Ублюдок - Павел Барчук

Выбрался из-за стола, культурно поблагодарил. В ответ заслужил немного удивленный взгляд со стороны кухарки. Ясное дело, если Колька вон руками размахивает, они, наверное, к вежливому отношению тут не приучены.

Что интересно, на Рогатого Мария старалась не смотреть. Как и те люди в клетке. Она вообще глаз от пола не открывала. Надо будет озадачиться этим вопросом. Почему они так себя ведут.

Николай направился куда-то в глубину дома, я – за ним. В итоге, мы вышли из особняка через дверь, расположенную в другой стороне от главного входа, и оказались на заднем дворе. Тут имелся целый парк. Естественно, ухоженный, с фигурными кустами и клумбами. Куда ж без этого.

Очень похоже на барское имение. Не знал бы, что у парадного припаркована крутая тачка, а в спальне имеется навороченная техника, подумал бы, брюнетка приврала насчёт похожести наших миров. На самом деле, оказался я где-то в начале прошлого века. В угодьях дворянской семьи. Потому что до кучи, между клумбами прогуливались павлины, а в озере, которое виднелось неподалеку, стояли настоящие розовые фламинго. Мандануться можно…

Николай двигался вперёд по отделанной камнем дорожке. На окружающую нас красоту он не обращал внимания.

В итоге мы оказались перед ещё одним зданием. Оно, в отличие от дома, было меньших размеров. Окна виднелись только на самом верху. Скорее всего, на втором этаже. Вот тут я занервничал.

Подозрительное строение. Может, у них там пыточная или тюрьма. Успокаивало только одно. Глупо было бы со стороны брюнетки вытащить меня из умирающего тела, потом засунуть в молодого парня, чтоб в итоге позволить каким-то мудакам убить или покалечить свое творение. Тем более, она четко сказала, есть большие надежды на сотрудничество. Если совсем откровенно, ей нужна моя помощь. Иначе, не заморачивалась бы с такой сложной махинацией. В конце концов, она ведь богиня, должна видеть, что сейчас происходит.

Николай открыл дверь и шагнул внутрь. Я не очень хотел это делать, но направился следом.

В здании находилась лаборатория. Реально. Как в кино. Вокруг нас тусовались люди в белых халатах, перчатках и шапочках. Их было, правда, немного. Человек пять - шесть. Не успел сосчитать. В центре стоял огромный стол, похожий на хирургический. Такие обычно имеются в операционных. Рядом со столом – аппаратура, которая отвечает за уровень давления, сердцебиение. Короче, плохо разбираюсь в медицинской специализации, но какая-то такая ерунда.

– Это что? – Я притормозил рядом со столом, мимо которого мы как раз шли. В душе росла и крепла уверенность, все происходящее не нравится мне еще сильнее.

– Идём. Тебя ждёт Патриарх.

Охренительный ответ. Жаль, что он вообще не соответствует моему вопросу.

Патриарх на самом деле ждал. Стоял возле небольшой черной колонны, расположенной в самом конце, и задумчиво на нее пялился.

– Князь… – Николай замер в нескольких шагах от Морозова.

Тот не обернулся. Продолжал изучать стеллу. Она был сделана из какого-то неизвестного мне камня.

– Вулканическая лава нашего настоящего дома… – Выдал вдруг Морозов. – Наследие первого Патриарха рода. Каждый князь оставил подобную память своим потомкам.

Он говорил со мной, но по-прежнему стоял спиной. Колонна для него, похоже, гораздо интереснее какого-то раба. Не нравится мне это слово, кстати. Раб…

– Ситуация следующая, Егор. У меня есть сын. Единственный. Он молод. Ему только исполнилось восемнадцать. Морозовы всегда были изгоями среди остальных княжеских родов. Конечно, никто не скажет этого в лицо. Побоятся. Видишь ли, они – дворяне, от рождения. А мы… Богаты, могущественны, но… наш род изначально, ещё до Великой ночи, был купеческим. Предок, кстати тоже Савва, ухитрился после появления настоящих Князей, добиться расположения одного из них.

Всего было семь демонов. Ты утверждаешь, будто ничего не помнишь. Поэтому, я расскажу тебе. Хотя, конечно, очень странно говорить о том, что является незыблемой основой нашего существования. Так вот… Семь Князей Ада. Они пришли первыми. Потом – остальные.

Мамона – алчность, богатство и несправедливость. Создатель алхимии. Второй герцог – Асмодей. Похоть и соблазн, разврат и ревность. Третий герцог – Левиафан. Поглощающий души. Тьма и хаос. Он связан с вратами Ада. В его подчинении все, что касается воды. Четвертый герцог – Белиал. Демон лжи. Сильнейший после Люцифера. Он может сотрясать землю, контролировать тени и вызывать безумие. Пятый герцог – Вельзевул. Гордость и честолюбие. Ему подчиняются воздушные потоки. Он командует Легионами. Шестая – герцогиня Астарот. В Аду она всегда занималась человеческими делами. Казначей Люцифера, которая управляет сорока легионами духов. Седьмой герцог – Азазель. Повелитель убийства и жажды крови. Демон хитрости. Способен исполнить любое желание, но взамен забирает жизнь. Он научил людей делать оружие и убивать друг друга. Семь Князей - семь правящих родов, как ты понимаешь.

Патриарх, наконец, соизволил оглянуться. Наверное, хотел проверить, точно ли понимаю. Я кивал с умным видом, хотя по мне все это сильно напоминало сказку. Только страшную. Где все герои плохие. Выражение моего лица, похоже, понравилось Морозову, он остался доволен, и продолжил рассказ.

– Княжеские дома, наши, имею в виду, перегрызли друг другу глотку за право быть рядом с одним из герцогов…

– Я очень извиняюсь… – Не выдержав, перебил Седого. – А вот чисто любопытства ради. То есть, мысли, как-то противостоять, ни у кого не возникло? Нет, ну понятно, ад там, демоны, все дела. Просто у нас, русских, в крови – всякая партизанская борьба, например. Медом не корми, дай в лесу посидеть, парочку отрядов собрать и мочить врага потихоньку. Это я совершенно случайно сейчас вспомнил, если что. Сам не знаю, откуда прилетело.

Судя по охреневшим лицам и Рогатого, и Патриарха, точно не возникло подобных мыслей ни у кого. Кроме меня. Какие ж они русские? А что насчёт темы, будто с нами бог? Короче, не хватило смелости бороться. Ясно. Зассали.

– Ну… ладно. Продолжайте. – Прозвучало так, словно я разрешил Седому говорить дальше. Николай, судя по красной роже, был готов порвать наглого раба. Сдерживало его только присутствие хозяина, который был подозрительно ко мне добр.

– Так вот… – Морозов недовольно поморщился, собирая мысли в кучу. Своим вопросом я его сбил с правильного пути. – В общем, Савва, наш первый Патриарх, ухитрился оказаться рядом с Мамоной. Деньги, золото. Это то, чего у нас в избытке. Видимо, Князь счёл его подходящим основателем нового рода. Но даже спустя много столетий, каждый никчёмный дворянчик задирает нос при упоминании фамилии