появление новых «односельчан» при полном отсутствии наземных путей сообщения;

- наличие большого количества стариков, что было несвойственно для большинства индейских племён;

- «сбегали от проблем»;

- незаметность наступления сезона дождей;

И так далее, и так далее…

Когда же я спросил об этой деревне у своего отца, то в ответ получил слишком простой ответ: «тут нет времени, она – в другой реальности»

…

Пришёл и наш черёд покидать гостеприимных хозяев. Они вышли провожать нас почти что все. Стояли под проливным дождём и прощались с нами: «Икуана тупана эйрума» («Ступайте с богом»)

Мы вошли в лес. Начало становиться всё темнее и темнее. Папа остановился и сказал мне, чтобы я сел, так как я могу не устоять на ногах, когда придёт «граница».

Я сел…

НАРКОТИКИ.

*Как-то всё слишком гладко, не хватает трагизма, драматургии…

*Звучит тема из Агента 007. Чередуются соответствующие изображения…

Я сел…

Холодное, металлическое что-то, уткнулось мне в спину. Круглое и с отверстием. Ствол пистолета или автомата?

Как – ствол!!!

Открывая глаза, я в замешательстве потерял равновесие и завалился на спину. И уже так, лёжа на спине – увидел нескольких людей в камуфляже и с автоматами в руках. И мой папа – лежал рядом со мной. На нас было направлено, как минимум – шесть стволов.

Они – смотрели на нас. А мы – на них.

Бандиты? Наркоторговцы? Свободная армия? Повстанцы? Противники режима? Партизаны? Колумбийские наёмники?

Бешеной круговертью у меня замелькали догадки.

Они тут ждали кого-то другого, а появились – мы. Уж, не от них ли бежали мои знакомые из деревни?

Несколько немцев, француз, трое арабов и двое русских. Смог разобрать я, когда они начали переговариваться между собой, указывая на нас, по очереди – своими автоматами.

Колумбия?

Мы попали в Колумбию? Да, граница – недалеко…

А может – это они перешли границу, чтобы встретить тут, именно нас? Что ещё, мог натворить мой папа, за эти пять месяцев, пока он тут? Почему он так торопился добраться до гор?

Пока нас не трогают, и не обращаются – прямо к нам, нужно послушать что они говорят, благо – три языка мне доступны…

«Они не похожи – на тех»

«С ними нет девчонки»

«Они все – на одно лицо»

«Да, кончай их, товар всё равно потерян»

Как же вас ребятки, из далёкой России – сюда занесло? И почему – сразу «кончай»? И я уже было собрался открыть рот, как вдруг папа – вскочил на четвереньки и начал истерически кричать и дёргаться из стороны в сторону. Ну, прямо – танец бешеных павианов, какой-то!

…

Может убрать эту главу? Как-то уж больно по-голливудски получается. На потребу любителям незамысловатой прозы и упрощённых, но «цепляющих» сюжетов.

Нет! Пусть остаётся. Как пример ещё одной возможной реальности.

ОБЕД.

*Мысли – мыслями, ощущения – ощущениями, а вот про желудок…

*Звучит футуристическая мелодия. Чередуются изображения…

- Ну что? Отдохнул? Пора идти, нас ждёт обед.

- Как идти? Вот стоит – сумаума-сейбу, потом – араукария. Всё очень просто. Когда не будет твоего дерева, то слушайся того – которое толще. Дотрагиваться – не обязательно. Разговаривать с ними нужно. Только – как с одним, а то – они обижаются. Давай…

Да. Нужно делать свои первые шаги по настоящей Амазонке…

Ну, раз папа говорит, что нужно идти, и что будет обед, и что я – отдохнул, и что нужно разговаривать с деревьями…

И я заговорил.

- Мне очень понравилась твоя кожа. Такая нежная и в тоже время – холодная. Наверное, мне не следовало отправляться в путь таким неподготовленным. Но ты же мне поможешь? Папа надеется обрести во мне настоящего попутчика, а мне – нужно решить очень много задачек, про себя и про свою жизнь. И только тут – с моим отцом и с тобой, я могу постичь эти премудрости. Обрести себя.

Показалось? Или – это просто свободновисящий конец лианы покачнулся? Или – ветер? Словно указывает направление…

Ладно, буду слушаться.

Мой взгляд – перешёл на следующее дерево, потом – на то, другое. Они, как-то стали мне ближе, роднее что ли? Захотелось вдруг рассказать им о своей последней повести «Ощущение женщины». И как я удачно нашёл себе нового дизайнера…

Как под воздействием дирижёрской палочки, зазвучал ритм: