Маскарад - Патрисия Финней

— О, Фаше Фелишество! Простите меня! — воскликнул принц. — Я был не ф силах тоштаться аутиенсии и решил фстретиться с фами в сату, где прелесть рос меркнет по срафнению с фашей красотой! — принц произнес все это на одном дыхании, словно опасаясь забыть слова. Мне показалось, он совершенно не понимает того, что говорит.

Королева улыбнулась и протянула принцу для поцелуя руку, которую тот облобызал с явным восторгом.

— Встаньте, Ваша Милость, — сказала королева. — Мы рады приветствовать вас в наших владениях.

Стоявшая рядом с Ее Величеством леди Хелен перевела ее слова, а принц, с томным романтическим видом уставившись на королеву, ответил что-то по-шведски.

Леди Хелен произнесла как бы от его имени тихим и нежным голосом:

— Когда милорд граф Лестер сообщил мне, что вы согласны принять меня, я безмерно фосрадовался!

— Я рада пригласить Вашу Милость принять с нами участие в королевских развлечениях, — сказала королева, а леди Хелен перевела ее слова.

— О, та, та! — воскликнул принц, энергично кивая головой и делая знак придворному, державшему в руках длинный сверток.

Леди Хелен продолжала переводить фразу за фразой.

— Его Высочество умоляет вас принять сей знак его любви, о несравненная Диана, божественная Артемида, прекраснейшая дева-охотница!

Королева обрадовалась, как девчонка, громко захлопала в ладоши и залилась счастливым смехом.

Ее Величеству часто дарят подарки. Удивительно, но она до сих пор очень мило радуется каждому новому подношению. Подарок королеве преподнес тот же самый хмурый молодой человек, который вчера вручил ей охотничий рог. Я заметила, что и сегодня, когда он выступил вперед, преклонил колено и протянул подарок принцу, чтобы тот вручил его королеве, вид у него был довольно мрачный.

Ее Величество быстро развернула алую тафту и ахнула от изумления.

Это был короткий охотничий лук, небольшой — дамский, но не из дерева, а из слоновой кости. Поверхность его была украшена тонкой резьбой и инкрустирована золотом и драгоценными камнями.

Королева обожает охоту, и подарок явно пришелся ей по сердцу. К луку прилагался красный кожаный колчан со стрелами. Одна из стрел оказалась длиннее остальных и ярко сверкала на солнце. Когда королева вытащила ее из колчана, все увидели, что сама стрела сделана из серебра, ее наконечник — из золота, а «оперение» усыпано маленькими бриллиантами.

Принц Свен вновь преклонил колено перед королевой.

— О королефа Елисафета, несравненная и бошестфенная! Фы — само софершенстфо, фоплощение селомутрия, топротетели и могущестфа! Фсглят фаших прекрасных глас расит наповал, как острая стрела! Отна из них пронсила мне сертсе! — с трудом выговорил принц, сосредоточенно хмурясь, видимо из опасения что-нибудь забыть или пропустить.

— Вы озарили мое сердце радостью, Ваша Милость, — сказала королева, передавая лук леди Хелен. — Не желаете ли сопровождать меня на охоте, которую подготовил милорд Лестер? Мне просто не терпится испытать ваш великолепный дар в деле.

Полагаю, граф успел сообщить принцу о предстоящей охоте. Однако тот еще раз учтиво поклонился и сказал:

— С утофольстфием! — и разразился очередной тирадой на родном языке, обращаясь к леди Хелен.

— Его Милость испрашивает вашего дозволения, Ваше Величество, удалиться, чтобы как следует подготовиться к охоте, — перевела та.

Королева величественно кивнула и протянула принцу для поцелуя руку.

Принц Свен отбыл в свой лагерь, а мы оправились переодеваться.

Лично у меня нет ни малейшего желания участвовать ни в какой охоте! Какая из меня охотница! Уроки верховой езды явно мне не на пользу, я едва держусь в седле и во время конных прогулок всегда плетусь позади остальных. А во время последней я даже умудрилась свалиться в заросли ежевики. Целую вечность потом пришлось вытаскивать из задницы шипы и колючки!

О, мне в голову пришла блестящая мысль! Если не ошибаюсь, королева сейчас в своей гостиной. Камеристки, должно быть, одевают ее в охотничий костюм… Мне просто необходимо с ней поговорить…

Мой план не сработал! Придется ехать на эту чертову охоту. Черт, черт, черт!!!

А ведь план был просто отличный! Я была уверена, что мне повезет!

Я уговорила одну из королевских камеристок, и та позволила мне отнести Ее Величеству перчатки. Сделав скорбную мину, я приблизилась к королеве, держа в руках бархатную подушку с набором перчаток.

