Обаятельный гарем желает познакомиться - Наталья Сергеевна Филимонова

меня вот так сходу, ничего не объясняя, позвал неизвестно куда кто-то посторонний, конечно, я бы никуда не пошла. Но это ведь была Лариса, которую я знаю всю ее жизнь!

А потому очень скоро я стояла на окраинной Тригорской улице и разглядывала трехэтажный каменный дом, над подъездными воротами к которому красовалась вывеска «Туристическое агентство “Тысячи дверей”». Ничего себе наследство у Ларки! Значит, здесь она и живет, и работает.

— Это очень особенный дом, — негромко проговорила она у меня за спиной. — Сейчас сама увидишь…

Насколько дом особенный, я убедилась сразу. Потому что дверь нам открыл скелет.

Нормальный такой скелет, эдакое медицинское пособие. Только в глазницах зеленые огоньки светятся. Открыл дверь, отошел в сторону и церемонно поклонился, делая приглашающий жест.

В первую секунду я, опешив, даже запнулась. А потом, протянув руку, потрогала ребра скелета. Не голограмма. Хм… ну, полностью человекообразных роботов я на выставках видела. Вот таких, правда, не встречалось. Интересно, где ж там механизм прячется в этих косточках. Но ведь сейчас чего только не делают… однако сколько же такой должен стоить? Еще и подсветка эта в глазницах — полное впечатление, что скелет одушевлен!

Лариса наблюдала за моей реакцией с любопытством, а скелет только покачал черепом и чуть отступил.

— Это Генри, — пояснила моя крестница. — Наш мажордом, дворецкий и вообще незаменимый сотрудник.

Я чуть вздохнула. Ну, хочется девочке напустить тумана — ради бога.

— Интересный у тебя антураж, — только и сказала, осматриваясь. Прихожая как прихожая. Этажерка для обуви, зеркальный шкаф-купе, три двери, ведущих в разные стороны, и еще одна, не сразу заметная, прямо под винтовой лестницей.

Лариса только вздохнула.

— Мда… непросто с тобой будет. Слушай, а ты веришь в чудеса?

Я только криво усмехнулась.

— На чудо я долго надеялась. Как-то не срослось с чудесами.

Она отвела глаза.

— Ну хорошо! — Лариса решительно нажала на ручку неприметной двери справа и дернула ее на себя.

Внутри оказалась непроницаемая мгла, а с дверного косяка свисали клочья паутины. Потянуло плесенью. А потом в темноте вспыхнула пара ярко-алых глаз, и кто-то отчетливо чихнул.

Интересно, зачем такие спецэффекты турагентству? Может, раньше здесь было что-то вроде комнаты ужасов, вот и остался инвентарь?

Крестница поспешно захлопнула дверь.

— Черт… не угадаешь с этой кладовкой. Ладно… а скажи, где бы ты вот прямо сейчас хотела оказаться? Ну… например, в горах, на море?

Я пожала плечами.

— Ну хорошо! — кажется, мое равнодушие слегка разозлило крестницу. Так что она, схватив меня за руку, решительно распахнула дверь напротив входной и почти втащила меня в длинный коридор.

По обе стороны коридора были… двери. Множество дверей. Кажется, я догадываюсь, откуда взялось название агентства. Конечно, в официальных учреждениях таких коридоров сколько угодно. Но ведь это частный жилой дом в три этажа!

Не оглядываясь, Лариса шагнула к первой попавшейся двери, рванула ручку и буквально втолкнула меня в открывшийся проем.

Сделав по инерции пару шагов, я встала как вкопанная.

— Ну как тебе? — спросила Лариса за спиной.

Никакой комнаты за дверью не было. А было — собственно, море. Лазурное, яркое, с нереально-прозрачной водой и белоснежными барашками пены, накатывающей на гальку прямо у меня под ногами.

Я глубоко вдохнула воздух. Пахло водорослями. Присела. Потрогала гальку и воду. На всякий случай лизнула палец — солено!

Оборачиваться к Ларисе я не спешила, пытаясь осмыслить все. Что это? Настолько правдоподобные декорации? Но…

И в этот момент со стороны скал неподалеку послышался цокот копыт и голоса.

Я резко развернулась… и заорала.

— Ой! — Лариса схватила меня за руку и дернула назад — в дверной проем, торчащий прямо посреди пляжа. — Извини, кентавров я не планировала…

Я все еще не могла сказать ни слова. А Лариса, уже стоя в коридоре своего дома, с любопытством разглядывала морской пейзаж за дверью — и группу кентавров, которые натягивали тетивы луков, целясь в нашу сторону!

— Какие-то они недружелюбные, — заметила она и наконец оглянулась на меня. — Ой… извини. Испугалась? Не бойся, сюда им никак не попасть.

В этот момент первая стрела воткнулась в землю прямо перед порогом, и Лариса захлопнула дверь.

— Ч-что это было? — я даже заикаться начала, чего за мной сроду не водилось.

Можно сколько угодно убеждать себя, что кругом очень крутые декорации, хотя вода в море и галька под ногами абсолютно реальны, а воздух пахнет водорослями. Но когда в тебя целятся — неважно, из какого оружия — о реальности  окружающего мира перестаешь задумываться. Если честно, я… ну, наверное, смирилась со своей смертью. Распланировала тот короткий срок, что мне остался. Но умирать прямо сейчас? Я не согласна отдавать то, чего у меня и без того мало!

А если целятся в тебя мифические существа… на побережье моря, которого в нашем городе просто не существует… можно, наверное, попрощаться со своим здравым рассудком.

Или попросить объяснений у того, кто может их дать.

— Пойдем на кухню, — вздохнула Лариса. — Мне нужно объяснить тебе кое-что.

*

— Ты когда-нибудь читала книги о попаданцах? — спросила крестница, налив мне чай и удобно устроившись на высоком стуле за барной стойкой.

Ничего такая у нее кухня, очень даже современная и одновременно — уютная.

Я пожала плечами и кивнула. Ну, читала что-то.

— В общем… это не совсем сказки. Так бывает. Во Вселенной множество миров — в ней есть абсолютно все, что мы можем вообразить. Иногда люди пропадают без следа… не всегда, но иногда это значит, что их позвал другой мир. Именно этот человек для чего-то был очень нужен одному из миров. Многомерная Вселенная таким образом сама поддерживает свое равновесие. А еще есть вот такие места, как мой Дом — узлы, или точки равновесия миров. Можно стать попаданцем и добровольно. И даже на время — а потом вернуться. Просто войдя в одну из дверей в этом доме…

— А ты? Причем здесь ты? — почему-то больше всего у меня не укладывалось в голове именно это: ну какое отношение ко всем этим сказкам и иным мирам имеет моя крестница, самая обычная девчонка, которую я знаю все 20 лет ее жизни?

— А я… смотрительница Дома. — Почему-то это слово она произносила так, что сразу было ясно — “Дом” с большой буквы. — У каждой из таких точек равновесия есть свой смотритель. Однажды Дом позвал меня. И тебя — тоже позвал. Сюда никто не попадает случайно. И если ты здесь, значит он