Обаятельный гарем желает познакомиться - Наталья Сергеевна Филимонова

и все! Волосы, фигуры — скрыты полностью. И все девицы стоят — глазки в пол. И лица-то у всех восточного типа, все темноглазые и чернобровые. По мне так нас сейчас вообще поди различи между собой.

А этим… женихам — ничего, нормально. Разглядывают оценивающе. То есть, по-моему, реально прицениваются. Особенно вон тот жирный боров в белой чалме… И этот… бородатый козел с масляными глазками. Ой, то есть великий визирь.

С Ларисой мы договорились, когда и где сможем снова встретиться.

Ха! Да чтоб я еще жаловалась, что у меня вышло не самое удачное попаданство. У меня в новой жизни есть настоящий ангел-хранитель. Но я, пожалуй, не стану злоупотреблять ее помощью. Надо выкручиваться своими силами.

Итак… мне предстоит выйти замуж. В гарем. Чей — пока вопрос.

Покопавшись в памяти Нилы, я выяснила, что чаще всего вопрос о замужестве дочерей их отцы решают с будущими зятьями. Девушек ставят перед фактом. Как и следовало ожидать.

Но есть и еще один вариант — тот самый, что предстоит мне. Специальные смотрины. Время от времени такие мероприятия устраивает тот или иной из великих домов, а то и сам халиф. Туда приглашают созревших, но еще не сосватанных девушек из хороших семей. И, конечно, приходят мужчины, которые не прочь пополнить свой гарем — ну или просто пообщаться и развлечься.

Честно говоря, развлечение из таких смотрин так себе. Это очень далеко от приема или бала. Для начала — никто там ничего не ест, поскольку мужчины и женщины едят отдельно. Ни о каких танцах тоже не может быть и речи — такие забавы, принятые в других странах, здесь считаются верхом неприличия. Ведь мужчина в танце прикасается к незамужней девушке, а то и чужой жене!

В общем, “женихам” просто представляют толпу закутанных по уши девиц, и… все. Дальше мужчины могут при желании пообщаться с кем-то из кандидаток — под присмотром старших женщин, конечно. И если девушка понравилась, ее отцу направляют предложение и согласовывают калым. Очень практично.

Впрочем, возможно, я несправедлива, потому что смотрю на все это действо со стороны, хм, товара. То есть девушки. Наверняка мужчинам, пока невесты не видят, подают какие-то закуски и напитки, а может, и развлекают танцами полуголых наложниц. Иначе зачем бы большинству из них ходить на смотрины?

Как бы там ни было, при первой возможности я предпочла улизнуть в сад. Девушкам разрешалось бродить там под присмотром, чтобы у мужчин была возможность с ними пообщаться. Конечно, за мной тенью следовала Зейнаб, но держалась на расстоянии.

О некоторых из мужчин, пришедших на смотрины, Зейнаб мне рассказывала, и кое-кого я даже взяла на заметку. Итак, мне нужно прямо сейчас выбрать того, кто лучше всего соответствует моим интересам. Да-да, и пусть они считают, что это они выбирают невест.

Вливаться в сложившийся гаремный коллектив — увольте. В идеале мне нужен мужчина, который вообще пока не женат. Таких здесь — раз-два, и обчелся. То есть, собственно, действительно раз-два. Юный сын советника ай-Джамаля, выбирающий первую невесту, и престарелый советник ай-Мируз. Пообщаться я планировала с обоими — пока не увидела их. Взгляд прыщавого напыщенного папиного сыночка сказал сразу уж слишком о многом.

Помимо тех, о ком я уже знала, меня заинтересовал мужчина, пришедший вместе с великим визирем Саидом ай-Джарифом. Выглядел этот человек… я бы сказала, по-европейски. Явно не местный. Лет тридцати на вид. Может, немного моложе. Одет он был в узкие бриджи и расшитый тесьмой голубой камзол — и уже своим нарядом выделялся среди вельмож халифата. А еще у него были светлые волосы и серые глаза.

Представили его как посла Вербинии Демьена ле Радена. Образование Ниле давали не самое широкое, но я все-таки смогла припомнить, что Вербиния — страна, с которой халифат не так давно поддерживает дипломатические и торговые отношения. А еще это страна, где не принято многоженство!

И что он забыл здесь, интересно? Интересуется местными обычаями или и впрямь присматривает невесту?

В принципе, для меня это могло бы быть выходом. Не особенно хочется выскакивать замуж на незнакомца, но в гарем не хочется еще больше. И, может, он сможет вывезти меня в Вербинию? Интересно, там разрешены разводы?

Словом, с послом мне хотелось пообщаться поближе. А вот от сопровождающего его визиря, наоборот, стоило держаться подальше.

Этот выглядел немногим старше своего спутника — но он сильный маг, так что лет ему наверняка не 30 и не 35. Да и уж у кого-кого, а у великого визиря гарем огромный. Да и в целом ай-Джариф — такой же индюк, как большинство мужчин здесь. Женщину за человека точно не считает.

Зато как счастлива была бы Зейнаб, да и Нилин отец, если бы удалось отдать дочь в гарем самого визиря! Еще и считали бы, что я сама должна прыгать от радости. Все-таки не старик, а вполне привлекательный мужчина, к тому же богатый и статусный.

Нет уж, воздержусь от такого счастья.

Я шла по мощеным дорожкам сада, с любопытством оглядываясь. Эти смотрины затеял сам халиф, так что не стоит удивляться такой роскоши, как настоящий сад при дворце. Местность здесь жаркая и засушливая, пустыня совсем рядом, и сады держат только самые богатые горожане. По стилю это больше всего напоминало Мавританию, пожалуй. Пышные пальмы и лианы в кадках, мощеные мозаичные дорожки и площадки, витые решетки беседок… действительно красиво.

На очередном повороте я чуть замедлила шаг, услышав голоса. А потом, выглянув из-за пышных кустов в кадке, и вовсе предпочла скрыться за ней.

По дорожке неторопливо шествовали те двое, о которых я думала — визирь и его спутник.

А хороши оба! Темноволосый, пышно одетый визирь и блондин-иностранец смотрелись полными противоположностями друг другу. И в то же время было в них кое-что общее: высокий рост, широкий разворот плеч, гордая осанка.

Ай-Джариф, конечно, бородатый козел. В смысле, бородка у него есть, а козел он по своей сути. Осматривая девушек, разве что зубы не просил показать. Спасибо, хоть не щупал — и то не ему спасибо, а местным обычаям.

Тем не менее, в некой мрачноватой привлекательности ему не откажешь. Слегка вьющиеся волосы до плеч, красиво очерченные губы, хищный нос. Породистое лицо.

Впрочем, у посла — не менее породистое, но совсем в другом роде. Этот гладко выбрит, волосы собраны в хвост до лопаток. К счастью, никакой пудры, париков и бесчисленных украшений. А по тому, как держится, ясно, что иметь дело с оружием