Истинная на сдачу, дракон в комплекте - Ника Калиновская

особого труда, но петли жалобно заскрипели, будто сетуя на мое появление. Мы прошли по узкому коридорчику с низким потолком. Тусклый свет едва пробивался сквозь редкие окна, а воздух тут был спертым, с легким налетом сырости.

Но стоило нам выйти в холл, как пространство стало заметно светлее. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие окна, освещая пыль, кружащую в воздухе. Вот только вместо ощущения уюта все это навевало тоску. Обшарпанные стены когда-то были украшены изысканными обоями, но теперь на них остались лишь облезающие клочки. Потолок местами потрескался, мебель выглядела уставшей, а старый ковер с замысловатым узором пытался спрятать пятна, пережившие не одно десятилетие.

Дом будто цеплялся за остатки своего былого величия, но уже не мог скрыть, что лучшие годы давно позади.

— Ты голодная? — вдруг спросил старик, нарушая повисшее в воздухе напряженное молчание.

Я дернулась, чуть не выронив усталый вздох. Вопрос застал меня врасплох. Конечно, я была голодна. Позавтракать толком не успела, а мой «обед» состоял из чашки чая, которую я так и не допила перед тем, как угодила в это безумие. Но вот признаваться в этом было как-то… неловко.

Я уже открыла рот, чтобы солгать и отмахнуться, но в этот момент мой желудок предательски заурчал. Громко. Очень громко.

Старик хмыкнул, явно не удивленный таким исходом.

— Сейчас я позову хозяина, и мы пообедаем, — проговорил он без лишних вопросов, разворачиваясь к одному из боковых коридоров.

Я машинально кивнула, хотя мой собеседник уже не смотрел на меня. Ну что ж, хотя бы кормить не откажутся. Но сделать и шага он не успел. В этот момент раздался скрип двери, и в холле появился мужчина.

Я замерла, оглядывая незнакомца. Достаточно молодой, широкоплечий, уверенный в себе… и, судя по выражению лица, совсем не в восторге от нашего присутствия. Правда, его потрепанная одежда, в заплатках и заштопанных местах, несколько портила общее впечатление.

Он остановился, скрестив руки на груди, и смерил меня долгим оценивающим взглядом. Я внутренне подобралась, готовясь к чему угодно.

— Добрый день, — наконец произнес он ровным голосом, в котором угадывалась легкая настороженность. — Чем могу быть полезен?

Я едва успела открыть рот, собираясь что-то сказать, но старик шагнул вперед, будто этой встречи и ждал.

— Хозяин, я приобрел помощницу по хозяйству, — заявил он будничным тоном, словно речь шла о покупке нового ведра.

Я моргнула, пытаясь осознать сказанное, и тут же перевела взгляд на молодого мужчину. Тот медленно моргнул в ответ. Затем снова посмотрел на старика.

— Ты приобрел что? — переспросил он медленно, будто стараясь убедиться в том, что ослышался.

— «Вообще-то, я не „что“, а „кто“!» — возмутилась мысленно, и это явно отразилось в моем взгляде.

Тем временем мой покупатель, этот загадочный старик, получил на удивление холодный прием.

— Орлин… — с нажимом произнес молодой мужчина, и его голос внезапно стал ледяным.

Мой провожатый поежился, явно не в восторге от грядущего разговора, и принялся теребить край своего картуза.

— Ваша Светлость, — поспешно начал он, сделав жалобное лицо, — тут такое дело… я приобрёл рабыню.

Ничего себе… Так значит, этот ворчливый красавчик действительно аристократ. Правда, явно не из тех, что купаются в роскоши, если судить по его наряду, щедро усыпанному заплатками. Я о таких только в учебниках по истории читала, да и то без особого интереса. «Обедневший аристократ» звучало как клише из плохого романа. Хотя, если подумать… Чего ноет? Работать нужно — и все обязательно будет!

Тем временем словесная перепалка набирала обороты, и я едва сдержалась, чтобы не шагнуть назад под напором гневного голоса моего нового… работодателя? Спасителя? Кто он мне вообще теперь?

— Нам самим есть нечего! — бушевал аристократ, уперев руки в бока. — Ты же сам жаловался, что бобы на исходе! Как тебе вообще пришло в голову покупать людей⁈

Вот тут я была с ним полностью согласна. Но, с другой стороны… мне, наверное, стоило быть благодарной этому Орлину за то, что он спас меня от куда более худшей участи.

Хотя бы покормят… Надеюсь.

Похоже, весь запал моего нового «владельца» иссяк после этой фразы. Он шумно выдохнул, будто смирившись с неизбежным, и уже гораздо спокойнее обратился ко мне:

— Ну и что мне с тобой делать?

Я подняла глаза на мужчину и, не долго думая, выпалила первое, что пришло в голову:

— Отпустить?

Конечно, сначала бы неплохо поесть, но если выбирать между свободой и едой… Мужчина закатил глаза и тяжело вздохнул, будто я предложила ему продать душу демону.

— Ты хоть понимаешь, что если тебя поймают без документов, тебе могут отвесить плетей, а то и вовсе кинуть в темницу? В курсе или нет? — А вот это уже не очень хорошо.

Я задумчиво побарабанила пальцами по подбородку, пытаясь найти хоть какое-то разумное решение. Отпустить меня — риск для него и для меня, держать — дополнительные расходы. А мне, честно говоря, не особо хотелось проверять на себе, насколько сильно бьют плетью в этом мире.

Лучший выход? Я осторожно взглянула на мужчину и неуверенно предложила:

— А если… я помогу по дому? В обмен на еду?

Вот уж сделка так сделка. А я еще жаловалась на «рабские» условия на своей предыдущей работе…

Кристиан Виери

Я шокировано уставился на девушку, пытаясь осознать, что именно она только что предложила. Немыслимо!

Да, я, возможно, не слишком походил на человека, способного позволить себе содержание рабыни, но и она вовсе не вела себя, как зависимая и покорная слуга. В который раз меня поражало поведение незнакомки — в её словах не было ни страха, ни угодливости, ни даже попытки прикинуться несчастной. Наоборот, моя собеседница говорила так, будто мы с ней равны.

Равны!

Я едва не фыркнул.

Её речь была безупречно правильной — чистый, выверенный язык без следа диалектов и простонародных выражений. Так говорят лишь те, кто получил достойное воспитание. Я сузил глаза, внимательно разглядывая незнакомку. Кто она, чёрт возьми? И не сбежала ли моя новоявленная «рабыня» из какого-нибудь знатного рода?

Внутри росло подозрение. Что, если её похитили? Если она не беглая служанка, а настоящая леди, оказавшаяся в беде? Может, мне всего-то нужно найти её семью, вернуть родственникам — и на этом все мои заботы закончатся?

Хотя… почему-то мне казалось, что всё будет куда сложнее.

Она вела себя не так, как те, кого продавали на невольничьих рынках. Ни страха, ни затравленности, ни покорности. Напротив, её осанка, уверенная манера говорить и благородная речь выдавали в моей собеседнице человека, привыкшего быть на равных с