От съезда к съезду, или Братья по-хорошему - Леонид Свердлов

Русские еще не раз воевали с половцами. О некоторых войнах я еще напишу в следующих главах. Но интересное дело: всякая война, независимо от того, кто в ней побеждал, заканчивалась одним: свадьбой. Причем всегда русский князь женился на дочери половецкого хана. Так закончилась и эта война, и последующие, и самая знаменитая война с половцами, когда князь Игорь, герой одноименной оперы А. П. Бородина женил своего сына Владимира на дочери князя Кончака. Очевидно, бывало, и половцы женились на русских, но почему-то этому войны не предшествовали. Порассуждав на эту тему, я пришел к такому выводу: тут решался конфликт культур, выяснялось, приданое надо за невесту давать, как у русских принято, или платить калым, как это делали половцы. К счастью, у обоих народов было принято, что платит проигравший войну. Очевидно, в описанном выше случае был уплачен калым.

Удивляет мудрость наших предков. Как же легко и весело они решали такие, казалось бы, неразрешимые сложные проблемы!

VII

А востона бо, братие, Киев тугою, а Чернигов напастьми. Тоска разлияся по Руской земли, печаль жирна тече средь земли Рускыи. А князи сами на себе крамолу коваху, а погании сами, победами нарищуще на Рускую землю, емляху дань по беле от двора.

Наступили времена крайне благоприятные для половцев. У них стали водиться рабы, деньги, ценные вещи.

Посетителей хана встречал уже не мрачный и заспанный стражник, а эффектная блондинка, с заученной улыбкой на холеном лице тараторившая стандартную речь:

— Добрый день! Вы обратились в половецкий семейный сервис. Ваше обращение очень важно для нас. Если у вас проблемы с вашими родственничками, которые не хотят отдавать вам ваше законное княжество, оставьте ваши контактные данные — с вами свяжутся, как только у нас появится свободный хан.

Князь Олег Святославович восхищенно цокнул языком.

— Ну и раскрутились вы тут, пока меня не было!

Ну, наконец-то! А то уж все боялись, что грозный тмутараканский князь совсем канул в безвестность и исчез. Нет, конечно. Такие не пропадают.

— Детка, — сказал он, покручивая ус, — будь добра, зайди к хану и скажи ему, что пришел Гориславич. Он будет рад: я его постоянный клиент.

Хан действительно обрадовался.

— О! Олег! Какие люди! Чернигов опять? Я уж тебя заждался. Чего не заходишь?

— Ты уж извини, я раньше не понимал, что тебе много платить надо. Вот, деньги теперь копил. На этот раз все точно должно получиться. Момент сейчас хороший. Черниговский князь сейчас Владимир Мономах. Он с вами воевал недавно — все войско свое положил и брата потерял. Отпора серьезного он дать не сможет.

Итак, взятие Чернигова — третья попытка. Ну, теперь-то уж должно получиться.

Восемь дней держался Чернигов, но силы были неравны, и Владимиру пришлось сдаться.

— Не переживай, — сказал ему хан Белдюзь, — никто тебя не тронет. Тебя и твоих людей мы из Чернигова выпустим, и поезжай куда захочешь. Не повезло сегодня — повезет в другой раз. Военная удача как солнце весеннее — то улыбнется, то за тучей скроется. А если кому с семьей не повезло, так это уж точно навсегда. Вот тут я тебе даже сочувствую. С такими родственниками тебе никакая военная удача не поможет. А вот мне доход ваша семейка на всю жизнь обеспечит.

— Ничего ты не понял, — мрачно ответил Владимир Мономах. — Олег мой брат, хоть и двоюродный. И мы по-родственному уж как-нибудь без тебя договоримся. А вот ты, Белдюзь, мне никто, и проблемы ты сейчас себе такие заработал, что на том свете не расхлебаешь.

— Что-то я не припомню, чтоб вы без нас свои родственные вопросы решали. А угрозы твои слушать мне сейчас и странно, и обидно. Я ведь не для себя стараюсь. Мне платят — я работаю.

Белдюзь не стал обижаться на слова Владимира. Он вообще их не воспринял всерьез, объяснив их себе стрессом, который пережил Владимир в последние дни. А зря. Мономах действительно серьезно обиделся. Не на Олега непутевого, а именно на половцев. А обижаться в их семье умели.

Мономах выезжал из Чернигова через строй врагов, стараясь не глядеть им в глаза. Такого унижения он еще никогда не испытывал. За такое нужно мстить.

К счастью, ему было куда уехать. Переяславское княжество до этого принадлежало его брату Ростиславу, который утонул в Стугне. То есть, княжество как раз освободилось для Владимира.

А Олег остался в Чернигове. Наконец-то ему повезло. Он получил наследство, о котором давно мечтал, сполна расплатился с половцами и разрешил им грабить Черниговщину. Долг платежом красен, а Олег при всех своих недостатках был человеком честным, и всегда возвращал долги.

