Он пресытил меня горечью, или Так тоже можно жить - Татьяна Маркина

— Максим, дело не в этом. Просто мне с тобой не интересно.

— А у меня к тебе как раз очень интересный разговор. Но если ты так хочешь, поговорим здесь, на виду у всей школы. Но я не отпущу тебя, пока не скажу всё.

Максим перехватил её запястье другой рукой, он встал прямо напротив неё. Таня вновь услышала голоса детей, выбежавших за ворота школы. В соседней машине водитель, возможно, видит их борьбу через стекло «Волги». И вот-вот должна появиться Антонина. Нет необходимости вырываться и убегать у всей школы на глазах, достаточно того, что видел муж Слинковой. Чего ей бояться, это же смешно. Мальчик хочет объясниться в любви, что ж придётся его разочаровать.

— Ну, хорошо. Надеюсь, что этот разговор не затянется надолго, а то я терпеть не могу серьезных разговоров, — миролюбиво произнесла Таня.

— А это зависит от тебя.

Максим разжал свои пальцы, но не сразу отпустил руку, а подержал на своей ладони.

— Какие тонкие руки, как прутики, — сказал он и опустил свою руку.

Он обошёл машину, открыл переднюю дверцу. Таня прошла за ним, села в салон, дверца захлопнулась. Внутри было накурено, тепло и чисто. Она посмотрела на соседнюю машину, муж Слинковой сидел прямо и не смотрел в их сторону. Максим сел в машину, включил зажигание.

— Куда тебя подвезти? — спросил он.

— К «Чайке», — Таня назвала ближайший к дому магазин.

Когда они медленно выезжали на дорогу, Татьяна поймала любопытный взгляд Антонины Сергеевны, спешащей к своей машине.

— Это твоя машина? — спросила Таня. Ей хотелось немного разрядить обстановку. Она вела себя глупо, и теперь ей было досадно. Испугалась какого-то мальчишку, который решил завоевать её сердце, поразив автомобилем.

— Машина отца, у меня доверенность, — кратко ответил Максим.

Что и требовалось доказать.

— А ты всегда просишь у него разрешения покатать своих подружек?

— Нет, этой машиной он пользуется очень редко, — Максим совсем не смутился, — сам он ездит на служебной.

Максим не дал ей возможности продолжить разговор в том же легкомысленном русле, перейдя к делу:

— Так вот о чём я собираюсь с тобой поговорить. Хочу тебе вкратце объяснить ситуацию, в которой ты, да и Ольга оказались.

— Я лично оказалась в салоне этой машины, — Таня всё ещё досадовала.

— В нашем городе вы живете ещё недолго и поэтому многого, конечно, не знаете, — твердо продолжал он. — И не понимаете, как вам повезло, крупно повезло.

Максим сделал драматическую паузу. Таня подыграла ему:

— Мне не терпится узнать, в чем же моё счастье, которого я упорно не могу заметить, как ни стараюсь.

— Судьба сделала тебе щедрый подарок — ты будешь подругой человека, который пользуется большим авторитетом в нашем городе.

— Секретарь горкома что ли? — пошутила Таня.

— Почти угадала, — засмеялся Максим. А потом серьёзно продолжил, — ты, наверное, читала в газетах о казанских группировках. Такие организации существуют в каждом городе.

— Конечно, читала. Это же молодежные банды, которыми руководят криминальные элементы.

— Мне не очень нравится слово банда. Давай назовём это организацией. И твой покровитель — руководитель такой организации. Ему подчиняются молодёжные группировки одного из районов города, он обладает большой властью над ними, контролирует невидимую, но бурную деятельность района. Сама понимаешь, жизнь его сурова и он нуждается в утешении и ласке. В общем, ему нужна красивая нежная женщина, то есть — ты. Но и тебя отблагодарят. Ты не пожалеешь о таком подарке судьбы.

Это было похоже на дурацкую шутку.

— А ты и есть тот подарочек?

— Ты угадала, женщина, — открыв свой статус, Максим стал обращаться к ней снисходительно. — Ты очень сообразительна, как раз то, что надо.

— Благодарю, конечно, за оказанную честь, я, как любит выражаться Саша, «мощно рада». Но я вынуждена отказаться от столь лестного и выгодного предложения. Ты меня с кем-то спутал. Я не подхожу на роль подружки главаря местных хулиганов. Работа отнимает всё моё личное время, что не позволит уделять тебе должного внимания. А самое главное у меня есть кое-какие нравственные принципы, от которых я не хочу отступать, иначе я не смогу учить других.

— В тебе мне нравятся даже такие недостатки, как этот.

— Но тебе, Максим, нужна яркая молоденькая девушка, весёлая, сообразительная, как ты любишь. Такую ты, со своим влиянием в молодёжных кругах, найдёшь без труда. Да девицы сами к тебе прибегут, только помани пальчиком, — Таня подсластила пилюлю.

Но было понятно, что Максим и сам всё прекрасно это понимает, и так просто от своих намерений не откажется. И, действительно, в ответ она услышала:

— Да нужны мне эти соски, как… Дорого то, что дорого достаётся.

— Но мы с тобой такие разные. По-моему, это просто упрямство с твоей стороны. Я тебе не подхожу.

— Ладно, начнём сначала, — сказал Максим и свернул в ближайший переулок, и остановил машину за каким-то домом. Развернулся к ней. Теперь он смотрел не на дорогу, а ей в глаза.

— Я сам решаю, кто мне подходит, и я выбрал тебя. Ты — красивая, обаятельная, умная женщина, твои принципы вызывают уважение. Это ещё больше повысит мой авторитет.

— Но тогда я уже стану беспринципной.

— А что касается твоей работы — тебе самой станет легче работать со старшеклассниками, когда они узнают, кем ты стала.

— Чтобы я ещё вербовала тебе в банду ребят в школе! — возмутилась Таня. — Да ни за что на свете!

— Чтобы ты ещё вмешивалась в мои дела! Да ни за что на свете! — передразнил её Максим. — Мне нужна женщина, которая будет моей «визитной карточкой», моей королевой. Не лезть в мои дела. Ты будешь моей «отдушиной», праздником.

— Какая идиллия, просто именины сердца!

— Смейся сколько угодно, но так и будет.

— Но я не люблю тебя, Максим, — тихо произнесла Таня слова, которые были для неё самым главным аргументом. Она верила в любовь, в то, что все люди, чем бы они ни занимались в жизни, ищут любовь, жаждут найти сердце, которое бьется в унисон с твоим.

— Танюша, ты меня умиляешь. Кто тут говорит о любви? Мы с тобой не школьники, шепчущие признания любви между поцелуями в темных подъездах. Речь идёт о сделке. Ты даришь мне радости секса, делишь со мной досуг, а я дарю тебе своё покровительство. Я хочу тебя, и ты будешь моей девушкой, — Максим твердо отчеканил последнюю фразу, глядя на Татьяну. Его всегда ироничный взгляд стал холодным, колючим.