Спасём наш Мир - Александр Охотин

— А я на что? Я же тебе сказал, что безопасность — моя забота. Они вообще ничего не смогут сделать. Вот я смогу, если захочу. Они тогда беспомощнее младенцев окажутся.

Со стороны Юрова на мост выкатился автобус. Похоже, это был тот самый автобус, что недавно стоял около фермы. Автобус переехал мост, и покатил вдоль берега речки. Остановился он под тенью растущих у реки деревьев. Из автобуса вышли трое. Они выволокли из салона огромные мешки. Взвалив их на себя, они двинулись к деревне. Автобус медленно тронулся с места и, съехав к берегу, скрылся за растущими там деревьями и кустами.

Те трое пересекли поле между рекой и огородами и остановились, положив мешки на землю. Было видно, что они о чем-то спорят. Потом они, видимо договорившись, снова взвалили на себя мешки и разошлись в разные стороны. Один из них направился к ближнему краю деревни, а другой — к дальнему. Третий направился по дороге, около которой остановились ребята.

— Это они, — сказал Кирилл. — Они будут поджигать сразу три дома в разных местах.

— Поджигать?!

— Ага. Видишь у них мешки?

— Ну.

— В мешках солома, которую они украли на ферме в Юрове. Эту солому они сложат около стен домов и подожгут.

— Надо скорее разбудить людей!

— Не надо. Если сейчас разбудить народ, то бандитов спугнут. Понимаешь, их поймать надо, обязательно. Если их спугнут, то ничего потом не докажешь.

— Но ведь дома подожгут.

— А, пусть поджигают, — усмехнулся Кирилл, — я им устрою «негорючую ночь».

— Как это?

— Увидишь. А теперь давай скорей к автобусу, только чтоб нас не заметили. Фотик приготовь — будем «кино» снимать. Сначала снимем тех двоих, которые около автобуса дымы пускают.

— А ты откуда знаешь, что там двое?

— Знаю… да и вообще, перестань задавать дурацкие вопросы.

— А если поймают?

— Ну вот, опять. Заладил: «поймают, поймают». Я же сказал, что безопасность гарантирую.

— Слушай, откуда ты такие слова знаешь.

— Какие слова?

— Ну, всякие взрослые, типа «гарантирую» и другие.

— А ты что, в первый раз их слышишь?

— Ну не в первый, только это так взрослые говорят, а из наших ребят во дворе и в классе никто не говорит, как ты.

— Это, наверное, потому, что я учился у Главного Хранителя… и говорить тоже…

Кирилл замолчал, задумавшись о чём-то. Бандит, что направлялся в их сторону, был уже близко. Он их не видел, потому, что ребята стояли в тени березы, растущей около дороги. А вот бандита хорошо было видно в лунном свете. Это был мужчина лет сорока, с пролысиной на голове и с выпученными по-лягушачьи глазами.

Ладно, чего мы стоим? — сказал Кирилл. — Пошли скорее к реке. Сфоткаем тех дымососов около автобуса, а потом сюда вернёмся — будем снимать, как этот «пучеглазый» дом поджигает — вот хохма будет…

…Вниз с горы спустились около дома тёти Жени. Прошли через огород и быстро перебежали через луг к берегу. Тихо прокрались к автобусу, спрятанному за прибрежным кустарником.

Около автобуса, и правда, были двое. Один был высоким и тощим, как кощей бессмертный. У него был огромный горбатый нос. Второй, наоборот, был ниже среднего роста и очень полным. Он был настолько полным, что казался почти круглым. У него было круглое лицо, пухлые дутые щёки и заплывшие жиром поросячьи глазки.

Оба бандита стояли чуть в стороне от автобуса и жадно сосали вонючие сигареты. Смрад от сигарет Вовка учуял ещё издали — спрятались, называется, а о запахе не подумали. Бандиты о чём-то разговаривали. «Носатый» говорил, не вынимая сигарету изо рта, или, как говорил в таких случаях отец, из сосала. Сигарета забавно дёргалась в такт со словами «носатого». Из-за этой дёргающейся во рту сигареты «носатый» имел довольно смешной и глупый вид. Вовку чуть не пробрал смех. Глядя на носатого, он понял, почему отец называет куряк крокодилами. И правда, оскал «носатого» с дёргающейся в «сосале» «огненной соской» очень сильно смахивал на крокодилью пасть — вид сбоку.

Кирилл достал фонарик и прошептал:

— Вов, давай снимай. Начинай с номера, а я подсветку сделаю. Значит, сначала автобус, номер крупным планом. Когда эти дымодрилы побегут к нам, снимай их. Морды сними крупным планом, и не бойся. Понял?

— Ладно, — прошептал в ответ Вовка, и включил фотоаппарат.

Он навел объектив на написанный сзади автобуса номер и нажал на кнопку съёмки. Кирилл зажёг фонарик. Курилопитеки не сразу поняли, что происходит и откуда свет. Когда до них дошло, что их снимают, они бросились к ребятам.

