«Кухня» НКВД - Николай Семенович Черушев

усилили недоверие к нему со стороны красноармейцев и краснофлотцев. Понес потери и высший состав РККА. Если в 1936 г. эти потери исчислялись единицами, то в 1937 г. они насчитывали десятки и сотни. Например, в 1936 г. из высшего комначсостава были арестованы комкоры В.К. Путна, В.М. Примаков, С.А. Туровский, комдивы Ю.В. Саблин, Д.А. Шмидт, комбриги Э.Г. Матсон-Игнеус, М.О. Зюк, бригадные комиссары К.И. Бочаров, М.С. Годес, Л.О. Леонидов. Первые двое иэ этого списка были включены в состав группы командиров, судимых совместно с М.Н. Тухачевским в июне 1937 г.

Командиры и политработники РККА честно и добросовестно тянули свою служебную лямку, а на них в это время в ведомстве Ежова добывали «показания». Добывали, как теперь известно, незаконными способами. В частности, В.М. Примаков, арестованный 14 августа 1936 г., не давал «признательных» показаний почти год, но потом и его сломали. Вот какие показания он давал в отношении И.Н. Дубового, в то время командующего войсками Харьковского военного округа, командарма 2-го ранга:

«Считаю необходимым сообщить следствию о Дубовом И.Н. нижеследующее:

1. В 1933 году вместе с Дубовым И.Н. я учился в Германской академии генерального штаба. Во время неоднократных с ним разговоров я твердо установил, что Дубовой настроен вполне контрреволюционно в отношении хозяйственной политики партии и в отношении руководства Красной армии.

а) В одном из разговоров в начале 1933 года я рассказывал Дубовому о борьбе с кулацким саботажем на севрном Кавказе. Дубовой с большой горячностью в ответ рассказал мне о разгроме кулаков на Украине, результатом чего, по его словам, явилось полное разорение деревни и уничтожение скота. В этом же разговоре он повторил мне кулацкие слухи о людоедстве в Одесской и Таврической областях и высказался вполне определенно, что с коллективизацией мы на полдесятка лет останемся без хлеба: “нет хозяина на селе – нет и хлеба”.

б) Весною в Берлин приехал начальник пуокра (политического управления округа. – Н.Ч.) Амелин (для лечения), который немедленно связался с Дубовым и передал ему свежие новости из Украины. Я наблюдал большую личную дружескую близость Амелина с Дубовым и присутствовал при разговоре, когда Амелин рассказывал Дубовому о голоде в украинских селах. В этом разговоре Амелин в ответ на мои слова, что на Северном Кавказе все-таки путем переселения из России удается поправить станицы, ответил: “Да на Украине не только села, но и все местечки разорены и народ из них бежит кто куда. Еще в села можно переселить людей, как и в станицы – хлеборобцы найдутся, в местечках там ремесленники, их не заменишь”. Дубовой сказал: “Ты же не хуже нас знаешь Украину – так я тебе скажу, и в селах пусто, а в местечках еще хуже – все запустело. И когда поправится и каким путем – не видать, потому что без хозяина на селе не будет ладу”. Этот вполне правооппортунистический кулацкий разговор возобновлялся несколько раз и убедил меня, что Дубовой, во-первых, очень близок с Амелиным и очень верит его информации, во-вторых, настроен вполне как кулак.

в) Летом во время полевой поездки в южной Германии я сфотографировал Дубового в пшенице на Дунае – пшеница была выше его роста и по этому поводу он сказал: “У нас на Украине и земля лучше, и климат лучше – а такой пшеницы не бывает. Для такой пшеницы хозяин нужен“. Я сказал: “Колхозы вырастят”. Он немедленно ответил: “Нет, брат, это только хозяин вырастит, а в колхозах семеро нянек, а хозяина нет”.

В Берлине Дубовой жил на одной квартире с Урицким С.П. (начальником разведывательного управления), с которым он связан личной тесной дружбой. С ними обоими часто бывал в его бытность в Берлине и Амелин. Через них также нашу группу учившихся в академии разыскал и на их квартире сделал нам сообщение о новых назначениях по РККА и о прочих делах военный атташе в Париже Венцов.

В Берлине Дубовой был также тесно связан с Якиром, который был там зимою 1933 года, и с Левичевым, который был там военным атташе.

2. Дубовой И.Н. неоднократно на протяжении 1930–1936 гг. в разговорах со мною враждебно и презрительно говорил о тов. Ворошилове как о человеке, который ничем не занимается, кроме стрелкового дела, и отстает от военной техники. В разговорах со мною и другими военными систематически, особенно на пленумах РВС СССР, противопоставлял тов. Ворошилову Якира, что было нашей троцкистской линией.

Мне хорошо известна личная многолетняя большая близость Дубового с Якиром, Гамарником, Левичевым, которых я знаю как заговорщиков, и это дополнительно убеждает меня, что Дубовой является законспирированным участником заговора.

3. В Киеве весною 1935 года на квартире Дубового в разговоре с ним и его женой я убедился в их националистических настроениях и связях. В частности, жена Дубового (работница Государственного издательства Украины) и он сам настойчиво противопоставляли Хвылю тов(арищу) Затонскому…

На основании всего этого считаю Дубового участником заговора.

В. Примаков»[17].

А теперь пора более подробно познакомиться с биографией этого военачальника, т. е. И.Н. Дубового.

БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА

Дубовой Иван Наумович. Украинец. Член ВКП(б) с июня 1917 г. Родился в сентябре 1896 г. на хуторе Чмыровка Чигиринского уезда Киевской губернии в крестьянской семье. Окончив в 1916 г. реальное училище в г. Славянске, поступил в Киевский коммерческий институт. Однако учиться долго не пришлось: в конце октября 1916 г. был призван в армию. После непродолжительного пребывания в учебном батальоне в Нижнем Новгороде, в ноябре 1916 г. был направлен на учебу в Иркутское военное училище, ускоренный курс которого окончил четыре месяца спустя. Дальнейшую службу прапорщик И.Н. Дубовой проходил в 30 – м Сибирском запасном стрелковом полку, дислоцированном в г. Красноярске, в должности младшего офицера учебной команды. После Февральской революции 1917 г. принимал активное участие в формировании и обучении красногвардейских отрядов. Участник подавления выступления юнкеров в Иркутске в декабре 1917 г.

После Октябрьской революции 1917 г. и демобилизации старой армии возвратился в Донбасс. С февраля 1918 г. – командир отряда Красной гвардии в Бахмуте, военный комиссар Новомакеевского района, комендант Центрального штаба Красной гвардии Донбасса. Участник обороны Царицына в 1918–1919 гг. в должности помощника начальника оперативного отдела штаба Северо-Кавказского военного округа, начальника оперативного отдела и заместителя начальника штаба 10-й армии (армией командовал К.Е. Ворошилов). С февраля по апрель 1919 г. – начальник штаба группы войск Киевского направления, с апреля 1919 г. – начальник штаба 1-й Украинской советской армии. С мая по июнь 1919 г. – командующий этой армией. С августа 1919 г. – начальник 44-й стрелковой дивизии, которая под его командованием в составе 12-й армии отличилась в боях с войсками Петлюры, Деникина, Польши.

После Гражданской войны И.Н. Дубовой продолжал (до 1924 г.) командовать 44-й стрелковой дивизией. С июня 1924 г. –