Слово - Веда Талагаева

- Я искал вас, ваше величество, - ответил Тирэно с легким поклоном.

- Что бы предложить помощь? - спросила царица с ноткой недоверия в голосе.

- Не только, - с обезоруживающей улыбкой признался старик и продолжал без улыбки, - Я хотел узнать о судьбе младшего из моих братьев - Западного Колдуна Каспиэна. Если, конечно, час не слишком поздний для этого.

- Нет, в самый раз, - вздохнула царица, отодвигая чашку с чаем на край стола, - Я и сама хотела с вами об этом поговорить.

Гром гремел все оглушительнее, шум дождя и вой ветра слышались все громче по мере того, как каменные ступеньки винтовой лестницы поднимались все выше на самый верх Третьей башни. Тирэно без видимых усилий преодолевал ступеньку за ступенькой, придерживая рукой полы своей длинной мантии. Царица шла впереди него и сама освещала путь, держа в поднятой руке фонарь. Шлейф ее синего платья шуршал по лестнице точно змеиный хвост, и старый чародей все время опасался, как бы не наступить на него впотьмах.

- Когда Каспиэн приехал в Ильрагадр, я уже знала о его предательстве из письма, написанного Тарилор, и мне пришлось сразу же заключить его в башню, - рассказала царица на ходу, - С ним обращаются, конечно же, хорошо, но боюсь, его ожидает суд Коллегии чародеев. Ведь он перешел на ту сторону, пусть даже не из идейных соображений, а ради личной выгоды.

- Он раскаялся? - довольно спокойным тоном, скорее с любопытством, чем с волнением спросил Тирэно.

- Трудно сказать. Он ведет себя как сумасшедший, - ответила царица, останавливаясь, чтобы передохнуть, - Невозможно понять, правда ли он повредился в рассудке от общения с темными силами или только притворяется.

- А Ульгит, моя племянница? - с большим сожалением спросил Колдун.

- Каспиэн приехал один. Он сказал, что его дочь исчезла, когда они вошли в дверь в Очарованном лесу в Ридэле. Должно быть, она сказала не тот пароль и попала в другое место, - царица поднялась еще на несколько ступеней и остановилась перед низенькой дубовой дверью, на которой скалили зубы резные драконы, - Возможно, он и об этом солгал. Каспиэн очень хитер.

Она сняла с цепочки, висящей на поясе, большой тяжелый ключ и отперла им дверь. За дверью показался длинный коридор, теряющийся в темноте. В конце него была еще одна дверь. Когда царица и чародей подошли к ней, царица сняла с цепочки ключ поменьше и открыла замок. За дверью была прямоугольная площадка с двумя дверями. Одна из них выходила на смотровую площадку башни, и в щель из-под нее на пол падали отсветы молний. Другая дверь вела в комнату, где содержали обратившегося Западного Колдуна. Царица сняла с цепочки третий, совсем маленький позолоченный ключик и склонилась к замочной скважине.

- Он не спит, - сказала она.

Из скважины пробивался свет.

- Его никто не сторожит? - удивился Тирэно.

- Стража на нижних этажах и на открытой площадке за той дверью. Они знают, что это я пришла, - ответила царица, поворачивая ключ в замке.

Дверь со скрипом отворилась, и царица с Тирэно оказались на пороге круглой комнаты с высоко расположенными окнами, забранными прочными решетками. Комната была довольно удобно обставлена. В ней была кровать с пологом, стол, два стула с мягкими сиденьями и изогнутыми подлокотниками, камин и книжная полка. На камине горели свечи.

- Здесь раньше всегда содержали изменников до суда, - сказала царица и первой вошла внутрь, - Здравствуй, Каспиэн, я знала, что ты не спишь.

Один из стульев был повернут к камину, в котором ярко горел огонь. На стуле сидел худой мужчина с крючковатым носом и острой черной бородкой. Завернувшись поверх длинной мантии в теплую душегрейку, он задумчиво смотрел на огонь.

- А, это ты, фея каменного замка, - сказал он, не оборачиваясь, - Когда меня отсюда выпустят?

- Еще не скоро, - ответила царица, - У меня много других дел. Посмотри, кто к тебе приехал издалека в такую погоду.

