Любовь и «каннибалы» - Норма Клейн

— В море. Я вернулся с флота всего лишь два года назад, чтобы принять дело своего отца.

— В каком вы чине?

— Старший унтер-офицер, мэм.

— Хм-м-м...— Она оценивала его — и как судья, и как женщина.— Бывала я в вашем баре несколько лет назад. У вас подавали отличный «баккарди».

Олаф усмехнулся.

— За это время он не стал хуже.

— Мистер Стивенсон, вы уверены, что сумеете уберечь своего брата от беды и сделать из него сознательного члена общества?

— Я... Я не знаю, но попытаюсь сделать все, что от меня зависит.

Друри забарабанила пальцами по столу...

— Можете сесть. Мисс Гайд, суд не уверен, что в данном случае можно обойтись без тюремного заключения.

— Ваша честь...

Друри жестом прервала Эйджи.

— Я не кончила. Оглашаю приговор: выпустить под залог в пять тысяч долларов.

Это вызвало протест представителя прокуратуры, но и его прервали тем же способом.

— Я приговариваю обвиняемого к тому, что мы называем предварительным административным надзором. Срок — два месяца.— Друри сложила руки.— Окончательное судебное решение будет вынесено через два месяца, начиная с сегодняшнего дня. Если за это время выяснится, что обвиняемый находится на пути к исправлению, имеет приносящую надежный доход работу, воздерживается от контактов с членами известной шайки «Каннибалы» и не совершает ничего преступного, суд согласится продлить срок административного надзора и вынести приговор об условном наказании.

— Ваша честь,— медленно проговорил Джарвис,— как суд узнает об образе жизни обвиняемого за эти два месяца и на каком основании будет выносить окончательный приговор?

— На основании того, что обвиняемый будет находиться под надзором сотрудника суда, который в течение двух месяцев станет осуществлять над ним опеку совместно с мистером Стивенсоном. Этот сотрудник будет еженедельно представлять мне письменный отчет о поведении мистера Кеннеди.— Губы Друри искривила усмешка.— Думаю, такое решение обрадует всех. Тюремное заключение, мистер Джарвис, не всегда исправляет преступника.

Эйджи очень захотелось показать Джарвису язык, но она сдержалась.

— Благодарю вас, ваша честь!

— Не за что, советник. Будете представлять мне ваш отчет каждую пятницу, в три часа дня.

— Мой...— Эйджи заморгала, побледнела и раскрыла рот от изумления.— Мой отчет? Ваша честь, вы ведь не имеете в виду, что именно я должна осуществлять надзор за мистером Кеннеди?

— Как раз это я и имею в виду, мисс Гайд.

Я верю, что только совместное влияние мужчины и женщины поможет вернуть мистера Кеннеди на правильный путь.

— Да, ваша честь, это верно. Но... Я ведь не социальный работник.

— Вы слуга общества, мисс Гайд. Вот и служите.— Она стукнула молотком.— Следующее дело!

Потеряв дар речи от такого неслыханного судебного решения, Эйджи поплелась к выходу.

— Поздравляю с победой! — прошептал ей на ухо невесть откуда взявшийся Джон.— Ну что, схлопотала?

— Как ей такое пришло в голову? Надо же было додуматься...

— Все знают, что она слегка с приветом! — Красный от злости, он взял Эйджи за локоть и вывел в холл.— Черта с два я позволю тебе быть нянькой у этого панка. Друри не может заставить тебя!

— Да нет, конечно, не может.— Она медленно пригладила волосы и слегка оттолкнула Джона.— Не дави на меня, дай подумать...

— И думать нечего! У тебя есть семья и своя собственная жизнь. О надзоре за Кеннеди не может быть и речи! И, чтоб ты знала, его братец тоже достаточно подозрительная личность. Мне совсем не улыбается защищать тебя от этих придурков. Чтобы ты была у них за старшую сестру? Не будет этого!

Как бы он ни сочувствовал ее трудностям, торопиться не следовало. Хоть она и согласилась, но еще не поздно отказаться. Однако...

— Джонни, тебе вовсе не придется следить за мной. Я могу выбрать себе в младшие братья кого угодно. А теперь вынь свой значок и пойди арестуй какого-нибудь безобидного бродягу...

Он вскипел так же мгновенно, как и она.

— Ты этого не сделаешь!

— Я сама решаю, что мне делать, а что нет. Иди отсюда!

Он взял Эйджи за подбородок прежде, чем она успела оттолкнуть его.

— Я еще не сошел с ума, и...

— Кажется, леди попросила вас уйти... Голос Олафа был нарочито спокоен, но это было спокойствие змеи перед броском. Джон повернул голову и в бешенстве уставился на него. Ему понадобилась вся его выдержка, чтобы сдержаться и не ударить первому.

— Не лезьте не в свое дело!

Олаф поплотнее уперся ногами в пол и принял стойку.

— А я считаю, что это как раз мое дело. Они напоминали двух псов, рычащих друг на друга перед тем, как вцепиться друг другу в глотку. Эйджи пришлось встать между ними.

— Прекратите сейчас же! Нашли где сцепиться — в здании суда! Стивенсон, какой пример вы подаете брату? Вы что, собираетесь перевоспитывать Майкла с помощью кулаков?

Он не обратил на нее внимания, но, продолжая в упор смотреть на Джона, вполголоса буркнул:

— Мне не нравится, когда женщины встревают в мужской разговор...

— Я сама могу постоять за себя.— Она повернулась к брату.— Если тебе нравится корчить из себя копа — ради Бога, это твое дело. Но здесь ты ведешь себя как сопливый школьник. Подумай об этом! Раз суд считает, что это единственно возможное решение, я обязана попытаться его выполнить.

— А, будь все проклято, Эйджи...— Олаф сделал шаг навстречу, но глаза Джона стали пустыми и холодными.— Слушай, приятель, если ты навлечешь на меня или мою сестру неприятности, увидишь свои зубы на тумбочке в стакане с водой!

— Сестру? — Недоумение Олафа сменилось досадой. Фамильное сходство было столь велико, что не заметить его мог только слепой. Такой необузданной красотой могли обладать лишь люди одной крови. Его гнев моментально улетучился. Это многое меняло. Он задумчиво посмотрел на Эйджи. Да, пожалуй, это меняло все.— Прошу прощения. Я не думал, что это дело семейное. Вы пёрли на нее и орали как сумасшедший...

У Джона задергались губы.

— Эйджи, ты должна выслушать меня!

Она вздохнула, потом взяла его за щеки и поцеловала.

— Разве я когда-нибудь отказывалась выслушать тебя? Иди, Джон. Поймай парочку-другую преступников. С кино сегодня ничего не получится...

Они часто спорили, но никогда не ссорились. До этого не доходило. Джон сменил тактику и пристально посмотрел на Олафа.

— Приглядывайте за ней, Стивенсон, и как следует. Потому что я в это время буду приглядывать за вами.

— Что ж, это справедливо. Приходите в бар в любое время, господин офицер. Первая выпивка — за счет заведения.