Королева торопливо прихорашивалась. Она насмешливо взглянула на меня и улыбнулась — мое появление ее, похоже, ничуть не удивило. Она как будто знала, что я приду. Как она могла догадаться, ума не приложу!

— Да, леди Грейс?

— Э-э-э… Ваше Величество, — я сделала реверанс и неловко покачнулась, словно превозмогая боль. Надеюсь, это выглядело достаточно правдоподобно. — Могу я просить вашего разрешения не участвовать в охоте?

— А какие у вас возражения? — спросила королева. Она выбрала белые лайковые перчатки с вышитыми на манжетах первоцветами.

— Никакие, Ваше Величество, — ответила я, смутившись. — Я знаю, это прекрасная возможность пополнить запасы дичи. Ведь если не отлавливать оленей, они уничтожат весь урожай, но… э-э-э… видеть, как их убивают, выше моих сил!

Королева недовольно покачала головой.

— Вы слишком чувствительны, Грейс, милая. Но истина проста — или убивай ты, или убьют тебя.

— Да, да, конечно, но я плохо держусь в седле… — вздохнув, залепетала я.

— Умение приходит с практикой, Грейс, надо стараться, — заметила королева, натягивая вторую перчатку и поправляя лайку на пальцах.

— А… а еще… лодыжка… Ваше Величество. Я ее подвернула.

Королева улыбнулась.

— Ну, это совсем не проблема, дорогая, ведь бежать будет ваш конь, а не вы сами! Давайте, давайте, Грейс, собирайтесь! Я желаю, чтобы все фрейлины были при мне. Необходимо произвести на принца Швеции достойное впечатление. А вам, дорогая, следует преодолеть свои страхи перед верховой ездой. Я не намерена потакать трусости и слабости!

Я вздохнула. Я не боюсь, а просто не люблю чувствовать себя неуклюжей и никчемной! Но разве поспоришь с королевой?! Сделав реверанс, я выскользнула из комнаты.

Продолжая вздыхать, вместе с остальными фрейлинами я поплелась по коридору к винтовой лестнице, где меня ожидал Джон. Опершись о его руку, я стала спускаться вниз, стараясь не перепутать, какая именно нога у меня болит.

За моей спиной леди Сара и Кармина весело обменивались мнениями:

— Наконец-то можно нормально сесть на лошадь! Осточертело плестись в клубах пыли по самому солнцепеку, — заявила Сара.

Я чуть не лопнула от возмущения. Как все несправедливо! Сара любит ездить верхом, и, что гораздо хуже, проявляет в этом недюжинные способности. Лошадь ее всегда слушается.

— А… а вы участвуете в охоте, Джон? — спросила я своего провожатого.

— Конечно, — ответил он. — И я буду рад сопровождать вас, миледи, если вы не против.

— А-а-а… э-э-э, я э… — с трудом выдавила я из себя.

Язык у меня заплетался, будто вывязанный на спицах Мери Шелтон. Странно, но в присутствии Джона Халла я ощущаю растерянность и смущение, а ведь он такой любезный и приятный кавалер! Может быть, меня нервируют его глаза?! Таких ярких и лучистых я сроду не видела!

Опираясь о руку Джона, я добралась до огромных, сверкающих чистотой конюшен графа Лестера. Подобного образцового порядка я не видела даже в королевских конюшнях на Чарринг-Кросс! Здесь было очень светло и тепло. Ни соринки, ни пылинки, ни оброненной соломинки. Все на своем месте. А камни блестели так, словно их специально отполировали.

Верховые лошади для дам были уже оседланы. Мне достался конь по кличке Боридж с маленькими подергивающимися ушами. При моем появлении он попятился назад.

Джон взял коня под уздцы, подвел к коновязи, а потом помог мне сесть в седло. Черт подери, как же это нелегко! Хорошо еще, что седло дамское. С него почти невозможно упасть. Мне, правда, это несколько раз удавалось…

Джон сказал, что ему надо вывести гончих, и оставил меня одну.

Вскоре к коновязи подвели коня королевы, а спустя несколько минут пажи провозгласили: «Королева! Ее Величество королева!»

Увидев Ее Величество, все, кто сидел или стоял в конном дворе, распрямил спину и приосанился.

Граф Лестер придержал для королевы стремя, и она легко взлетела в седло, зажав в руке хлыст.

Всадницы отступили в сторону, в то время как кавалеры, гарцуя, плотным кольцом окружили королеву, отчаянно пытаясь привлечь ее внимание своей выправкой и ловкостью. Ближе всех к королеве держались граф Лестер и мистер Хэттон. Сэра Уильяма Сесила среди придворных не было. Ему не нравится охота, и он, скорее всего, зарылся в своих любимых государственных бумагах.