В труде и учебе - Семен Бабаевский

— Пойдем посмотрим! — Алеша схватил Гришу за рукав и потянул за собой. — Степа говорит, что у него к весне целая флотилия будет.

Ребята подошли к реке.

Быстрянка после дождей вздулась, вода была мутная, вся в воронках и водоворотах, текла быстро и неспокойно — казалось, что река сердится на осенние дожди, которые доставили ей столько хлопот и нарушили мирную летнюю жизнь.

Вниз по течению плыли щепки, хворостины, слеги, деревянная калитка от изгороди, чья-то телега без колес с поднятыми вверх оглоблями.

— Вот это река! — засмеялся Алеша. — Где что плохо лежало — все подобрала!

Алеша с Гришей пробрались сквозь частую заросль ольшаника и вышли на небольшую поляну. Здесь, недалеко от берега реки, лежало на земле несколько дощатых плотов и в беспорядке валялись горбыли, слеги, жерди. Пионеры Гришиного звена, окружив старую лодку, о чем-то шумно спорили.

— А я говорю — это будет теплоход! — запальчиво доказывал Степа Прохоров, стуча палкой о борт лодки.

— Сказал бы лучше, что катер, — спокойно перебил его Дима Белов. — А то теплоход! Нас же куры на смех поднимут. Ты хоть бы книжку какую почитал о кораблях.

Степа вспыхнул, но не успел ничего ответить приятелю, как заметил Гришу и Алешу Уклейкина.

— Вы зачем сюда? — спросил он.

— А мы… мы флотилию посмотреть, — сказал Алеша. — Можно?

— Смотрите, не жалко! — недовольно сказал Степа.

— И зачем вам эти плоты? — в недоумении спросил Гриша. — Кататься будете? В морской бой играть?

— И покатаемся! — с вызовом ответил Степа. — А то возьмем да летом путешествие на плотах устроим. Вниз по Быстрянке… Чем плохо?

— Путешествие? На плотах? — растерянно, переспросил Гриша. — Почему же ты на сборе об этом молчал?

— А ты меня спросил?

С берега раздался крик Алеши:

— Ребята! Сюда! Бревна плывут!

Все подбежали вплотную к воде.

Из-за поворота на середину реки быстрым течением выносило белые прямые бревна. Видно, их смыло где-нибудь с берега. Они плыли друг за другом, словно журавли в небе.

— А бревна-то какие! Ровные, как карандаши! — с восхищением оценил Алеша. — Интересно, откуда они?

— Это не нашего колхоза, — заметил Дима Белов. — У нас все бревна на ферму израсходовали.

— Ну и что ж? — Степа с досадой посмотрел на приятеля. — Если не наши, значит пусть себе и плывут? А может, они из «Второй пятилетки» или из «Двенадцатого Октября»? Все равно ведь колхозные…

— Может, они для стройки были приготовлены, — заметил Алеша. — На клуб или на новую школу.

— А я разве что говорю… — смущенно отозвался Дима.

Ребята не сводили глаз с бревен. Каждый из них на миг представил себе, как колхозники где-нибудь в верховьях Быстрянки пилили весной могучие сосны, очищали их от сучьев, ошкуривали, перевозили в колхоз, сушили на солнце. И вдруг эта озорная река…

Степа беспокойно прошелся по берегу, зачем-то швырнул в воду палку, потом обернулся к товарищам:

— Ребята! Мы кто? Пионеры? Так?

— Ну и что? — спросил Дима.

— Надо задержать бревна, вот что! — решительно заявил Степа.

«Не думай плохо о товарищах», — вспомнил Гриша слова Василия Андреевича. А ведь он не только подумал, но даже пожаловался на Прохорова старшему вожатому. Мальчик невольно покраснел и вполголоса сказал:

— Правильно, Степа… надо задержать.

— Да как их задержишь? — спросил Дима.

— А мы… мы сейчас навстречу бревнам поплывем, — сказал Степа, — и завернем их к берегу.

— Так вода же какая… Сразу окоченеешь!

Ребята как по команде сразу опустили руки в воду, но тут же выдернули их и переглянулись. Да, по такой ледяной воде далеко не уплывешь — сведет ноги.

— А давайте на вашей лодке к бревнам подъедем! — предложил Гриша. — Эх, да она худая!

— Может, в колхоз сбегать, комсомольцев позвать? — подал голос Алеша.

— Пока бегаем, бревна знаешь куда уплывут? — отмахнулся Гриша и растерянно оглянулся по сторонам.

Что ж это такое? Время идет, а он все еще топчется на месте и ничего не может придумать. Какой же он вожатый звена?

Бревна подплывали все ближе. Неужели река так и унесет их?

За изгибом реки Гриша заметил бревенчатый мост на высоких сваях. «А что, если…» — мелькнуло у него в голове.

