Закрытый регион - Сергей Зверев

— Ладно. Черт с ним, с этим лаборантом, — заявил председатель, начиная немного распаляться. — Что случилось с вирусом в России?

— Доподлинно это неизвестно, — принялся растолковывать собеседник. — Вероятно, некий побочный эффект, который Хуарес не смог предугадать, несмотря на всю свою гениальность и проницательность в деле вирусологии. В общем же получается следующая картина. Племенные бычки-производители, проданные год назад русским, были закуплены с местных ферм. Предварительно их заразили вирусом. Он перешел к их потомству, а также ко всем коровам и быкам, какое-то время находившимся рядом с ними. А вот дальше непонятно. Люди заразились то ли от употребления инфицированной говядины, то ли от пребывания в местах, где содержался больной скот. Или, может, все шло параллельно. Мы еще не выясняли, да и не знаем, стоит ли вообще этим заниматься. Мне хотелось посоветоваться с вами. Что вы на это скажете?

— Просто отлично, что лаборант со всеми своими тараканами в голове попал под грузовик, — не стал скрывать своего одобрения Швир. — А с остальным надо быть начеку. Если есть надобность в изучении проблемы, то займитесь этим. Но все-таки нужно помнить, что на первом месте бизнес, а не то, сколько русских сдохло и от чего именно. Если честно, то лично мне наплевать на то, как заразились эти люди. Кушали ли они мясо, мыли ли коров!.. Все это муть по сравнению с нашими дальнейшими планами! Вот они-то ни при каком раскладе не должны провалиться. Возможно, ты еще не знаешь, что сегодня утром у нас состоялось важное совещание. Если исключить пустой треп, на нем была озвучена долгоиграющая бизнес-стратегия по захвату продовольственных рынков России. Эпидемия, вспыхнувшая там, и нарастающее недоверие русских к отечественным продуктам — лишь первое звено в большой цепи. Этот побочный эффект от действия вируса сыграл нам только на руку. Теперь мы посмотрим, в каком направлении все будет там развиваться, но долго ждать не будем. Это очень дорогое удовольствие. А посему мы довольно быстро перейдем к следующему этапу. Он будет заключаться в проведении нами агрессивной политики по продвижению импортного мяса в Россию. Когда тамошний рынок будет поставлен на колени, наша корпорация сможет диктовать русским едва ли не любые условия. Пока же нам следует подогревать рост недоверия потребителей к российскому мясу. Частично эта цель уже достигнута.

— Я уже в какой-то степени осведомлен об этом, — признался Шон. — Логика бизнес-стратегии мне ясна. Цели понятны. Предполагаемые результаты более чем заманчивы. Однако все это высасывает из корпорации немало чистых денег. Как обстоит дело с данной стороной проекта?

— Я всегда знал, что ты шустрый малый, — с улыбкой отреагировал Пол. — Вот и сейчас тоже проницателен, как и всегда. Вся наша бизнес-стратегия стоит воистину бешеных денег, даже если исходить из тех прибылей, которые мы получаем в настоящий момент. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что стоимость проведения опытов и содержания секретной лаборатории в Аргентине — это всего лишь часть расходов. Есть и другие звенья в цепочке. В той же Аргентине нужно постоянно давать взятки, чтобы частная ветеринарная клиника работала в прежнем режиме, без вмешательства всяческих проверок и комиссий. Однако и это мелочи в сравнении с тем, что приходится платить ненасытным журналюгам, чтобы те погнали волну в нужном нам направлении. Вдобавок приходится скупать склады и промышленные хладокомбинаты в России. Ты представляешь, в какую сумму все это обходится?!

Гаври воспринял риторический вопрос в буквальном смысле и почти сразу выдал ответ:

— Думаю, что где-то за сотню миллионов долларов точно потянет.

— Да, — подтвердил мистер Швир. — Даже более того. При всей состоятельности нашей корпорации нам пришлось взять кредит почти в сто пятьдесят миллионов долларов. Ты представляешь последствия для нас, если что-то пойдет не так?

— Во-первых, вся операция рухнет, как доминошная пирамида, — мгновенно подхватил собеседник. — А во-вторых, под обломками может отказаться и сама корпорация.