Оказавшись в Переяславле, Владимир почти сразу вынужден был принять нежданных гостей.

К городу подошло половецкое войско. Впрочем, вели они себя прилично, просто даже вежливо. Хан Итларь сидел с Владимиром за одним столом и жаловался на трудности кочевой жизни:

— Скачем мы по жизни, уважаемый князь, ищем своей правды. Скачем к краю бескрайней степи. Степь — наша жизнь, а правда на острие сабли. И кого эта правда найдет, тот край своей степи и увидит. Ходили мы с братвой к византийцам. Хотели им правду свою показать, но их правда оказалась сильнее нашей. Много богатырей полегло. А кто не полег, тому греки глаза повыкалывали, чтоб им степи больше не видеть. Дорого нам наша свобода обошлась. Не хотим сейчас свободы. Покою хотим. Ты уж не взыщи, князь. Остановимся мы у тебя на время. Постоим и уйдем.

Дурацкая манера приходить в гости без приглашения. И кто учил половцев хорошим манерам? Никто. Плохо в Половецкой степи с хорошими учителями.

— Ладно, Итларь, оставайся, раз уж пришел. Можешь переночевать у боярина Ратибора. А, Ратибор? Примешь у себя дорогого гостя?

— Можно, — коротко ответил Ратибор.

— Вот и спасибо, — улыбнулся Итларь. — Я со своей дружиной погощу у Ратибора в Переяславле. А мой друг хан Кытан у города остановится. Он привык жить в полевых условиях — ему там будет хорошо. Кстати, мы ведь тоже люди гостеприимные. Твоего сына в гости зовем. Пусть он поживет у Кытана в лагере, пока я здесь, в Переяславле живу. Так нам всем будет спокойнее. Доверия больше — дружба крепче.

— Хорошо, — согласился Владимир. — Пусть Святослав пока поживет у Кытана.

— Это правильно, — поддержал его Итларь. — Мой сын ведь сейчас тоже не со мной. Он гостит в Чернигове, у твоего кузена Олега.

Владимир зябко поежился. Упоминание Чернигова и Олега было ему неприятно. Впрочем, он постарался не подавать виду.

Поздно вечером в Переяславль из Киева приехал Славята — гонец Святополка.

— Великий князь считает, что распустили мы половцев, — сказал он. — Они себя на Руси чувствуют как у себя дома. У тебя, как я вижу, их тоже целый табор. Надо бы их на место поставить. А лучше уложить.

— Согласен, — кивнул Владимир. — У меня тоже руки чешутся. Но я им слово дал. Вот, Ратибор свидетель.

— Свидетель? — Ратибор удивленно пожал плечами. — Мало ли кто о чем говорил с погаными. Им наше слово — как нам их обещания. Я не помню, о чем ты с ними разговаривал. И ты забудь.

А Святослав — сын Владимира Мономаха в это время ел и пил у гостеприимного хана Кытана. В разгар пира явились новые гости: Славята и несколько киевских дружинников.

— Здорово, Славята! — сказал Святослав. — Знакомьтесь: это Славята из Киева, а это Кытан и его половцы.

— Здорово, Кытан! — сказал Славята, выхватывая из-за пояса нож.

На одно мгновение сверкнули ножи в руках киевлян, и вот уже все половцы лежали мертвые. Никто не успел поднять тревогу. И киевляне под покровом тьмы вместе со Святославом покинули лагерь.

Утром к ничего не подозревавшему Итларю пришел Ратибор.

— Владимир к себе зовет, — сказал он. — Я велел протопить избу, чтоб тебе в тепле переодеться и позавтракать.

— Пусть так, — согласился Итларь и вошел в избу.

Он услышал, как снаружи щелкнул засов. Метнулся к двери, но шум сверху остановил его. Итларь поднял взгляд к потолку и увидел в отверстии крыши лицо Ольбера — сына Ратибора. Свистнула стрела, и Итларь упал с пронзенным сердцем.

После расправы с гостями Владимиру не оставалось ничего другого, кроме как присоединился к походу Святополка. Половцы наверняка захотели бы отомстить.

Ничто так не укрепляет мир в семье, как хорошая война. Владимир думал помириться в этом походе с Олегом, тем более что, по словам Святополка, тот обещал тоже принять участие. Но Святополк и Владимир целый день прождали своего кузена в условленном месте, а он так и не явился. Пришлось идти воевать без него.

На этот раз война у русских получилась удачная. Половцы были не готовы к нападению, да и время было для них неподходящее. Дело было ранней весной.

Половцы кочевали, нанимались воевать, грабили помаленьку. Но этим всем хорошо только летом заниматься. А зимой в Половецкой степи лежали глубокие сугробы. Коней было нечем кормить. Так что осенью половцам приходилось забывать вольную жизнь — запасаться фуражом и готовиться к зимовке. А весной сонных, не проспавшихся и потерявших спортивную форму половцев можно было брать голыми руками.