Двойной соблазн - Карен Бут

созданием альянса. Вместо этого он пытался разделять и завоевывать.

Что заставило Тэру задуматься о собственной коалиции. Не слишком надежной, конечно, но такой, которая помогла бы ей освободиться от оков ее нынешней карьеры и позволить заняться чем‑то новым. Где она могла бы действовать на достаточно высоком уровне и сама определять свою судьбу.

Закончив вечерний показ дома, она поехала по мосту через залив Коронадо. На острове она всегда чувствовала себя более расслабленной. Для Джонатана там было слишком тихо. Он предпочитал шум и суету центра Сан‑Диего, где он жил вместе с Астрид, или более шикарные дома на утесах в Ла‑Хойе, где он обитал с Мирандой. Что же касается Тэры, то для нее Коронадо обладал очарованием маленького городка с очень высокими ценами. Там нельзя было купить собственность меньше чем за два миллиона, и то размером с почтовую марку. Из ее дома – три комнаты с тремя ванными, в нескольких кварталах от отеля «Дель Коронадо» – открывался потрясающий вид на океан, и в то же время там можно было уединиться.

Но сегодня вечером никто не мог сказать, возобладают ли спокойствие и благопристойность этого места, как только Миранда и Астрид окажутся в одной комнате. У них были все основания не любить друг друга. Хотя по опыту Тэра знала, что деньги могли смягчить оскорбленные чувства. Обещания большого куша могло быть достаточно, чтобы на время заставить их забыть о своих разногласиях.

Астрид приехала первой, с ног до головы одетая во все черное. Либо Тэра неправильно истолковала наряд, либо Астрид хотела дать понять, что она такая же скорбящая вдова, как и Миранда.

Тэра молила, чтобы Миранда этого не заметила, хотя на такое трудно было не обратить внимание. Не то чтобы у Тэры было время об этом подумать – Миранда появилась следом за Астрид менее чем через минуту.

– Заходите, – сказала Тэра, приглашая всех в дом.

Она повела гостей на второй этаж, где были кухня, большая комната и хозяйская спальня. Вид на океан был сногсшибательным – на все сто восемьдесят градусов через стеклопакеты от пола до потолка.

– Не хотите что‑нибудь выпить? Вино? Минералка?

– Мне минералку, пожалуйста, – сказала Миранда.

Астрид предпочла вино.

– Я думаю, нам будет удобнее устроиться в гостиной, чтобы обсудить план Гранта, – сказала Тэра, приглашая их в просторную комнату с двумя белыми диванами и низким столиком из дуба. Обстановка была пляжной, но элегантной.

– Ну что ж, назовем это планом, – сказала Астрид. – Хотя все, что он предлагает, – это купить наши акции. Причем не сразу, а в течение нескольких лет. Меня это не устраивает. Я бы предпочла получить свои деньги сейчас.

– Ты имеешь в виду деньги за акции «Стерлинг энтерпрайзис», которыми ни одна из вас не должна бы владеть? – ухмыльнулась Миранда.

– Давайте притормозим. Не вижу причин так волноваться, – начала Тэра, желая сохранить нормальную рабочую обстановку.

– Волноваться? – перебила ее Миранда. – Да я вообще не должна быть здесь на этой встрече. Я не должна думать об этом. Я чувствую себя преданной собственным мужем. Преданной отцом моего ребенка. – Миранда закрыла глаза и прижала руку к животу.

О нет.

Взгляд Тэры метнулся к лицу Астрид в попытке оценить ее реакцию на новость, которая, как она надеялась, не всплывет во время этой встречи.

Лицо Астрид стало бледным.

– Ребенок?.. – спросила она хрупким, словно стеклянным голосом.

Глаза Миранды распахнулись. Она поняла свою ошибку. Она только что выдала секрет, который ей не хотелось выдавать Астрид. По крайней мере, до ее возвращения в Норвегию.

– Да, – сказала она. – Сейчас примерно восемь недель.

Тэра застыла, приготовившись к взрыву.

Но Астрид сделала то, чего никто не мог от нее ожидать. Она улыбнулась.

– У Джонни будет ребенок? – На ее глазах выступили слезы. – Он очень хотел детей. Очень. Поздравляю.

Тэра не могла ошибиться в искренности ее чувств. Астрид все еще любила Джонатана.

– Спасибо, – выдохнула Миранда. – Честно говоря, я думала, что ты не будешь этому рада. Он сказал мне, что у тебя были проблемы с зачатием.

Астрид кивнула, но ее губы были плотно сжаты.

– Я не могу говорить об этом. Так что давайте вернемся к делу.

Сердце Тэры тянулось к Астрид.

– Похоже, никто из нас не в восторге от предложения Гранта, – сказала она. – И я подумала, что должна быть причина, почему Джонатан сделал это. Что‑то помимо чувства, что он в долгу передо мной и Астрид. Может быть, это был его способ свести нас вместе.

Астрид хрипло рассмеялась.

– Одна из нас даже не знала о существовании другой. Зачем ему это было нужно?

Тэра потерла переносицу. Очевидно, дружеский подход не сработает.

– Хорошо. Тогда давайте посмотрим на финансовую сторону. Наши акции и сейчас стоят немало, а позже их цена возрастет еще больше. И это дает нам власть, которой нет ни у кого.

– У каждой из нас по семнадцать процентов. Грант владеет двадцатью. Это не власть, – сказала Миранда.

– Если мы втроем объединимся, то у нас будет контрольный пакет акций Джонатана. Пятьдесят один процент. Вместе мы могли бы управлять компанией.

– Но Грант назначен генеральным директором, – возразила Миранда.

– Он вполне может быть генеральным директором. Просто мы втроем, как единый голосующий блок, будем принимать решения о направлении развития компании. И о заполнении вакансий.

– Мне не нужна работа, – сказала Миранда. – Мой бизнес сейчас на подъеме, и денег у меня достаточно. Кроме акций, Джонатан все оставил мне.

Тэра поняла, что Миранда сделала правильный вывод.

– Тебе не придется занимать должность в «Стерлинге», если ты не хочешь. Главное – держаться вместе.

– Я думаю, что хотела бы поработать, – сказала Астрид. – Я не могу весь день сидеть в квартире.

– Ты решила остаться в Сан‑Диего? – спросила Тэра.

Астрид пожала плечами:

– Если бы у меня было дело, я могла бы остаться.

– Я все еще не решила, – сказала Миранда. – Может быть, нам стоит позволить, чтобы Грант постепенно выкупил наши акции? Он все же очень много работал.

Тэра почувствовала разочарование.

– Дело не в том, чтобы что‑то отнять у Гранта. – Ей хотелось, чтобы они увидели, какая это фантастическая возможность. – Давайте лучше подумаем о том, что мы оставим ребенку Джонатана. Дома и деньги – это хорошо. Но разве было бы не здорово передать настоящее дело? Это была страсть Джонатана. Если ты продашь свои акции, у ребенка не останется даже части этой компании.

В комнате наступило молчание. Тэра надеялась, что это означало, что ее слова возымели действие.

– А что, если у нас будет пробный период? – спросила Астрид. – Я