Любовь по Нерасчету - Мари Князева

стрижки и бородки — слишком уж похожими друг на друга стали все мужчины — но Никите Андреевичу его "лёгкая небритость" откровенно идёт. Да и причёска у него классическая, а об одежде и говорить нечего: безупречные рубашки, брюки, туфли в традиционном официально-деловом стиле. Выглядит он во всём этом не как обычный российский предприниматель, а как молодой, но сказочно успешный бизнесмен из голливудского фильма. Улыбка соответствующая. Красивая, сияющая, прямо скажем — сбивающая с ног. Странно, что нет кольца. То есть, понятно: не женат, но вот почему — не ясно. Как смог избежать сетей какой-нибудь охотницы, загадка. Впрочем, не про мою честь. Я работать сюда пришла, а не на симпатичных мужчин заглядываться. Оставалось только донести эту мысль до моей чокнутой сестрицы.

— Что за шоу ты устроила сегодня у меня на работе? — строго спросила я её, переодевшись и умывшись дома.

— Так разве от тебя дождёшься самопрезентации? Приходится родственникам напрягаться…

— Мои кулинарные таланты на работе не пригодятся, незачем о них орать на каждом углу!

— На работе не пригодятся, а на кухне пригодятся, когда ты к шефу домой переберёшься.

Я с шумом выпустила воздух изо рта.

— Даш, я тебя добром прошу: прекрати ты эту чушь нести! Уйми своё воображение. Я работать туда пришла, а не шуры-муры крутить.

Сестра пожала плечами:

— Человек предполагает, а бог располагает. Это отличный вариант, по-моему. Работать где угодно можно, а такие мужчины, да ещё холостые, на дороге не валяются.

— О чём речь? — подключилась к этому бредовому совещанию вошедшая на кухню мама.

— Уговариваю Соньку выйти замуж за её шефа, — быстро ответила Даша, пока я не успела заткнуть ей рот.

Пришлось только сокрушённо покачать головой:

— Во-первых, мне никто не предлагал…

— Агаа! — завопила сестра. — Раз это во-первых, значит, он тебе нравится!

— Ну как может не нравиться директор? — вставила свои пять копеек мама.

— Ещё одна! — ахнула я. — Вы сговорились, что ли?

— Не дрейфь, сестрёнка! Пока не предложил, но предложит — сейчас разработаем план по охмурению.

— Да перестань ты! — уже непедагогично-истерично заорала я. — Не нужен мне никакой план! И никакой муж-директор… причём тут это вообще? Супруга по должности, что ли, выбирают?

— А то как же? — всплеснула руками мама. — Неужто думаешь, что с автослесарем лучше жить?

Это в ней обида клокочет, — подумала я. Батюшка мой, бывший при жизни тем самым автослесарем, скончался очень рано — Дашке всего пять было — от рака лёгких и не оставил нам ни малейших накоплений. Маме пришлось вкалывать, как папа Карло, чтобы содержать двоих дочерей — вот она и разболелась ещё до старости. Ей всего 49, а уже такие проблемы с почками, что работать невозможно.

— Какая разница? — успокоившись, намного тише ответила я. — Главное, чтобы у нас душевная близость была. Чтоб человек был хороший.

— Так и знала я, что эти твои книжки романтические до добра не доведут! — всплеснула руками мама, имея в виду моё увлечение в подростковом возрасте романами Джейн Остин и сестёр Бронте.

— Мам, ну разве так можно? — попыталась я её мягко урезонить. — Человека по деньгам оценивать…

— А как прикажешь его оценивать, если без денег сейчас никуда? — продолжала она пениться. — Только так и можно понять, стоит мужик чего-нибудь или палец о палец не готов ударить ради своих близких.

— А как же быть с призванием?

— Что это за призвание такое?! — фыркнула мама. — Автослесарь, водитель, охранник? Это просто лень да привычка тихо сидеть на одном месте. Курить дешёвые папиросы, пить самогонку и в телек пялиться по вечерам. Башкой своей не думать дальше воскресенья!

Я вздохнула. Не получится у меня её в чём-нибудь переубедить — столько горечи в ней скопилось. Усталости, обиды на судьбу. Но и согласиться я тоже не могу.

— Не убедила тебя матушка? — спросила уже без нахальства в голосе сестра, прошмыгнув ко мне в комнату после ужина.

— Нет, — качнула я головой. — Это неправильно. Однобоко. На всех директоров не напасёшься.

— На всех нет, но ты-то точно достойна! — горячо заверила меня сестра.

Я вдруг растрогалась от её слов чуть не до слёз и притянула шмокодявку к себе. Она ведь не просто от скуки всё это творит — пытается заботиться обо мне. Считает, что я заслуживаю счастья.

— И с чего ты это взяла?

— Ну потому что ты красивая, умная и добрая — о такой жене любой мужчина мечтает.

— И много ты мужчин опросила?

— Да у них на лице всё написано, когда они на тебя смотрят. Вот и шеф этот твой — тоже.

— Не сочиняй!

— Ничего я не сочиняю! Да ты сама подумай, кто стал бы твою взбалмошную малолетнюю сестру на обед приглашать, если не симпатизирующий тебе мужчина?

Я задумалась на секунду, но потом бросила это дело. Неинтересно.

— Это неважно, Даш. Понимаешь, есть такая вещь, как трудовая этика. Нельзя романы на работе заводить, особенно с начальством.

— Нельзя отдаваться женатому начальнику в его кабинете в надежде, что он разведётся и женится на тебе, — глубокомысленно изрекла сестра. — А если он свободен и у вас всё серьёзно, то можно.

— Ой, и откуда это ты такой мудрости набралась, сопля зелёная?

Козявка пожала плечами:

— Просто у меня мозг есть. И я им пользуюсь, в отличие от некоторых.

Я улыбнулась снисходительно, а потом нахмурилась:

— Даш, ты маму не слушай. Точнее, не всё подряд. Нельзя человека только по его материальному состоянию оценивать — это непорядочно. Богатые люди бывают плохими, а бедные — хорошими. Нет ничего дурного в том, чтобы выйти замуж за не слишком