Любовь и «каннибалы» - Норма Клейн

Олаф терпел этот аврал минут двадцать, а потом не выдержал. Он велел Монти отправляться домой, а Майкла отослал спать. Еще немного, и он бы вышел из себя.

— Завтра у всех выходной!

— Как прикажешь, босс...— Надевая пальто, Монти подмигнул Эйджи.— Желаю приятно провести время!

Олаф взял бутылку из-под шампанского. На донышке еще что-то виднелось.

— Хочешь допить?

— Не могу больше, но выпью.— Она с трудом взгромоздилась на табурет, взяла пустой бокал и вызывающе поглядела на Олафа.— Наливай, морячок?

— С удовольствием.— Наполнив ее бокал, он отставил пустую бутылку.— Что бы я ни сказал, что бы ни сделал, я все равно останусь перед тобой в долгу.

— Перестань...

— Я хочу, чтобы ты знала, как я тебе благодарен. За все. Ты изменила всю мою жизнь.

— Я просто делала свою работу и следовала своим убеждениям. Разве за это нужно благодарить?

— Черт побери, Эйджи, дай мне объяснить, что я чувствую!

Из кухни вышел Майкл.

— Ну, братец, если это все, что ты способен из себя выдавить, то без посторонней помощи тебе не обойтись.

Олаф бросил на него убийственный взгляд.

— Пошел спать!

— Уже иду.— Он подошел к выключателю, хотел было погасить свет, но вдруг повернулся к ним.— Ну вы и парочка! Тяжелый случай! Послушайте человека, который знает все ваши слабости: пора кончать эти игры...— Он покачал головой, погасил свет и ушел.

— Что за чертовщина, о чем это он? — удивился Олаф.

— Не спрашивай. Слабости? Нет у меня никаких слабостей.

Олаф усмехнулся.

— У меня тоже.— Он обошел бар.— Зато есть хорошая музыка.

— Очень хорошая,— согласилась она, устремляясь в его объятия.

— Жарковатые были дела...

- Хм-м... Пожалуй.

— Я опять хочу напомнить тебе о своем предложении. Насчет переезда.

Эйджи закрыла глаза. Она ведь уже решила, что ответит "нет". Ей нужно или все, или ничего.

— Для этого еще не настало время...

—- Я придумал кое-что получше. Эйджи, дело в том... Я не хочу, чтобы ты переезжала.

— Ты...— Она оцепенела, а потом рванулась так, что он чуть не упал.— Вот это здорово!

— Я хочу...

— Плевать мне, чего ты хочешь! — Она снова бросилась к нему.— Ты уже все сказал. Я сделала для тебя все и стала не нужна!

— Я не...

— Замолчи, Стивенсон! Теперь буду говорить я!

— Разве тебя остановишь...— пробормотал он.

Она топнула ногой.

— Ну, мужик, ты неисправим. Ты из тех, кто все сметает на своем пути.— Она показала, как он это делает.— Что, нечего ответить?

— Да ты не даешь мне слова сказать,— защищался он.

— Это неважно.— Глядя ему в лицо, она уперлась руками в бока.— Значит, ты уже не хочешь, чтобы я переезжала. Прекрасно! Тем более что я и не собиралась соглашаться. Ни под каким видом!

— Отлично.— Он подошел к ней вплотную, нагнулся и заглянул в глаза.— Потому что я имел в виду совсем другое. Мне недостаточно, если ты перевезешь сюда свои пожитки. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

— А если ты думаешь... О Господи...— Она качнулась назад, потом вперед и уперлась ему в грудь, чтобы не упасть.— Я должна сесть.

— Так садись.— Он обнял ее за талию и посадил прямо на стойку бара.— А теперь слушай. Мы никогда не говорили о том, чтобы узаконить наши отношения. Ты не хотела этого и я тоже. Но сейчас для нас начинается новая жизнь, Эйджи, и у нее совсем другие правила.

— Олаф, я...

— Нет. Не сбивай меня, а то я запутаюсь.— Она была сейчас так хороша, что было бы чертовски глупо терять время на долгие разговоры.— Я обдумал все. У тебя были свои планы, и это правильно.— Он изо всех сил стиснул ее руку. Я не собирался влюбляться в тебя, но раз уж так вышло, что делать?

— Я тоже,— прошептала она, но он продолжал гнуть свое:

— Может, ты думаешь, что тебе у нас негде жить...— Он снова сжал ее пальцы и не обратил внимания на слабый вскрик.— Что ты сказала?

— Я сказала: "Я тоже".

— "Я тоже" что?

— Ты сказал: "Я не собирался влюбляться в тебя", а я ответила: "Я тоже".— Она глубоко и протяжно вздохнула, когда Олаф ослабил свою железную хватку.— Но раз уж так вышло, что делать...

— Так, значит, "да"?

— Да! — Сидя на стойке бара, Эйджи обвила руками шею Олафа и прижалась к нему. Забавно, подумала она. Оказывается, оба они боялись того же.— Ты победил меня, Стивенсон. Я хотела отказаться, потому что слишком люблю тебя и не могла согласиться на часть, когда ты нужен мне целиком. Я думала об этом днями напролет.

— Неделями,— поправил он и потянулся к ней.— Я хотел дать тебе подумать, но не могу больше ждать. Сегодня вечером я сказал Донатасу, что хочу сделать тебе предложение.

Не зная, плакать ей или смеяться, она откинулась назад.

— Не может быть!

— Ну, сначала мы выпили с ним водки, а потом все как-то вышло само собой. Он сказал, что хочет побольше внуков. Тех, которые есть, ему мало.

У нее защемило сердце:

— Ну что ж, окажем ему эту услугу.

Он почувствовал, как в груди его что-то екнуло, а потом пришло восхитительное чувство полной свободы.

— Без обмана?

Вот и все, подумала она, вглядываясь в его глаза. Начинается игра по новым правилам.

И впереди целая жизнь для того, чтобы их освоить.

— Без обмана. Я хочу за тебя замуж. Я хочу от тебя детей. Вот тебе мой ответ.

Он сжал ее в объятиях.

— Ты моя мечта. Но я не ожидал, что она станет явью.

— Ты тоже моя мечта,— прошептала она. Склоняясь к его губам, она ощутила комок в горле. Это приближались слезы.— Слушай, Стивенсон, мы ведь не собираемся разводить здесь сырость?

— Кто? Мы? — Он улыбнулся, когда она соскользнула с бара прямо в его объятия.— Ни в коем случае!

Эпилог

Да, видимо, в самое ближайшее время не станет ни Эйджи Гайд, ни Эгле Гидите. Но зато появится миссис Стивенсон.

А в свадебное путешествие чета Стивенсонов отправится в Европу. В мою Литву и в его Швецию. И, конечно же, на нашей яхте. Мы купим ее, чего бы нам это ни стоило. О таком паломничестве можно только мечтать! Да ради одного этого стоит проститься со свободой и выйти замуж. А ведь я к тому же еще и очень люблю его.