Практикантка (СИ) - Роман Абдуллов

class="p1">Он протянул скрученный в тонкую трубочку лист.

— Дартс? Не та ли самая?

— Да! Та, что с двадцатью единицами!

— С двадцатью тремя, — поправил Овидус, разворачивая свиток. Он ожидал увидеть лишь несколько строк, однако лист был исписан полностью. — Что еще за поэма?

— Это «Песня о Соколе». Лиа Вэлэри прочла ее со сцены, когда просилась в клиентки к лэру Маркусу ван Сатору.

Овидус удивленно взглянул на помощника:

— Только не говори, что ван Сатор принял ее.

— Принял.

В голосе Колина почудилось странное предвкушение.

— Вот как… — Овидус взял трость, стоявшую у изголовья кровати. Прохладный бронзовый набалдашник привычно лег в ладонь, помогая сосредоточиться. — Девчонку, значит. Деревенскую… Еще и с двадцатью тремя единицами… Почему? У наследника ван Саторов должна быть веская причина, чтобы стать патроном такой бездарности.

— А вы «Песню» прочтите, — Колин горящими глазами указал на свиток.

Овидус прочел «Песню» дважды. Затем поднялся с кровати и прошелся по спальне, вглядываясь в отпечатки, которые трость оставляла на мягком ковре.

— Н-да. Когда я говорил ректору, что молодежь бывает непредсказуема, я не совсем ЭТО имел в виду… Впрочем, Дартс нам не помешает.

Колин встрепенулся.

— Но что, если она и в другой академии…

— Что за чушь⁈ — перебил Овидус. — Кто сказал, что Дартс перейдет в другую академию?

Колин покосился на трость в руках наставника и, опасливо отодвинулся.

— Вы сказали… Она же автор гимна.

— Ты в своем уме? — Овидус с холодной яростью уставился на помощника. — У нее двадцать единиц!

Колин нахохлился.

— Простите, дэр Овидус. Впредь постараюсь быть разумней.

— Уж постарайся! Иначе придется тебя заменить!

Чуть остыв, Овидус продолжил:

— Дартс — не проблема. С такими куцыми силенками практику она не пройдет. Меня больше интересует, что это за книги, где любая деревенская девчонка может вычитать… такое. А, Колин?

Колин пожал плечами и, не скрывая сожаления, произнес:

— Еще те вкусные лепешки, которыми нас вчера угощали, были по ее рецепту. Их тут называют лепешки-дартс.

Овидус пристально посмотрел на помощника.

— Ты сюда живот набивать приехал? Как только студенты разъедутся, уволишь повара.

Глава 17

Лучший курорт Республики

«Мы мигом к вам заявимся с лопатами и с вилами…» — крутилось в голове у Леры все то время, пока строились перед общагами. Сорок два первака и чуть больше второкурсников — «воздушники», «земельники» и «водники» — сегодня отправлялись на практику в поля. Сначала порталом в столицу, оттуда — во Флиминис.

В качестве вожатых первому курсу назначили дию Мирнон и дэра Паблиуса. Но если присутствие дии Мирнон обнадеживало, то перспектива целый месяц видеться с куратором не радовала вовсе. «Нехороший человек». Раза три повторил, что тех, кто не справится, выгонят, и при этом все на нее, на Леру, поглядывал. Многообещающе так… Гад! Наверняка продался хлебопекам за те самые два мешочка с пятью сотнями золотых, которыми дэр Кастор пытался её подкупить.

После напутственной речи ректора, когда все расселись по местным дилижансам и те тронулись, песня прокрутилась вперед: «Полуторкой к Тамбову подъезжаем, а там — рысцой, и не стонать!»

Лера вздохнула. Вот бы ее сейчас не в Сивилию перекинуло, а к Тамбову.

Но за окном все так же мелькали чужие поля, чужой город, и даже «латынь», на которой трещали девушки в дилижансе, показалась чужой как никогда. Вспомнилось: вечность назад, на последнем завтраке с семьей, Санька сказал: «Мы чужие на празднике жизни». Словно пророчество.

А девушки, и правда, как на праздник едут: оживленные, приоделись, баулов понабрали.

Лера тоже взяла сумку с вещами, но подозревала, что ее содержимое сильно отличается от того, что у однокурсниц, которые планировали целыми днями гулять и купаться.

Пару дней назад она застала их за чаепитием в гостиной.

— Хоть на месяц забудем про арифметику, — говорила Ленора. — Пусть этот вредный старикан сохнет над своими глупыми задачами, а мы будем наслаждаться отдыхом!

— Отдыхом и покупками, — заметила Белла. — Я узнавала, во Флиминисе жара необычайная, говорят, не бывало еще, чтобы так рано купаться начинали. Так что, девочки, нам нужно подготовиться! Мы отправляемся в лучшие купальни Республики!

После ее слов «огневички», Ровена и Паула, переглянулись с кислыми физиономиями. Похоже, на стекольном заводе, где им предстоит работать, купален нет.

— Вряд ли в Альтии мы найдем что-то годное, — деловито продолжала Белла. — Самые легкие платья и самые невесомые аквастерисы есть только во Флиминисе. — Тут глаза ее загорелись. — Как вам вариант без рукавов и со шнуровкой на талии?

Пинна замерла, не донеся до рта очередное пирожное, а Ленора покосилась на нее и с нарочитой озабоченностью сказала:

— Но вдруг во Флиминисе не найдется нужного размера?

— Там всё найдется! — отмахнулась Белла. — Хотя, можно еще и здесь купить — лишним не будет.

Ленора невинно улыбнулась.

— Согласна. Лишними бывают только складки на животе, но никак не одежда.

Пинна с мУкой во взгляде посмотрела на пирожное, а затем отправила его обратно на поднос.

На следующий же день Лера сходила в город и купила скромный купальник-аквастерис. Впрочем, они все здесь были скромными. Панталончики до колен и чуть приталенная туника с рукавом в три четверти и длиной до середины бедра. С виду пижама пижамой, но ткань, хоть и легкая, тоненькая, была слишком плотной для сна. К тому же, продавщица, монументальная женщина, снисходительно оглядевшая Леру и поманившая ее к полкам с детской одеждой, заявила:

— Лиа, в нем вы станете сухой, когда еще только подумаете выйти из воды!

— Я даже не уверена, что у меня будет время туда зайти, — пробормотала Лера.

— Тем более! — припечатала женщина-скала. — Две серебрушки за любой из этих, — она провела рукой по стопке с однотонными купальниками, — и пять за нарядный.

Нарядные аквастерисы, украшенные вышивкой и бисером, Лера даже не смотрела, а сразу взяла простенький, зато изумительно чистого бирюзового цвета.

Такого же цвета небо встретило альтийских студентов во Флиминисе. Бирюзовое, с легкими перышками облаков на горизонте.

Когда дилижанс, который занимали девушки и диа Мирнон, вынырнул из портала, через распахнутые окна эта бирюза хлынула внутрь, неся с собой влажноватое тепло и одуряющие запахи юной листвы.

Хотелось зажмуриться и вдыхать, впитывать их в себя, но Лера во все глаза смотрела в окно. Залитые солнцем площади, проспекты в обрамлении яркой зелени, лениво гуляющая публика — настоящий курорт. А сколько уютных местечек: чистенькие парки, фонтаны, сверкающие радугами брызг, пестрые уличные кафешки… Должно быть, по вечерам тут бродят косяки влюбленных парочек.

От портальной площади студентов довезли почти до окраины и высадили перед трехэтажной