Волчонок на псарне (СИ) - Анна Чарова

Миновало три танца, Дарий сменил трех партнерш, и все девушки, с которыми он танцевал, взирали на него преданными собачьими глазами. Вот что значит огненный маг! Противиться его обаянию невозможно. Наверное, он и в постели творит чудеса. А ведь если присмотреться, ничего особенного в нем нет: ноздри широковаты, губы слишком большие для мужчины, глаза узкие, пятнистые, в темных волнистых прядях уже серебрятся нити седины. Но что-то в его облике — то ли вздернутый подбородок с ямкой, то ли нарочитая отстраненность — вызывают непреодолимое желание прикоснуться, обнять и растопить лед.

На четвертый танец он подошел к Аллене и молча протянул руку ладонью вверх. Она отругала себя за то, что теряется рядом с ним, будто девчонка, дерзко улыбнулась и положила руку в его ладонь. Он сомкнул пальцы на ее запястье, провел вверх по предплечью — Аллена затрепетала, но виду не подала.

Танец был ее любимый — Аделия. Он посвящался девушке с Изумрудных Островов, которая ради любви повернула время вспять, но заполучить возлюбленного у нее так и не получилось. В детстве Аллена обожала эту историю и воображала себя Аделией, но с возрастом поняла, что мир — еще более жестокая игра. Или ты играешь мужчинами, или они вытирают о тебя ноги. Самопожертвование Аделии изначально обрекло ее на страдания. Пусть другие жертвуют, а ты бери сполна и не бойся расплаты: да, твои игрушки будут страдать потом, но разве они не испытывали несколько дней ослепительного счастья?

Чтобы избавиться от волнения, Аллена танцевала — горячо, порывисто, страстно. Она растворялась в танце и страстно желала, чтобы ее разгорающийся огонь лизнул ледники Дария, растопил их…

— Ты великолепно танцуешь, — сказал он с улыбкой, когда танец закончился. — Будто на горячих углях.

Аллена приподняла голову и сверкнула глазами из-под опущенных ресниц, приклеила на губы свою самую обворожительную улыбку, повела обнаженным плечиком, делая вид, что смущена:

— Ах, спасибо, — взгляд-укол. — Вы вдохновляете меня.

— Тогда давай станцуем еще, — предложил он холодно.

И снова они закружились в танце. Аллена пыталась вспомнить, каким он был раньше. Вроде горячим, вспыльчивым, нервным. Сейчас из него будто бы вынули душу. Казалось, ничто земное его вообще не интересует.

— Я вас помню, — повернуться, шаг, шаг, присесть.

— И я тебя, ты стала еще красивее, — Дарий изобразил улыбку, и будто холодом с горных вершин повеяло. Интересно, он и правда такой равнодушный ко всему, или это часть игры?

Если его в постель затащить и сделать ему приятно, он так же будет смотреть, будто выворачивая наизнанку? При мысли о том, что Дарий раздевается в ее тайной спальне, у Аллены закружилась голова и зашлось сердце.

Его руки… Овальные ладони с сильными пальцами. Так захотелось, чтобы он разорвал платье, толкнул ее на кровать и овладел ею грубо, без прелюдий. Ей представлялось, что с ним будет именно так.

Когда танец закончился, Аллена изъявила желание выпить, и маг поддержал ее. Она забыла о Бретте, о наследном князе и завистливых сплетницах, одно ее волновало — лед в его глазах, которые она помнила искрящимися.

***

Ближайший бордель был далеко от Дааля, но и здесь, на приеме, собралось достаточно развращенных особ, готовых откликнуться на зов плоти. Из всех девушек Дарий выбирал самую отвратительную, самую подлую и злобную. Женщину, которую он никогда не полюбит и не пожалеет. Аллена подходила как нельзя кстати, к тому же она красива, и ею будет приятно владеть. Только что она унизила и растоптала Сандро — Дарий помнил с детства этого ранимого скромного мальчишку, — и вполне заслужила наказание. Так что если план не сработает, Аллена окажется лучше, чем он полагает, и с ней потом что-нибудь случится, будет не сильно жалко.

Глупая женщина кокетничала, строили глазки, пыталась его подцепить десятками крючков-уловок, но Дарий видел каждый ее шаг наперед. Осторожная хищница подозревает неладное, но разве она послушает интуицию? Толку с женских уловок, когда Дарий читает ее подобно открытой книге? Так богомол ползет по шкуре затаившейся кошки и не знает, что через пару секунд она выпустит когти.

Впрочем, Дарий будет нежен и обходителен, она в обиде не останется. Он даже предупредит Аллену, но она, конечно же, не прислушается. Бесспорно, талантливая женщина. Незаслуженно красивая. Она таяла от каждого прикосновения, и Дарий не посчитал правильным мучить дальше ее и себя.

Они сбежали с бала и брели в темноте, взявшись за руки. Слегка пьяный, Дарий даже на миг ощутил себя счастливым, будто вернулся на пять лет назад, когда еще не знал, чем ему придется платить за свой талант. Будто не Аллена с ним сейчас, а действительно близкий человек, с которым можно хохотать до упаду и целоваться в узких переулках и не терзаться вопросом, почему вдруг его срочно вызвал магистр Раян из Восточной обители. Там его все устраивало: угрюмый люд, не вызывающие симпатии забитые женщины, отвратительные шлюхи, будто выгоревшие на солнце. Никаких соблазнов, не то что здесь.

— Сейчас луна, — прощебетала Аллена, обнимая его за талию. — Пойдем к морю?

Мгновенное очарование улетучилось. К морю, туда, где ходит она? Где она смотрит на пенные волны? Превратить святыню в вертеп? Ну уж нет! Дарий сжал пальцы Аллены и увлек ее в лабиринт ночных улиц.

Он снял жилище, которое занимало весь первый этаж двухэтажного дома в середине старого города — не худшее место. Не богатое, конечно, но и не трущобы. Тут обитали состоятельные ремесленники, хозяева крупных лабазов и талантливые лекари.

Конечно же, Аллена привыкла спать с самыми богатыми и выдающимися, потому лучше ее не пугать убожеством жилища — пусть будет полумрак. Дарий зажег единственную свечу, увлек девушку за собой в спальню, прижал к себе.

— Должен предупредить: если я полюблю тебя, ты очень рискуешь.

Аллена рассмеялась, села на кровать и бросила с вызовом:

— Мне кажется, это ты рискуешь.

Играет с судьбой, дурочка. Дарий перевел взгляд на ее грудь, спрятанную под множеством ярких оборок, на тонкую, кокетливо высунутую ножку. Красивая дурочка. Немного опасная. Совсем чуть-чуть.

— Знаешь ли ты о том, что любой, кто не прошел обряд Отречения и принял дар, то есть стал магом, потом очень дорого платит за него? Я имел в виду это.

Аллена рассмеялась, легла, опершись на локти, провела ногой по ноге, поднимая юбки.

— Смешной.

Дарий криво усмехнулся, стянул белоснежные перчатки, бросил на кровать, расстегнул кафтан. Он знал, чего хочет эта развратная, порочная женщина. Ему самому хотелось того же — не играть же с ней в нежность? Актерского таланта не хватит.