Закрытый регион - Сергей Зверев

Самолет вошел в зону турбулентности. Впереди, как раз в районе, где планировалось десантирование, бушевала жесточайшая гроза. Это явление оказалось полной неожиданностью. Ведь при подготовке к вылету были изучены все прогнозы погоды для провинции Хухуй, существовавшие на тот момент.

Да что там прогнозы! Военный атташе и его помощник взяли метеоданные в чистом виде, чтобы лично подвергнуть их тщательному анализу. Тогда ничто не указывало на вероятность грозы. В указанном квадрате не должен был идти даже самый обычный дождь! Однако природа обыграла людей, преподнесла им весьма неприятный сюрприз.

Помощник атташе, сидевший за штурвалом, предупредил группу об опасности. Небо впереди было свинцового цвета. Его то и дело разрезали яркие вспышки молний. Потоки дождя обрушились на самолет. Гул двигателей не сумел заглушить характерный шум воды, ударяющейся о корпус.

— Я предлагаю развернуться и лететь назад, пока мы не достигли точки невозвращения, — заявил пилот.

— В приказе, полученном мною, нет ничего о нашем возвращении раньше выполнения задания, — ответил ему Лавров. — Если мы сейчас начнем летать туда-сюда, то не сможем пресечь деятельность секретной лаборатории. Может, там уже готовы новые вирусы? Пока мы вернемся, их снова отправят в Россию, чтобы заразить еще больше животных, а через них и людей. Предлагаю попытаться обойти эпицентр грозы и подкорректировать квадрат высадки. Если мы прыгнем в десяти или пятнадцати километрах от места, намеченного ранее, то ничего страшного не случится. Мы с этим расстоянием быстро справимся.

Участники группы однозначно приняли сторону командира, хотя и понимали тот риск, на который им пришлось идти. Пилот попытался оценить масштабы распространения грозовых туч и определить направление их движения. Судя по всему, гроза смещалась на юго-восток. Значит, следовало взять курс на запад, чтобы обойти непогоду стороной.

Военный дипломат это и сделал. Однако самолет продолжало трясти. Если бы не ремни безопасности, то всю группу подбрасывало бы словно мячики. Контейнеры были хорошо закреплены. В противном случае они просто пошли бы в пляс по салону, от чего могли бы пострадать члены группы.

Пилот продолжал бороться, выводить самолет за пределы грозы. Казалось, что еще немного, и ему удастся это сделать. Однако в самый ответственный момент, когда оставалось совершить последний рывок, в самолете отказала часть электроники. Она только что прекрасно работала — и вдруг вышла из строя!

Справиться с управлением в такой ситуации было куда труднее, чем несколькими минутами ранее. Помощник атташе лихорадочно размышлял о том, что необходимо предпринять в этих резко меняющихся условиях. В конце концов он попытался взять чуть ниже, выйти из эпицентра грозы таким вот образом.

Из его кабины сквозь разрывы облаков теперь можно было разглядеть пологие склоны, поросшие лесом. Видимость не ахти какая, но все-таки лучше, чем в эпицентре грозы. Секундное ликование охватило пилота. Ему подумалось, что все страшное уже позади.

Вдруг ему стало понятно, что прямо по курсу — горный склон. До него буквально рукой подать! Летчик в ужасе попытался взмыть, чтобы избежать столкновения. Однако было слишком поздно! Послышался душераздирающий скрежет. Брюхо самолета скользило по верхушкам деревьев, опускалось все ниже и ниже.

Тряска теперь была куда более сильной, чем во время вхождения самолета в зону турбулентности. Воздушное судно осталось практически без управления. Ремни безопасности перестали помогать людям.

Крепления одного контейнера оказались ослабленными. Новый мощный толчок привел к тому, что контейнер все-таки пошел гулять по салону, угрожая людям. Впрочем, его прогулка длилась не очень долго. Скрежет прекратился после тупого удара.

Самолет столкнулся со скалой. Кабина пилота оказалась сплющенной. Воздушное судно развалилось на части, которые не смогли удержаться на ветвях деревьев и вскоре рухнули на склон. Выжить при таком раскладе было практически невозможно.

Обильный дождь поливал окрестности. Треклятая гроза бушевала где-то в стороне, постепенно уходила на юго-восток. Если бы самолет вылетел из Буэнос-Айреса минут на 20–30 позже, то пилот имел бы реальную возможность избежать попадания в грозу. Пресловутое стечение обстоятельств разрушило четкий и слаженный план.

