Глиняные голубки (Третья книга стихов) - Михаил Кузмин

Счастье иль горе?

II ГЛАВА

КОРФУ

1

Взорам пир - привольный остров в море.

О, леса, зеленые леса!

Моря гладь с лазурью неба в споре,

Что синей: волна иль небеса?

Что белей: наш парус или чайка?

Что алей, чем алых маков плащ?

Сколько звезд на небе, сосчитай-ка,

Столько струй родник стремит из чащ.

По горам камней ряды сереют,

По камням сверкает светлый ключ.

В облаках зари румяна рдеют,

Из-за туч широк прощальный луч.

О Корфу, цветущая пустыня,

Я схожу на твой счастливый брег!

Вечер тих, как Божья благостыня,

Кроток дух, исполнен тихих нег.

2

О вольные сыны беспечности суровой,

Насколько вы милей, чем дети городов!

Дремотный дух навей, дубравы кров дубовый,

Голконду бы отдать за горы я готов!

Горды вы и просты, но нет средь вас обмана,

Улыбка ваших жен открыта и чиста.

Кто злобой поражен, кого сочится рана,

Пусть радостно спешит в священные места.

О вольные орлы, друзья моей тревоги,

Парите выше скал и выше облаков,

Ах, долго я искал заоблачной дороги,

Куда бы мог бежать темницы и оков.

Счастливые края, счастливые селенья,

Целительный бальзам мне в сердце пролился,

Я горным высотам предам свои волненья,

Я вольной простоте с весельем предался.

3

Легче птицы, легче стрел

Горный танец, быстр и смел,

Кончен круг, и вновь сначала

Тучкой вьется покрывало.

Гнися вниз, как нарцисс,

О Фотис, Фотис, Фотис!

Слышишь скрипок жгучий звук?

Видишь кольца смуглых рук?

Поспешай, приспело время

Бросить в пляску злое бремя!

Не стройней кипарис,

О Фотис, Фотис, Фотис!

Завевай и развевай

Хоровод наш, милый май.

Не хочу я знать, не знаю,

Где конец настанет маю.

Локон твой как повис,

О Фотис, Фотис, Фотис!

Белой павой дева ступит,

Кто ее казною купит?

Пролетает, улетает,

Точно тучка в небе, тает.

Белый рис - крылья риз,

О Фотис, Фотис, Фотис!

4

О Фотис, скажи, какою силой

Ты мой взор усталый привлекла

И землей живою нарекла,

Что считал я мертвою могилой?

Кто тебя в унылости немилой

Мне послал, весеннего посла?

Как цветок цветет на дне долины,

Ты росла в кругу своих подруг,

И далек любовный был недуг,

Как весной ручья далеки льдины.

Ах, не знать тебе бы той кручины

И не звать к себе напрасных мук!

Ты смогла невинностью стыдливой

Победить блистательных цариц.

О, стрела опущенных ресниц,

Ты сильней, чем взгляд любви счастливой.

Так сверкнет средь ночи молчаливой

Белый блеск трепещущих зарниц.

Но, кропя меня водой живою,

Ты сама, Фотис, уже не та:

Ты - чиста, как прежде, и свята,

Но навек уж лишена покою,

И теперь я знаю, хоть и скрою,

Что во сне твердят твои уста.

5

Сестры, о сестры! судьба злая,

Спрячусь куда я твоих стрел?

Горя не чая, к нему шла я,

Срок жгучей страсти меж тем зрел.

Я потеряла покой ночи,

Я потеряла покой дней,

Дома скрываться уж нет мочи,

Страстью гонимой, судьбы злей.

Выйду на площадь, скажу сестрам

(Пусть подивятся, подняв бровь!),

Как пронзена я мечом острым,

Яда лютее моя кровь!

Милое имя, язык странный,

Лепет невнятный - твоя речь.

Голос твой звонкий - призыв бранный,

Светлые взоры - любви меч!

О, я сгораю, где тень рощи?

Где ты, прозрачный лесной ключ?

