Москва сталкеров - Ольга Чередниченко

Цепочные качели взлетали очень высоко, и сквозь пелену на глазах он мог видеть пейзажи за пределами заснеженного леса – как приятный фон. Там были река, и мост через реку, и еще деревня с маленькой церквушкой и кладбищем {3}.

Все испортило какое-то мерзкое карканье. Оно испугало его, отвлекло, сбило с ритма. Качели хаотично заходили в стороны, началась какая-то дисгармония. Невозможно выразить то, насколько он был раздражен.

Только у него получилось более или менее прийти в себя и успокоить качели, как карканье раздалось вновь. Цепь, за которую он держался правой рукой, сильно затряслась, в то время как цепь под левой почему-то осталась неподвижной. Тревожность его практически достигла апогея в тот момент, когда карканье раздалось снова, и реальность сна о заснеженном лесе свернулась и развернулась вновь в реальность в виде спальни и вибрирующего мобильного телефона в правой руке.

– Да? – еще не проснувшись окончательно, сказал Рейден с вопросительной интонацией. Ему показалось, что он одновременно дал знать, что подошел к телефону, и заодно спросил, кто это говорит.

– Что делаешь? – немного кокетливо произнес женский голос в ответ.

– Что я делаю в четыре часа ночи?! Кто это, я спрашиваю? – Рейден продрал глаза и в гневе уставился на электронные часы, которые светились зелеными цифрами в темноте, показывая 03:38.

– Это я, Ворона. Прости, что разбудила, я как-то не подумала… – робко сказала девушка, и Рейден несколько успокоился.

– Ничего страшного. Просто мне-то завтра вставать на работу, в отличие от некоторых. Что ты хотела?

– Я согласна.

– Ты о чем?

– Выйти за тебя замуж, Рейден!

– …

– Да не бойся ты, я шучу. Я хочу принять твой спор. Ты сказал позвонить, если надумаю – вот я звоню.

– Какой спор?

– Рейден, у тебя что, память отшибло?! Сегодня на АЗЛК. Кто из нас более крутой сталкер – то есть я, и кто откажется от своего образа жизни – то есть ты.

– То есть ты! Ворона, прости, не сообразил спросонья. Ты молодец – смелая девчонка. Давай искать арбитра.

– Во-первых, пацан, я тебе не девчонка, а лидер отряда «Синяя буря», усек? И «синяя» – от слова алкогольная, да-да! Во-вторых, арбитра я уже нашла. Будь уверен – он тебе понравится. Встречаемся завтра, то есть уже сегодня, в девять часов вечера в кабельном коллекторе на «Октябрьском поле».

– Договорились, девочка. А теперь я продолжу спать. До завтра!

– Спокойной ночи желать тебе не буду. Пока!

Нажав на кнопку завершения вызова, Ворона съежилась, прошептала: «Блин, как тупо получилось», шмыгнула из туалета в теплую постель к Игорю и промаялась без сна еще несколько часов.

Положив трубку, Рейден в ту же секунду уснул.

Утром следующего дня по пути на работу Рейден, как всегда, стоял в пробке на третьем кольце. Он обдумывал ночной звонок Вороны и не мог понять, почему она потревожила его так поздно. «Конечно, хорошо и правильно, что я в это ввязался. Пусть займет много времени, зато, может, получится вправить ей мозги – она ведь, в сущности, порядочная, искренняя девушка, только больная на всю ее прелестную головку. Если бы она не убивала саму себя и не относилась так безответственно ко всему на свете, возможно, могла бы стать кому-нибудь хорошей подругой, женой, а то и мамой… Только теперь, получается, она мой враг, что ли? На время этой игры. А что будет потом? Интересно, что за арбитра она нашла?»

В этот момент мысли Рейдена прервал звонок, а точнее вибрация, телефона. Он протянул к нему руку, да так и застыл на секунду – звук напомнил ему сон про цепочные качели и моментально нарисовал в воображении заснеженный лес, глубокие следы, путь неизвестно откуда и неизвестно куда. Телефон перестал звонить, но Рейден так и не посмотрел, кто звонил. Он боялся спугнуть свое воспоминание, хотел восстановить в памяти все до малейшей детали.

«Интересно, что мое подсознание хотело сообщить мне этим сном? Путь без начала и цели. Может, это о том, чем я занимаюсь – работа ради денег, но не ради удовольствия или творчества? Я запутался в рутине, как в паутине… Впрочем, почти любой может сказать о себе тоже самое. Качели – что это? Полет, птичий полет, невесомость, свобода… полет вороны! В моем сне точно была Ворона – она пыталась сбить меня с толку, каркала, мешала, раздражала. Она пыталась помешать мне и дальше плыть по течению, хотела растормошить меня, дать почувствовать это божественное ощущение свободного полета. Хотела показать собственным примером, что нет ничего важнее поиска себя, а я, получается, в жизни именно сегодня собираюсь начать бороться с той моделью поведения, которую она пропагандирует».

