Сэр Мартин. Возвращение на родину - Михаил Александрович Самарский

Вдоль гравийной дорожки, огибающей по кругу территорию оазиса, прямо из земли торчали круглые фонари. В середине парка бил фонтан, вода стекала по каменным чашам в широкий бассейн, на бортиках которого отдыхали мраморные русалки. Двое мужчин в тёмных костюмах, заложив руки за спину, стояли у парадного подъезда. Как только королева остановила машину напротив, они тут же двинулись к ней. Один из них открыл дверь для Елизаветы.

– Мэм, – произнёс он, чуть склонив голову, и подал руку в белоснежной перчатке.

В тот момент, когда второй открыл дверь для Алисы и, протянув руку, сказал: «Добро пожаловать, мисс», – она на мгновение почувствовала себя принцессой.

Выпустив женщин, слуги открыли двери для питомцев. Маман степенно выплыла из машины и, гордо ступая, подошла к королеве. Сынок, в отличие от родительницы, вылетел наружу пулей и, точно оголтелый, стал носиться кругами по площадке. Он обнюхал всё, что оказалось в пределах его досягаемости, затем, подбежав к матери, лизнул ту в нос и снова принялся нарезать круги. Потом на мгновение остановился и, вывалив язык, осмотрелся. И тут его взгляд упал на газон. Пастушок сорвался с места, совсем как бабушкин автомобиль, так что из-под лап полетели мелкие камешки гравия, и помчался на него. Острые треугольники его ушей смешно развевались на ветру, словно флаги Британской империи. Он рухнул в траву, задрал лапы вверх и на глазах изумлённой маман и смеющихся людей начал кувыркаться.

– Джейн, по-моему, твой сын не забыл свой дом, – обратилась к питомице королева.

Та задрала голову и, посмотрев на хозяйку, моргнула. Судя по всему, это означало: она с ней полностью согласна.

Подумав о том, что её пастушок когда-то жил в этом замке среди членов королевской семьи, Алиса ошеломлённо огляделась.

– Ваше Величество, до того как вы подарили мне Мартина, он жил здесь?

Она сама не поняла, с чего вдруг задала этот вопрос. Видимо, с того, что эта мысль никак не хотела укладываться у неё в голове.

– Да. – Елизавета в удивлении пожала плечами и развела руками. – А где он должен был жить, если здесь дом его матери?

И только теперь до Алисы окончательно дошло: её питомец действительно королевских кровей. Почему-то раньше она с долей иронии относилась к этому факту, возможно, потому, что никогда не видела его в стенах родного дома.

Она посмотрела на свою августейшую особу, кувыркающуюся на лужайке, и мысленно усмехнулась: «Тоже мне, наследный принц». Девушка едва сдержалась, чтобы не крикнуть: «Пастушок, негоже его высочеству валяться на траве!»

– Алиса, забирай Мартина, и пойдём пить чай, – сказала королева.

У входа в замок стоял седовласый дворецкий. Он бесшумно распахнул двери перед хозяйкой и её гостями и так же тихо закрыл их. Помог женщинам освободиться от верхней одежды, забрал у Алисы рюкзак. Дальше всё было как в тумане. Девушка напрочь забыла, что по этикету не стоило бы откровенно пялиться по сторонам, и с открытым ртом следовала за королевой, озираясь, будто первобытный человек, никогда ещё не видевший современного мира.

Лакеи распахивали перед ними массивные двери, когда они переходили из синей комнаты в зелёную, розовую, голубую; бархатные стены вокруг были украшены портретами Елизаветы и других членов королевской семьи. Ноги так и утопали в мягких пушистых коврах невероятно красивых цветов, напоминавших цветочные поляны или картины художников-абстракционистов. Солнечные зайчики плясали в витражах на окнах, в хрустале зажжённых люстр и на золотых рамках портретов. От всей этой роскоши у Алисы закружилась голова. Рассматривая в малиновой гостиной потолок, раскрашенный, словно торт, нежно-розовой лепниной, она едва не грохнулась, споткнувшись о позолоченную ножку дивана. А вот пастушок и правда чувствовал себя как дома. Он периодически исчезал из поля её зрения, забираясь в самые дальние углы огромных комнат, что-то выискивал за массивными шторами, под диванами и креслами. Может, надеялся, маман нарочно для него где-то припрятала угощение? Потом Мартин снова появлялся на горизонте, подбегал к Алисе и, поставив лапы на ноги, смотрел на неё глазами, полными удивления, всем своим видом говоря: «Здесь столько всего интересного». Его родительница, в отличие от неугомонного сынка, ни на шаг не отходила от своей величественной хозяйки.