- Погода прекрасная, - строго изрек чародей, обернулся и с безразличием посмотрел на Тирэно, - Вроде бы это мой брат, а может, я его и не знаю. Вообще шли бы вы отсюда, с вами скучно. С госпожой моей Моиной было куда веселее. Та еще зараза.

- Так почти все время, - вздохнула царица, обращаясь к Тирэно, - Но бывают и просветления. Обычно утром, после завтрака.

- У меня хороший аппетит, - сообщил Каспиэн, - А вы мешаете мне размышлять о природе добра и зла.

- Далеко же тебя завели эти размышления, - не сдержав печального вздоха, заметил Тирэно, - Зайду-ка я к тебе после завтрака.

- Я тоже не могу понять, притворяется ли он. Каспиэн всегда уступал в искусстве колдовства мне и особенно Ютасу, но в хитрости преуспел. Он рассказал что-либо о Темной госпоже и ее планах? - спросил Тирэно, когда они с царицей спускались по лестнице обратно вниз.

- Немногое и весьма бессвязно, в основном то, что мы с Агенором и сами предполагали, - ответила царица и вздохнула, - Агенор! Как он нужен мне сейчас. Я лишена возможности узнавать напрямую о том, что происходит в Дивном Крае. Мое зеркало Алаоры больно зеленой мутью. И все другие зеркала, которыми владеют чародеи, тоже поражены этой болезнью. Думаю, это неспроста. Моина не хочет, чтобы я вновь увидела ее. Если бы я только могла знать, где она скрывается!

- Вы уверены, что это поможет вам? - спросил Тирэно.

- Я очень на это надеюсь, - сказала царица.

Они спустились из башни в галерею, ведущую во внутренние покои дворца. Коридоры, в которые они свернули, все еще были ярко освещены, и царица повесила фонарь на крючок в стене. Пройдя анфиладу пустых, богато отделанных комнат, чародей и царица оказались перед дверью в тронный зал. Здесь Северный Колдун остановился.

- Вряд ли, даже знай мы местонахождение Темной госпожи, мы могли бы захватить ее в плен или напасть на нее, - заметил Тирэно, - Но если вы непременно хотите узнать, где она, есть один способ, хотя довольно опасный.

- Еще опасней, чем зеркало Алаоры? - спросила царица с невольной дрожью в голосе.

- Да, ибо он требует очень многих внутренних усилий, - ответил Колдун, - У вас наверняка есть шар, в котором обитает химера. С его помощью можно увидеть так далеко, как ни одно зеркало не в состоянии разглядеть.

- В Тринадцатой башне, в лаборатории есть такой шар, - кивнула царица, - Я немного умею им пользоваться, но в основном для того, чтобы вызывать химеру.

- Завтра я помогу вам увидеть с помощью него нашего общего врага, - сказал Тирэно, - если за остаток ночи вы не передумаете.

На утро буря утихла. Ветер умчал тяжелые облака вместе с грозой на запад. Солнце глядело бледным желтым пятном с серого неба, и воздух был сыр и холоден, но дождь перестал, и туманные дали стали яснее и отчетливее видны. Из лаборатории в Тринадцатой башне на многие мили вокруг открывалась одетая в золотые цвета осени долина Ильрадана, темнеющие на западе синими холмами предгорья Сингурских гор и кромка Разнолесских пущ на северо-востоке. Створки окон были приоткрыты, и с ветром доносились снаружи звук и аромат осени - шелест и запах опадающей листвы. Войдя в квадратную комнатку наверху башни, Северный Колдун подошел к окну и залюбовался простершимся вокруг дворца и города пейзажем. Его глаза под мохнатыми белыми бровями были серьезны и задумчивы, их отуманила легкая дымка грусти и восхищения. Царица же сразу направилась к столу, уставленному склянками с эликсирами и зельями. На столе среди пробирок и колб находился предмет, накрытый синим газовым платком с вышитыми звездами, солнцами и полумесяцами. Царица сдернула платок с загадочного предмета, и на свету засверкал, переливаясь, хрустальный шар, рядом с которым стояла коробочка, вырезанная из кости.