Мальчик схватил с земли длинную жердь и скомандовал:

— За мной! К мосту!

Вслед за своим вожатым пионеры выбрались из ольшаника и побежали по высокому берегу реки. Выбежав первым на мост, Гриша бросил сумку с учебниками на бревенчатый настил и по обомшелым зеленым сваям ловко спустился к самой воде.

Быстрое течение поднесло к мосту первое бревно. Гриша уперся шестом в его конец и попытался завернуть бревно в сторону. Но шест сорвался, и бревно проскочило между сваями.

К мосту подбежали остальные пионеры.

«Затор хочет устроить! — догадался Степа. — Здорово придумал!»

Вооружившись жердями, мальчишки тоже спустились по сваям к воде. Второе бревно уже не проскочило мимо. Его удалось повернуть поперек реки, и течение прижало бревно к сваям. Путь бревнам был закрыт. Одно за другим они задерживались около моста.

Войдя в азарт, пионеры не заметили, как к мосту подошел старший вожатый и вступил на бревенчатый настил. Услышав голоса под мостом, он с удивлением перегнулся через перила.

— Второе звено! Вы что там делаете? — крикнул он. — А ну-ка, марш на берег, пока в воду не свалились!

— Мы сейчас! Только последнее бревно задержим, — ответил Гриша.

Увидев сбившиеся у свай бревна, Василий Андреевич понял, что́ придумали пионеры, спустился под мост и принялся помогать ребятам. Потом он отправился в колхоз и вскоре вернулся с тремя колхозниками. В руках у них были пожарные багры и веревки. Минут через двадцать мокрые, скользкие бревна удалось вытащить на берег.

Не успели пионеры как следует порадоваться такому богатому улову, как к мосту верхом на конях подъехали двое людей из зареченского колхоза «Вторая пятилетка» — завхоз и бригадир плотницкой бригады.

— Что, граждане хорошие, упустили бревна? — упрекнул их бригадир, пришедший с Василием Андреевичем.

— Недоглядели, — сознался завхоз из «Второй пятилетки». — Спасибо, товарищи колхозники, что наши бревна выловили.

— Не нас… Вот кого благодарите! Пионеров! — Бригадир показал на ребят.

— Скажи на милость! — Завхоз с уважением посмотрел на пионеров. — Тогда вам вдвойне спасибо!.. Да еще вот что… Мы к Новому году колхозный клуб открываем… Милости просим к нам на праздник всей компанией!

— Придем, придем! — согласился старший вожатый и, позвав ребят, направился с ними к колхозу.

По небу неслись серые, клочковатые облака, брызгал холодный, колючий дождь, ветер посвистывал в голых перелесках.

Василий Андреевич оглядел ребят:

— Кто же из вас надумал бревна задержать?

— Это вот он первый… Степа, — сказал Гриша.

— Нет-нет! — запротестовал Степа. — Про затор это Гриша придумал.

— А вообще все вместе, — поправился Гриша. — Всем звеном.

Он замолчал. Ему вспомнился неудачный сбор, обида на Степу и Диму, встреча с ними у реки… «А что, если в самом деле на плотах путешествие устроить? — мелькнуло у него в голове. — Вот здорово будет!»

Гриша вдруг тронул старшего вожатого за рукав:

— Василий Андреевич! А можно, мы еще раз на сборе про путешествия поговорим? Мы теперь вот как подготовимся! Степа с Димой расскажут, как они плоты строят… А летом мы вниз по реке пойдем! Целой флотилией! — Он скользнул взглядом по золотым пуговицам на куртке старшего вожатого. — И вы к нам на сбор приходите. Расскажете, как во флоте служили.

— Вот это дело живое, стоящее! — улыбнулся Василий Андреевич.

Пионеры весело переглянулись. Ветер со свистом вырывался из-за перелесков, задерживая их шаг. Но ребята только теснее сблизили плечи, коснулись друг друга локтями и, налегая грудью на ветер, пошли быстрее.

Николай Николаевич Носов

Ниночка

По улице шла маленькая, сгорбленная старушка в черном старомодном пальто с бархатным воротником и в такой же, как воротник, черной бархатной шляпе, из-под которой выбивались пряди седых волос. Она вела за руку девочку лет пяти. На девочке были короткое платьице из веселенькой голубой материи с яркими желтыми полумесяцами по всему полю и белый передничек с вышитым на нем красным зайчиком. Девочка шагала вприпрыжку и то и дело старалась повиснуть на руке бабушки, поджимая под себя на ходу ноги.

— Тише, тише ты, Ниночка! — твердила старушка. — Ведь ты меня свалишь с ног!

— Почему? — заливаясь веселым смехом, спрашивала Ниночка.

Ей казалось очень смешным, что вот она, такая маленькая Ниночка, может свалить с ног взрослую бабушку.