— Вот именно! — воскликнул председатель совета директоров. — Каково мне теперь узнать, что у русских уже есть карта, на которой обозначено местоположение нашей секретной лаборатории! Да, посольство само по себе ничего делать не будет. Но оно наверняка оповестило обо всем свое правительство. А коли так, то можно быть уверенным на сто пятьдесят процентов, что против лаборатории подготовлена операция одной из русских спецслужб. Да, они могли бы проделать это все и по официальным каналам. Но там ведь правят не дураки. Они прекрасно знают, что публичное решение подобных проблем сопряжено с определенными трудностями. Самая главная из них — затягивание времени. А русские желают нанести удар как можно быстрее. По крайней мере, я так думаю, когда ставлю себя на их место. Если это все на самом деле так, то их спецслужбы будут действовать втайне от аргентинского правительства. Скорее всего, они уже работают. Вот и планируй свою деятельность в контексте данного обстоятельства! Считай это не личной просьбой, а приказом, который не подлежит никакому обсуждению. Конечно, я желаю, чтобы у тебя и твоих людей все получилось так, как надо. Но учти, что в случае провала никому из вас пощады не будет. Пожалеете, что мама родила. Причем плакать вам придется в любом случае: попадетесь ли вы в лапы русских или же просто унесете ноги, спасаясь от них. От меня уж точно не уйдете. — Тон председателя стал по-настоящему угрожающим.

По его взгляду было понятно, что шутить он точно не собирался.

7

Диверсионная группа Батяни летела к месту проведения операции. Как и оговаривалось ранее, ее доставка в указанный квадрат провинции Хухуй осуществлялась арендованным самолетом. Это было небольшое гражданское воздушное судно, за штурвалом которого находился помощник военного атташе российского посольства в Аргентине.

Группа состояла из семи человек, включая командира, майора Андрея Лаврова, и прикомандированного вирусолога Викторию Машкевич. Остальные пятеро офицеров-диверсантов являлись специалистами в разных областях: снайпер, пулеметчик, сапер, связист, медик. К моменту вылета все достаточно хорошо изучили особенности провинции Хухуй, прежде всего той местности, где располагалась секретная лаборатория.

В полете они вспоминали былые походы, шутили, смеялись. Задание не выглядело таким уж трудным, чтобы вызывать в бойцах особую тревогу и напряженность. Тем более что до высадки оставалось много времени.

Профессионализм бойцов заключается не только в умении четко выполнять свою часть работы, но и в том, чтобы в нужный момент быстро переключаться и концентрироваться на самом важном. Так и в этом случае. Батяня не стал одергивать участников группы, когда они выдавали на-гора старые анекдоты и заходились задорным смехом.

Ему не хотелось слышать от бойцов разве что шутки, в которых обыгрывалось бы название провинции. Но не потому, что майор был таким деликатным и щепетильным. Крепкое словечко при случае он мог завернуть. Здесь же его смущало присутствие дамы. Впрочем, офицеры сами понимали особенность ситуации и соответствующих шуточек себе не позволяли.

Вирусолог пыталась освоиться, привыкнуть к мужской компании. Однако ей это плохо удавалось. Все-таки с момента знакомства с участниками группы прошло не так много времени. Да и особенность своего положения она волей-неволей все-таки ощущала.

До высадки оставалось порядка сорока минут. Планировалось, что это будет десантирование на парашютах. В том числе и грузовых, с контейнерами. В них находилась самая разная амуниция, необходимая для успешного проведения операции. Среди снаряжения имелись небольшой беспилотный летательный аппарат, а также несколько квадроциклов.

Оставалось лишь дождаться приближения самолета к указанному квадрату и начать десантирование. Сначала предполагалось сбросить контейнеры. Потом друг за другом выпрыгнули бы все участники группы. Эта операция была просчитана едва ли не до секунды.

Ведь самолет не должен был приземляться. Планировалось, что он, не дотягивая до точки невозвращения, развернется и возьмет курс на Буэнос-Айрес. Дозаправка воздушного судна не предусматривалась. Самолету следовало вернуться в столицу на том запасе топлива, который у него имелся.

Внезапно самолет резко встряхнуло. Все бойцы тут же пристегнулись ремнями. То же по настоянию Батяни сделала и вирусолог. Десантникам подобные передряги доводилось переживать ранее, даже не по одному разу. Поэтому они сохраняли спокойствие, хотя причиной тряски, которая вскоре повторилась и стала постоянной, была отнюдь не воздушная яма.

Самолет вошел в зону турбулентности. Впереди, как раз в районе, где планировалось десантирование, бушевала жесточайшая гроза. Это явление оказалось полной неожиданностью. Ведь при подготовке к вылету были изучены все прогнозы погоды для провинции Хухуй, существовавшие на тот момент.