– Я приказала принести нам чай в каминный зал, – сообщила королева, посмотрев на Алису вполоборота. – Хочется посидеть у огня, что-то я стала последнее время мёрзнуть, – призналась она и поинтересовалась: – Надеюсь, ты не против?

– Мэм, я только за, – с улыбкой ответила девушка.

Тот самый каминный зал оказался большой комнатой прямоугольной формы. В одной её части громоздился рояль из красного дерева, окружённый стульями с высокими спинками, – такой своего рода мини концертный зал.

«Возможно, здесь Элтон Джон исполняет свои новые хиты для королевы». Алиса улыбнулась внезапно промелькнувшей мысли.

В другой части помещения перед пылающим камином разместились диваны и кресла. Круглый стол, накрытый для чаепития, томился в ожидании гостей. С двух сторон от него стояли лакеи в чёрных жилетах, надетых на белоснежные рубашки, и таких же перчатках. При виде королевы слуги чуть склонили головы.

– Джон, покажи нашей гостье, где она может помыть руки, – обратилась Елизавета к одному из них.

– Да, мэм, – лысоватый мужчина поклонился и, подойдя к Алисе, жестом показал следовать за ним.

Туалетная комната ничем не уступала в роскоши другим помещениям замка. Девушка огляделась: повсюду сияние золота, серебра и хрусталя. Ощущение, будто попала в музей ювелирного искусства. Вот только с краном пришлось повоевать. Вода из него текла ровно столько, сколько требовалось, чтобы сосчитать до двух. Пришлось раз двадцать поднести к нему руки, прежде чем удалось полностью смыть с них мыльную пену. Алиса уже давно привыкла к экономности англичан, но не до такой же степени!

В сопровождении Джона девушка вернулась в каминный зал. Королева сидела за столом, перед ней дымилась чашка чая с долькой лимона и стояла тарелка с кусочком торта, похожего на ту лепнину на потолках, которую Алиса видела в каждой комнате.

Девушка едва не рассмеялась в голос, когда увидела Мартина, атакующего родительницу, растянувшуюся на ковре перед камином. Мать терпеливо сносила все его нападки, но, когда он норовил схватить её за ухо или хвост, всё же коротко огрызалась. Ей явно хотелось спокойно полежать, а неугомонная сыновья душа жаждала веселья.

– Мисс, прошу вас. – Джон выдвинул стул для Алисы, приглашая занять место справа от королевы.

Девушка села за стол и положила руки на колени – в статье говорилось, что по правилам хорошего тона их нельзя класть на стол. Подумав о Верке, Алиса мысленно улыбнулась. Та не только руки кладёт на стол, но ещё и сидит подобрав под себя ноги.

Лакей налил в белоснежную чашку чай, поставил перед ней сахарницу и тарелочку, на которой лежали дольки лимона, напоминавшие очки Энтони. Пока придворный ухаживал за ней, Алиса вспомнила, что по этикету сначала нужно положить в чай лимон, а затем сахар. И не приведи господь сделать наоборот. Сразу попадёшь в немилость у высшего общества. «Какая разница, что первым попадёт в напиток? Неужели от этого изменится его вкус? Ну никак не могут люди жить без хоть каких-нибудь условностей. Хорошо, я не пью чай ни с лимоном, ни с сахаром», – мысленно рассуждала Алиса, наблюдая, как лакей отрезает кусок торта, кладет его на тарелку, на которой лежала миниатюрная вилочка, и ставит перед ней.