Маятник - Борис Игнатьев-Мурин

населяющих мир существ мои поступки оцениваются то как величайшее зло, то как величайшее благо. И то же с моим противником. Самое смешное, что и меня и его называли и воплощением зла, и воплощением добра. Оценивают не нас самих, а наши действия. Сегодня они назвали меня воплощением порядка. Завтра я покину мир, и придет он. И его тоже назовут воплощением порядка, и будут думать, что эти свершения сделала одна и та же сущность. А в мой следующий приход в этот мир для противодействию тому, что сделал он, мне придется совершить что-то такое, за что меня назовут воплощением хаоса. Но у нас нет времени на эти рассуждения! Вперед!

Сны и реальность. Настоящее время. Наша реальность

Виктория закончила просмотр записи и в оцепенении продолжала смотреть на пустой экран.

– А что происходит там пока я здесь?

Виктор расхохотался.

– Вичка! Ну ты как ребенок! Это как спросить, а что происходит во сне, когда я проснулась. Сон заканчивается! Это же игра твоего воображения. Точнее, подсознания!

– Да?! Но все было таким реальным! Я все вспомнила до мельчайших деталей. Сны не бывают такими яркими и главное логичными!

– Вика. Пойми. Ты сама по себе ценишь логику. Твое мышление более рационально. Ты раскладываешь все по полочкам. Анализируешь. Это нетипично для женщины, но это так. И созданная тобой реальность также последовательна и подчиняется законам причинно-следственных связей. Будь на твоем месте обычная мадам, ее реальность была бы полностью построена на ассоциациях и намного больше походила бы на сон. Да и основные законы мира задаем мы. Поэтому логика присутствует всегда.

– Странно. Я думала, что чем более структурировано сознание, тем более хаотично и ассоциативно подсознание.

– Викуля. Я поясню тебе все. Но не сейчас. Мне пора.

– Домой к жене?

– Да. Домой. Не злись только. Хорошо?

Мужчина погладил девушку по волосам, привлек ее голову к себе и нежно поцеловал.

– Пока!

– Пока!

Мужчина вышел из кабинета, и Виктория осталась одна. С одной стороны ее не тяготило чувство одиночества. А с другой… Иногда она жутко злилась на себя. И на Виктора! На него даже больше. Много больше!

Наталья. Настоящее время. Недалекое прошлое

Наталья развалилась в кресле. В одной руке она держала бокал. Смешивать хороший коньяк с кока-колой. Кощунство! Но она ничего не могла с собой поделать. Ей не нравился крепкий алкоголь в чистом виде. А вот так! Мммм. Поэтому очень часто она забиралась в бар мужа, выбирала бутылку покрасивее – коньяк, односолодовый виски, ром, даже текилу. Мешала с колой. Добавляла в бокал лед. Иногда лайм. Под настроение. И долго цедила бокал, думая о жизни. В другой руке она держала сигариллу. Терпкий вкус и сладковатый дым. Она любила сигариллы с шоколадным вкусом.

По огромной плазме на стене шел какой-то сериал. Наталья никогда не вникала в мельтешение на экране, но оно помогало ей справляться с одиночеством.

Она любила мужа. Но не могла его понять и чувствовала, что он постепенно отдаляется от нее.

Звонок сотового вывел ее из раздумий. Звонил Виктор. Сказал, что едет домой. Она была уверена, что он был с очередной любовницей. Это задевало ее как женщину. Но не очень сильно. Тем более что к ее интрижкам Виктор относился спокойно, и его это скорее возбуждало, чем злило.

Раздался еще один звонок. На экране высветилось имя нового клиента. Наталья нахмурилась. Звонок практически в ночи. Она предупреждала, что в такое время звонить крайне не рекомендуется. Хоть она и работала психологом. Работала исключительно для себя. И только по субботам. Работала в основном с парами. Спасая от разводов. Открывая новый взгляд на брак, совместную жизнь. Меняла отношение к изменам, верности. Объясняла психофизиологию и биологию человека. Но иногда к ней приходили и поодиночке. И этот был как раз из таких. Откуда он узнал о ней, Борис так и не признался. Из сбивчивых слов она поняла, что он был любовником одной из женщин, чью семью ей удалось спасти. Она примирила мужа с этой стороной жизни его жены, и показала женщине, что страсть и секс не всегда ставят крест на семье и любви к мужу. Но зачем понадобилось Борису идти к психологу, Наталья так и не поняла.

Он позвонил ей две недели назад на рабочий телефон и попросил записать на прием. Наталья разрешала клиентам давать этот телефон знакомым, родственникам, друзьям, поэтому звонку не удивилась. Немного странным было сильнейшее нежелание Бориса сказать, кто же все-таки дал ему ее номер, но и это в принципе было понятным. Неудобство, стыд, нежелание разоблачения запретной любовной связи? Вариантов было множество. В процессе психоконсультирования истина всплывет. Так всегда бывало. Будет и на этот раз. Поэтому Наталья не волновалась. Но этот звонок поздно вечером? Такое нужно было пресекать сразу.

Нажав на кнопку ответа, Наталья сразу заговорила, резко, немного грубо, быстро.

– Борис! Вы должны четко понять, что я выполняю свою работу. В точно определенное время. А во все остальное я живу своей жизнью, а Вы – своей. И Вы не должны звонить мне, если Вам вдруг захотелось поговорить за жизнь. Поймите, я – психолог, а не ваш друг, приятель или подруга. Наши взаимоотношения должны быть ограничены назначенными для консультирования часами.

В трубке молчали.

– Борис! Наталья не дождалась ответа и продолжила. Вы не должны обижаться. Поймите…

Страшный хохот, вперемешку с каким-то хрюканьем и воем раздался из трубки и на мгновение оглушил женщину. Она с визгом отбросила от себя трубку, холодный пот выступил по всему телу и… Девушка вскочила на кровати, дико озираясь вокруг. Сон. Только сон. Но насколько реальный. Дикий хохот и другие звуки все еще заполняли голову Натальи. Ее трясло от ужаса. Она сидела на кровати в полной темноте. Ловя каждый шорох, тень звуков, боясь пошевельнуться.

Раздавшийся в темноте телефонный звонок заставил девушку опять вскрикнуть. Почти теряя сознание от страхи, она кинулась к двери. Руки еле слушались, но она смогла нашарить выключатель, и комнату залил яркий свет.

Боевой клан. Настоящее время. Другая реальность

Мужчина тащил перекинутую через плечо черноволосую танцовщицу, а двое его приятелей шагали по бокам от него.

– Я так и не понял, что с ней случилось, – в сердцах бросил тот, что шел слева.

– Так и я говорю! Я сам не понял, – пожал плечами шедший справа. – Сначала она сильно меня удивила. Я не ожидал, что зашедшая в наши края