И дорога к себе так длинна - Ксения Баштовая

Летти тоже ничего не понимала.

— Что происходит? — протянула она.

Внезапно наступившая тишина, словно теплым одеялом упавшая на селение, была ей ответом.

Девушка с интересом огляделась по сторонам и шагнула к эльфу, все еще стоящему возле костра. Неожиданно земля покачнулась под ногами… Больше Летти ничего не запомнила.

Элиаш, впрочем, тоже.

Обычно во сне все происходящее кажется реальностью. Вот и сейчас, когда вокруг вился бирюзовый туман, Летти неожиданно четко осознала, что все происходящее не имеет к снам никакого отношения. Девушка огляделась по сторонам, шагнула вперед…

Приторно-сладкий запах преследовал даже здесь. Казалось, сам туман пропитался этим назойливым ароматом. Дриада презрительно сморщилась, махнула рукой, отгоняя прилипчивое амбре, и словно в ответ на этот жест из тумана вдруг высунулась физиономия жряка.

Девушка испуганно взвизгнула, отпрыгнула назад, а чудовище распахнуло пасть… и ласково пропело:

— Просыпайся, девонька, просыпайся, милая!

Летти подскочила на месте, распахнула глаза и поняла, что полулежит на небольшой подстилке в какой-то странной комнате: серый пол плавно переходил в стены, не образуя никаких углов, а затем и вовсе смыкался над головой. Создавалось впечатление, что девушка находится внутри огромного шара. Впрочем, находилась она там отнюдь не в гордом одиночестве: рядом с ногой дриады то ли сидел, то ли стоял (кто эти пушистые шарики разберет?) маленький крепенький трау. В синих глазках, с трудом различимых в длинной шерсти, светилась вся скорбь невысокого народца, а крошечные розовые безволосые ручки беспрестанно мяли какой-то платочек.

Девушка испуганно икнула и медленно начала отодвигаться от непонятного существа. Кто его знает, вдруг бешеное, покусает еще… Вон набросали в свой костер какой-то травки… Хотя, конечно, самое обидное не это. А то, что какие-то дикие трау знают, что такое огонь, а честные и благовоспитанные дриады понятия об не имеют этом явлении!

Вот только далеко отползти от трау Летти не удалось.

— Не бойся, лапонька, — ласково протянуло существо.

Летисия пораженно охнула: звуки, издаваемые трау, как и раньше, больше всего напоминали то ли хрюканье, то ли фырканье, вот только сейчас для дриады они сливались во вполне понятные слова.

Некоторое время девушка ошалело хлопала глазами, а потом улыбнулась и радостно произнесла:

— Я поняла! Я сошла с ума!

А раз так, можно спокойно зажмуриться, откинуться на спину… и почувствовать, как холодные лапки обеспокоено шлепают тебя по щекам:

— Девочка, все в порядке? Ты как?

Летти вздрогнула, распахнула глаза. Может, все происходящее и бред, вот только убедить себя в этом ну никак не получается.

— Не уверена, что нормально, — вздохнула девушка, не отрывая напряженного взгляда от трау, подползшего к ней поближе: сейчас он стоял-сидел прямо напротив ее лица.

А существо между тем, судя по голосу, улыбнулось:

— Ну, раз разговариваешь, значит, все в порядке.

Девушка неуверенно хлюпнула носом и, решив, что даже в случае сумасшествия будет не лишним знать правду, спросила о том, что сейчас беспокоило ее больше всего:

— А вы… меня не съедите?

Вот теперь трау рассмеялся по-настоящему:

— Что ты, девочка! Да я отродясь ничего, кроме фруктов, в рот не брала!

У дриады отлегло от сердца.

Хотя в целом разговор не задался. Трау некоторое время молчаливо переминался с лапки на лапку, а затем, видимо, решив, что хорошего понемножку, вздохнул и легонько провел розовой пухлой ладошкой по лбу гостьи:

— Спи, девочка, ты так устала…

На миг Летти показалось, что голос трау — женский, впрочем, кто этих коротышек знает.

Дриада сама не заметила, как задремала. На этот раз уже без сновидений.

В отличие от Летти, Элиаш был занят делом. Проснувшись практически в таком же шаре как и дриада, эльф некоторое время озирался, пытаясь сообразить, куда его занесло и с какой целью. Память возвращалась неохотно: вот эльф стоит возле клетки с телом хватуна, вот отрезает клок шерсти зверя, вот разжигает костер… Клубы дыма вьются перед лицом, где-то сбоку надрывно кашляет Летти…

Летисия! Юноша подскочил как ужаленный и панически заозирался по сторонам. Свет, где же дриада?! Пришла ведь в это селение вместе с ним! Рука автоматически нащупала на поясе рукоять ножа.

