Двойной соблазн - Карен Бут

– Лучше бы так и было. Это мои деньги. Эти акции должны были по праву принадлежать мне.

Макс вытащил письмо из конверта, развернул его и начал читать:

«Дорогие Миранда, Астрид и Тэра, я попросил Макса прочитать вам это письмо, чтобы объяснить свое решение разделить акции „Стерлинг энтерпрайзис“ между вами тремя. Для Миранды, я понимаю, это может быть разочарованием, но я думаю, что и так я оставил ей достаточно большое состояние, чтобы обеспечить ее до конца жизни. Что касается Астрид и Тэры, то правда заключается в том, что „Стерлинг“ никогда бы не стал тем, чем он является сегодня, без их поддержки и помощи. Миранда, у тебя есть моя вечная любовь, но я никогда не переставал заботиться об Астрид и Тэре. Они, как и ты, навсегда останутся частью меня. Надеюсь, вы поймете, что мое сердце привело меня к этому решению. Кому‑то это может показаться странным, но для меня это имеет смысл.

С любовью, Джонатан».

На мгновение наступила тишина. Никто не шевельнулся, никто не издал ни звука.

– Оставьте это Джонатану – он и из могилы может устроить шоу, – сказала Тэра, первая нарушив молчание.

Миранда покачала головой.

– Не могу поверить, что он мог такое со мной сделать.

– Не то чтобы ты так уж нуждалась в деньгах, – пробормотала Астрид.

– Не твое дело, – бросила Миранда.

Грант оторвал себя от книжного шкафа – нужно было вмешаться, пока это не перешло в скандал.

– Астрид. Миранда. Тэра. Пожалуйста. Позвольте мне попытаться вам помочь. – Он присел на край стола Макса. – Я думаю, что сделано, то сделано. Мне это нравится не больше, чем Миранде, но это было решение Джонатана выразить свою признательность Тэре и Астрид. Как и решение назначить меня генеральным директором компании.

Грант глубоко вздохнул, понимая, что на кону годы тяжелой работы и все его будущее. Любая из этих женщин могла сделать выбор, который помешал бы ему получить контроль над компанией. Он должен был продолжать придерживаться своего плана, даже если тот мог и не сработать.

– Мои двадцать процентов, как и ни один из ваших пакетов акций, составляющие, как я понимаю, семнадцать процентов, не дают права контроля. Поскольку я уже назначен генеральным директором, я хотел бы предложить выкупить ваши акции. Достаточно, чтобы я получил тот же пятьдесят один процент, что был у Джонатана. Это даст мне возможность управлять компанией так, как это делал он.

– А почему ты думаешь, что я этого хочу? – спросила Миранда.

– Тише. Я хочу услышать предложение Гранта, – вмешалась Астрид.

– Не смей затыкать мне рот, – огрызнулась Миранда, бросив на нее неприязненный взгляд, и снова посмотрела на Гранта: – Может, я сама собираюсь управлять «Стерлингом». Может, я сама хочу выкупить акции у Астрид и Тэры. Не важно, что Джонатан назначил тебя генеральным директором. Важно то, кому будет принадлежать самый большой кусок пирога.

Пульс Гранта ускорился. Неужели все годы его тяжелой работы пойдут коту под хвост?

– Сегодня ничего не надо решать, – сказал он.

– Грант прав. – Тэра бросила на него взгляд, который говорил, что она на его стороне. Это был его единственный спасательный круг. – Мы не должны сейчас принимать никаких решений. Думаю, нам троим – Астрид, Миранде и мне, нужно встретиться и обсудить наши собственные задачи и цели, и посмотреть, какую роль в этом играет или не играет «Стерлинг».

Это был вполне разумный шаг. Так почему же Грант так чертовски нервничал? Ах да. Потому что она предлагала сценарий, в котором он ничего не мог контролировать.

Миранда откашлялась.

– Хорошо. Я согласна.

– Я тоже, – сказала Астрид. – Я не собираюсь пока возвращаться в Норвегию.

– Договорились. Можем встретиться у меня завтра вечером. В семь часов устроит?

Миранда и Астрид кивнули.

– А пока, Грант, не мог бы ты сделать нам свое предложение, чтобы мы знали, с чем работать? – спросила Тэра.

Их взгляды встретились, и он еще раз попытался понять, был ли его предыдущий вывод о том, что она на его стороне, верным. Неудивительно, что Тэра считалась акулой в переговорах. Она проделала отличную работу, сохранив хладнокровие и оставаясь над схваткой. Он хотел, чтобы это качество не казалось ему таким привлекательным. В конце концов, она может его потопить.

– Предложение сразу вам трем? Вы втроем ведете переговоры? – Он не ожидал, что женщины создадут коалицию.

Тэра посмотрела сначала на Миранду, потом на Астрид. Они кивнули, и она снова посмотрела на Гранта.

– Ну да. Думаю, только это имеет смысл. Нет необходимости нанимать сразу трех адвокатов.

– А не мог бы я сделать каждой из вас предложение лично? Может быть, отложите вашу завтрашнюю встречу?

Тэра улыбнулась, но ее улыбка не была теплой.

– Грант, я понимаю твою тактику. Ты прекрасно знаешь, что труднее сказать «нет» кому‑то в лицо.

– Я думаю, Джонатан предпочел бы именно такой вариант. Я не хочу, чтобы это превратилось в свару.

– А как насчет компромисса? Напиши каждому из нас свое предложение. Завтра мы втроем все обсудим, а потом ты можешь зайти и мы дадим тебе наш ответ.

Грант не любил компромиссов. Пока Джонатан стоял у руля «Стерлинга», этого было не избежать. Но теперь, он полагал, настало его время брать на себя ответственность и принимать решения. Будь проклят Джонатан и его решение разделить свой контрольный пакет акций.

– Да. Конечно. – Ему ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Миранда и Астрид ушли, но Грант должен был сделать последнюю попытку.

– Тэра. Мы так давно знаем друг друга. Пожалуйста, не обращайся со мной как с недостойным человеком.

Тэра перекинула сумочку на плечо и посмотрела ему в глаза.

– Грант. Пожалуйста. У тебя такие замечательные щенячьи глаза, но жалости ты от меня не дождешься.

На мгновение он был отвлечен ее замечанием насчет его внешности, чтобы нормально соображать.

– Об этом я не прошу. Просто в ваших руках все мое будущее, и мне хотелось бы знать, что меня не подставят.

Тэра поцеловала его в щеку, предоставив ему возможность бороться с волной жара, разлившейся по его телу.

– Ты красив и богат. Что бы ни преподнесла тебе жизнь, я думаю, с тобой все будет в порядке.

Глава 4

Перед встречей в офисе Макса Тэра не спала почти всю ночь. В ее голове крутился вихрь идей. Она не знала планов Гранта, думая, что он просто хотел сохранить мир. Как генеральный директор, он нуждался в полном доверии основного ядра акционеров. Она думала, что он может работать над