— Убью, щенки! — кричал «носатый». Его тощая физиономия была перекошена от злости. «Круглый», тяжело дыша, бежал чуть позади. На бегу они не вынимали из своих «сосал» смердящие сигареты. Из их «орал» обильно сыпались словесные помои вместе с выхлопами вонючего табачного дыма.

— Снимай теперь их! — крикнул Кирилл.

Вовка навёл фотоаппарат на бандитов, а Кирилл стал освещать их «одухотворённые лица» фонариком. Бандиты были уже совсем рядом. Вовка так испугался, что чуть не пустился наутёк, но в этот момент Кирилл что-то сделал. Вовка с братом оказался позади бандитов. Бандиты, не поняв, куда пропали ребята, стали, ошарашено, оглядываться по сторонам.

— Эй, дымососы, мы тут! — крикнул Кирилл.

Бандиты обернулись на голос, а Кирилл сказал Вовке:

— Вовка, продолжай снимать их хари, — и снова осветил фонариком растерявшихся бандитов. Опомнившись, те снова бросились к ребятам.

— Отдай сюда камеру, молокосос! — орал «круглый». При этом он не выпускал из перекошенного сосала, лихо надломленную смердящую «огненную соску».

— Убью, щенки! — орал «носатый», дрыгая сигаретой во рту.

— Да я из вас отбивные котлеты сделаю, — не отставал от подельника в «красноречии» «круглый».

— Котлеты, говоришь? Проголодался? — «сочувственно» спросил Кирилл. — Перекуси-ка своей сигареткой с «классическим вкусом» — и сигарета, неожиданно, провалилась «круглому» внутрь.

«Круглый» закашлялся, стал задыхаться и согнулся до самой земли. Со стороны казалось, будто «круглый» просто перекатился с ног на пузо. При каждом «кхеке» и «кхаке», изо рта бандита вырывались густые клубы противного сизого дыма.

— Теперь бежим к деревне! — крикнул Кирилл, и Вовка побежал за ним следом. «Круглый», подавившийся сигаретой, и «носатый» остались у реки. «Носатый» что есть силы колотил «круглого» по спине.

— Что ли это ты сделал, чтобы он сигаретой подавился? — спросил Вовка на бегу.

— Ага! Ты догадливый! — ответил Кирилл.

— А вдруг умрёт?!

— Не умрёт — я же не злодей. Я сделал так, что «соска» из него скоро вылетит. Может, он, после такого, и курить-то бросит — и то польза.

Кирилл, схватив Вовку за руку, затащил его в один из огородов. Там, на краю огорода, стояла бревенчатая баня. Ребята залегли около неё в зарослях полыни. От реки всё ещё слышался надрывный кашель подавившегося сигаретой бандита и грязная ругань его подельника.

— Сейчас начнётся, — сказал Кирилл. — Видишь вон тот дом? — Кирилл показал рукой на бревенчатый дом, стоящий у края горы, метрах в пятидесяти от ребят.

— Ну, вижу.

Вовка увидел в лунном свете справа от дома темный силуэт — это был тот самый «пучеглазый». «Пучеглазый» уже успел обложить стену дома соломой. Услышав ругань «носатого» и кашель «круглого», он понял, что там что-то случилось. Он быстро сбежал с пригорка вниз, и побежал к своим подельникам.

«Круглый» продолжал надрывно кашлять. «Носатый» стал что-то объяснять «пучеглазому». Он показывал рукой то в сторону реки, то в сторону деревни. «Пучеглазый» стал что-то раздражённо отвечать, сильно жестикулируя руками.

Потом «пучеглазый» и «носатый» взяли «круглого» за ноги и поставили его головой на землю. Удерживая его в таком положении, они стали что есть силы пинать его ногами по спине. Через пару минут после начала «процедуры» «круглый» прокашлялся. Видимо сигарета из него всё-таки вытряхнулась.

Бандиты ещё некоторое время о чём-то спорили, а затем «пучеглазый» вместе с «круглым» вернулся к дому. «Круглый» по пути постоянно оглядывался по сторонам.

Опустившись на корточки около дома, «пучеглазый», щёлкнул зажигалкой и поднёс её к соломе. Солома загорелась, но как-то вяло, и вскоре огонь погас. Поджигатель снова достал зажигалку.

— Пора, — сказал Кирилл, — Вовчик, приготовь фотоаппарат и пошли туда, только тихо, чтобы не спугнуть их раньше времени.

Добравшись до зарослей полыни, что росла под самым носом у бандитов, Кирилл дал знак остановиться и спрятаться в траве.

— Снимай, — шепнул он Вовке, и Вовка включил видеозапись.

«Пучеглазый» снова щёлкнул зажигалкой и запалил солому. Появившееся пламя осветило лица бандитов, но вскоре снова погасло.

— Чёрт, второй раз гаснет, — полушёпотом выругался «пучеглазый».