Никаких нежных чувств к случайной спутнице эльф, честно говоря, не испытывал, но тут вопрос в другом. Шли вместе, он фактически взял девушку под свою защиту, а сейчас… Тьма! Неужели эти дурацкие трау ее… Сердце предательски заныло.

Элиаш провел кончиками пальцев по линиям татуировки и услышал привычное: «Баланс резерва составляет двадцать восемь процентов. Восприятие реальности в норме, чувствительность зрения в норме, чувствительность слуха в норме, точность — в норме, скорость реакций повышена на семь процентов. Реагирование на внешние и внутренние болевые раздражения уменьшено на пятнадцать процентов. Срок восстановления резерва до нормы увеличен на пятнадцать минут». Эльф одним прыжком взвился на ноги, стараясь не обращать внимания на то, как на миг зашумело в ушах — все равно пройдет через пару ударов сердца. Огляделся по сторонам и, ощутив в ладони привычную тяжесть ножа, медленно направился к виднеющейся впереди щели — выходу, завешенному какой-то сероватой тряпкой, чуть колышущейся от ветра.

Резко откинутый в сторону кусок ткани впустил в помещение порыв свежего ветра. Элиаш замер, зажмурившись и хватая ртом воздух, — он и не подозревал, насколько спертым был воздух в шаре… А когда распахнул глаза, понял, что перед ним столпились около десятка трау. Как ни странно, ни у одного из них не было в руках оружия. Даже привычные копья куда-то пропали.

Элиаш задумчиво покосился на нож, зажатый в руке. Смотрелся он здесь как-то не к месту, но убирать клинок не хотелось. А говорить что-то надо было… Ничего, кроме банального «доброе утро», в голову не пришло.

Впрочем, какая разница, что говорить, если ни один из собеседников не понимает друг друга.

— Доброе, — вдруг прозвучало в ответ. Причем прозвучало вполне отчетливо. И неважно, что в первый миг это показалось бессвязным набором звуков. — Только уже не утро. День.

Эльф так и сел на землю.

Летти сладко спала, обеими руками обняв любимого мрука. Пушистый зверек ласково прижался к хозяйке, скользнул шершавым язычком по щеке, чуть слышно что-то пробулькав…

До сонного мозга дриады начало доходить: что-то тут не так. Она в лесу, за много лиг от дома. Откуда здесь мог взяться питомец? Девушка осторожно открыла глаз, второй… и, завизжав не хуже легендарных сирен, шарахнулась в сторону.

На мягкой подушке растекся пушистой сонной кляксой… заглот.

Существо недовольно зашебуршилось, собралось в неопрятный мохнатый комок и, моргнув невесть откуда взявшимся голубым глазом, поползло прямо к девушке. Летти захлебнулась на особенно высокой ноте и рванулась в сторону, подальше от негостеприимной подушки.

Заглот, поразмыслив, тихо и мирно потянулся за девушкой.

Как назло, шар оказался совершенно замкнутым, не было ни малейшего намека на выход. Летти успела два раза оббежать комнатку по периметру, а потом, не раздумывая, проскакала по крошечным стульчикам и сиганула на невысокий, размером с обычную табуретку, столик, стоявший в центре. В любом случае заглот до столешницы вроде не достает.

Проблема была именно в том, что «вроде бы». Лесной хищник на несколько мгновений замер перед ножкой стола — Летти судорожно молилась всем известным силам, чтобы столик выдержал ее вес и не вздумал сломаться, — а вслед за тем…

Тихое, чуть слышное шуршание дриада приняла за попытки заглота забраться на стол. Каково же было ее удивление, когда стена шара вдруг разошлась и в образовавшуюся щель в комнату заскочила давешняя трау. Та самая, что говорила, что есть ее не будет.

— Помоги… — судорожно начала дриада, вот только договорить не успела.

— А, девочка, — улыбнулась трау, — ты уже познакомилась с моим сыном? Поиграть решили? Правда, он прелесть?

Стол, не выдержав шока Летти, выбрал именно этот момент, чтобы сломаться.

Девушка искренне хотела помочь и пыталась починить поломанное: хваталась за остатки стола, прыгала вокруг хлопочущей трау, испуганно ойкала… Впрочем, последнее особо не пригодилось. Сразу после того, как стол рухнул, чудом не придавив заглота, трау обронила:

— Не волнуйся, ничего страшного, постой здесь! — и выскользнула из домика-шара.

Дриада предусмотрительно отодвинулась от заглота подальше. Не бояться — это, конечно, хорошо, но кто знает, что сыночку-заглоту в голову придет. Впрочем, самой головы не видно… но от этого только хуже! Совершенно невозможно следить за ходом мыслей этого существа!