В этот момент телефон завибрировал снова, и Рейден снял трубку, чтобы вернуться от сна к реальности и поговорить с кем-то неважным. Так завертелся его очередной рабочий день, с десятками неважных звонивших и необязательных приходящих.

Ровно в 21:00 Рейден припарковался на углу 3-й Хорошевской улицы и Хорошевского шоссе. Он досадовал на себя за то, что опаздывает на встречу с Вороной и арбитром. Наверняка они уже там, а ему еще понадобится время на спуск. Рейден набрал Ворону. «Абонент не отвечает или временно недоступен, попробуйте перезвонить по…» – было ему ответом.

«Наверное, внизу не ловит телефон, придется спускаться и искать их без возможности созвона», – подумал он и вышел из машины.

Рейден был одет в заношенные джинсы, старую куртку неопределенного цвета, высокие шнурованные ботинки и… кислотно-оранжевую, отражающую свет жилетку, как у дорожных рабочих или дворников. На самые брови по-гастарбайтерски налезла ужасная серая шапка, а в руках молодой человек держал разводной ключ.

Оглядевшись по сторонам, Рейден подождал, пока пройдут прохожие, и проедет милицейская машина, а затем уверенным шагом направился к люку кабельного коллектора, выпирающему из земли на углу, где он припарковался.

«Хм, похоже, Вороны с арбитром еще нет! Ну, ничего, подожду их на объекте», – подумал сталкер в оранжевой жилетке.

Подцепив разводным ключом люк, похожий на канализационный, Рейден ухватился за него обеими руками, одетыми в рабочие перчатки с прорезиненным низом. Затем из его гортани вырвалось что-то напоминающее животное урчание – такой звук издают мужчины, когда прилагают недолговременное, но очень серьезное усилие. В этот раз Рейден сдвигал 80-килограммовую крышку люка. Эти чугунные круглые штуки обычно делают специально очень тяжелыми, чтобы они не могли быть сдвинуты даже при сильном автомобильном движении.

«Интересно, как это некоторые люди их коллекционируют? – подумал Рейден. – Наверное, не вылезают из спортзала, чтобы были силы воровать такие тяжести. Еще они иногда ради забавы гнут чугунные парковые скамейки. Грубая сила, лишенная вектора, обычно находит выход в поле разрушения». Сам Рейден, впрочем, тоже ходил на фитнес три раза в неделю, для поддержки формы. «С моими увлечениями иначе не получится», – объяснял он друзьям. Дело было, конечно, не только в этом – Рейдену нравилось выглядеть хорошо, иметь мужественную фигуру. Впрочем, сейчас все это было скрыто под просторной, уродливой, но теплой и неприметной одеждой – самой подходящей для диггеров и сталкеров – такой, которую не жалко испачкать, порвать или испортить.

Рейден оттащил тяжелую крышку и положил ее неподалеку. Не отбросил, а именно аккуратно сдвинул на такое расстояние, чтобы из люка можно было дотянуться до нее обеими руками и прикрыть за собой вход в подземелье. Причем так, чтобы выбраться потом снизу тоже было не трудно. В общем, эта крышка должна не лечь плотно обратно в свои пазы, но просто создавать видимость закрытого люка, а на самом деле свободно болтаться. Кстати, опытные сталкеры как раз по положению крышки люка понимают, есть уже кто-нибудь другой на объекте или нет. Именно так Рейден сообразил, что Ворона и арбитр еще не забросились – место залаза было нетронуто.

Он снова огляделся по сторонам, переместил маленький фонарик с шеи на лоб, включил его, а затем быстрым и ловким движением перемахнул обеими ногами с земли в зияющую дыру люка. Там была металлическая лестница для рабочих, обслуживающих коллектор. Похожая на пожарные – тоненькие, но прочные, которые висят по бокам жилых и офисных зданий и никогда не доходят до земли.

Рейден опустился на пару ступенек, прикрыл за собой люк и, освещая себе путь налобником, полез вниз. Он оказался в сухом, теплом, но темном помещении, напоминающем узкий длинный коридор в квартире сталинского дома. Единственное, потолок был очень низким, даже не таким, как в «хрущевках», – Рейдену приходилось пригибаться.

Он отошел немного от того места, откуда спустился, снял яркий светоотражающий жилет и свою неопределенного цвета теплую куртку. Остался в черной вязаной водолазке с высоким горлом – она ему шла. Убрал все ненужное в заплечный рюкзак, а потом бросил его на пол и уселся сверху. Потом вытащил сигареты и зажигалку из кармана своих протертых джинсов, спокойно с удовольствием закурил и огляделся.