Сколько раз за всю историю человечества намерения людей перечеркивались вмешательством природы! Чаще всего, особенно в древности, мудрецы связывали это с промыслом неких высших сил. Они, мол, не позволили осуществиться человеческим замыслам.

В тринадцатом веке к берегам Японии подошли корабли монголов. Агрессоры были уверены, что еще одно государство вскоре падет под их мощью. Однако в тот момент, когда все было готово к бою, на монгольский флот налетел жесточайший ветер. Тайфун, который японцы позже назвали «камикадзе», то есть «божественный ветер», разметал вражеские корабли по всему морю.

Монголы, как и любой суеверный народ того времени, предпочли отказаться от намерений захватить Страну восходящего солнца. Они были уверены в том, что в их затею вмешались боги. Но что могло бы произойти, если бы эти ребята объяснили все лишь стечением обстоятельств? Вполне возможно, что они не отчаялись бы и снова попытались бы осуществить задуманное.

Диверсионную группу майора Лаврова нельзя сравнивать с монгольскими завоевателями тринадцатого века. И масштаб иной, и цели различные. Только вмешательство природной стихии оказалось парадоксально схожим. Но во всем ли?

8

В 30–35 километрах от места крушения самолета располагался поселок. Это был небольшой населенный пункт, в котором жили крестьяне, в основной своей массе бедняки.

Их жилье выглядело соответствующим образом: неказистые постройки из материалов, добытых по случаю. Такие дома там преобладали, но были и исключения.

Самым ярким из них являлся роскошный особняк, стоявший на окраине поселка. Красивое, величественное здание с видом на речку, обнесенное высоким каменным забором.

Охрана и собаки здесь, разумеется, тоже имелись. Жить в такой роскоши по соседству с вопиющей нищетой и не заботиться о своей безопасности было бы попросту нелепо. Аграрии, с виду совершенно смирные, вполне могли однажды воспылать классовой ненавистью и наведаться в здешний дворец, чтобы потолковать на доступном им уровне о социальной справедливости.

Подобное иногда случалось в самых разных местах нашей планеты. Порой не помогали никакие меры предосторожности.

Местный богатей из числа наркоторговцев считал, что учиться стоит на чужих ошибках. Поэтому он периодически баловал селян небольшими денежными подачками или бесплатно выдавал им продукты.

Но это ничуть не мешало ему держать порох сухим. Многочисленная охрана была хорошо вооружена и постоянно находилась в боевой готовности. Это был целый взвод, который при необходимости смог бы удержать на подступах к вилле взбунтовавшийся народ.

Сам Гильермо Отаменди, хозяин особняка, называл местных жителей народом лишь в том случае, когда ему приходилось высказываться публично. У себя дома, в повседневном общении со своими людьми он именовал соседей сбродом и быдлом.

Гильермо проводил время с двумя роскошными барышнями, которых он специально выписал из столицы. Девицы плавали в бассейне. Хозяин удобно устроился в шезлонге, попивал коктейль и наблюдал за ними.

Развлечение было так себе. Отаменди признавал, а его спутницы подавно не скрывали, что время здесь проходит скучно и однообразно. Это и понятно, ведь в поселке не было ни клубов, ни казино. Если бы они здесь и имелись, то можно себе представить, как в действительности выглядели бы эти заведения.

Конечно, можно было податься за развлечениями в ближайший крупный город. Расстояние до него составляло более сотни километров. Нет, для Гильермо оно не являлось препятствием. При желании он мог бы себе позволить провести уик-энд где-нибудь в Лас-Вегасе. Просто дома его держали дела. Он не мог сорваться с места, лично не убедившись в том, что они решены.

Естественно, это никоим образом не отменяло скуку — ни девчат, ни его собственную. Тогда хозяин виллы поразмыслил и предложил сегодня же устроить вечеринку, на которую пообещал пригласить друзей.

— Зажигательная музыка, море выпивки и еще что-нибудь погорячее, — нахваливал он, потягивая свой коктейль.

— А твои друзья не могли бы подъехать прямо сейчас? — кокетливым тоном спросила одна из сеньорит.

— Нет. Пока они все заняты. Но к вечеру точно появятся, — ответил тот.

— Хорошо. Будем ждать. Жаль, что они такие занятые, — сказала на это девушка.

— Ты же знаешь, что я тоже занятой, — с легкой ухмылкой отреагировал хозяин особняка. — Если я сейчас сижу здесь с вами, то это вовсе не значит, что я бездействую.