Пение птиц мне бичей жестче,

Как беспощаден дневной луч!

6

Не ты ли приходила

Под тень чинар?

Всех сил сильнее сила

Полночных чар.

Травой росистой скрыты

Твои следы,

Бледны твои ланиты,

Боясь беды.

Стоит мой конь ретивый,

Не бьет, не ржет,

Струю стремит ленивый

Поток вперед.

Никто нам не помеха,

Отбрось твой страх.

Ни шепота, ни смеха

В густых кустах...

Уста мои застыли,

Застыла кровь.

Чу, шорох, ах, не ты ли,

Моя любовь?..

7

Она говорила: "Любима другим,

Его не люблю я, - давай бежим.

Мне жалко покинуть родные поля,

Но все мне заменит любовь твоя".

Она говорила: "Ах, в доме твоем

Мы новое счастье, мой друг, найдем.

Нас там не настигнет ревнивца рука,

Нас там не догонит печаль-тоска".

Она говорила: "В пирушке друзей

Ты хвастаться можешь красою моей.

А если разлюбишь и лучше найдешь,

То горю поможет мой острый нож".

Она говорила: "В закрытую дверь

Других не пущу я, поверь, поверь.

Могу я быть верной, могу умереть,

Но я не умею расставить сеть".

Она говорила: "Не вижу других,

Мне солнце не светит без глаз твоих.

Без глаз твоих, милый, мне нету тепла,

Навеки с тобою судьба свела".

8

Опять "прощай", опять иду,

Когда ж покой и мир найду?

Но не клоню я взоров вниз,

Со мной она, со мной Фотис.

Ну, кормщик, снасти подбирай,

Прощай, Корфу, веселый рай!

Шуми, волна, домой, домой!

Мне песню прежнюю запой!

И всплески весел говорят:

"Церквей опять увидишь ряд,

Старинный дом, большой канал,

Чего нигде не забывал".

Отчизна та ж, но я не тот,

Уж не боюсь пустых невзгод.

Я снова молод, снова смел

И не страшусь коварных стрел,

Любовь, любовь меня спасла

И целым к счастью привела.

III ГЛАВА

ОПЯТЬ ВЕНЕЦИЯ

1

Лишь здесь душой могу согреться я,

Здесь пристань жизни кочевой:

Приветствую тебя, Венеция,

Опять я твой, надолго твой!

Забыть услады края жаркого

Душе признательной легко ль?

Но ты, о колокольня Маркова,

Залечишь скоро злую боль!

Пройдут, как тени, дни страдания,

Взлетит, как сокол, новый день!

Целую вас, родные здания,

Простор лагун, каналов тень.

Вот дом и герб мой: над лужайкою

Вознесся темный кипарис,

Сегодня полною хозяйкою

Войдет в тот дом моя Фотис.

Привыкнет робою тяжелою

Смирять походки вольный бег.

Влекомы траурной гондолою,

Забудем ночью дальний брег.

Как воздух полн морскими травами!

Луна взошла на свой зенит,

А даль старинными октавами,

Что Тассо пел еще, звенит.

Когда ж, от ласк устал, я падаю

И сон махнет тебе крылом,

Зачем будить нас серенадою,

Зачем нам помнить о былом?

Здесь каждый день нам будет праздником,

Печаль отгоним рядом шлюз,

С амуром, радостным проказником,

Тройной мы заключим союз!

2

Зачем в тот вечер роковой

Вдвоем с тобой мы не остались?

Зачем с покоем мы расстались,

Какой несчастною судьбой?

Зачем "Севильский брадобрей"

На пестрой значился афише,

А голос несся выше, выше

Под вопли буйных галерей?

Зачем спокойна и одна

Она явилась рядом в ложе,

И что шепнуло мне, о Боже:

Взгляни налево, вот она!

Как прежде, смотрят очи вниз,

Бросая сладостные тени,

Но нет: глаза мои на сцене,

А сердце там, где ты, Фотис!

Принес цирульник фонари,

И ловкий брак уже улажен,

Соседки вид - печально важен.

Будь верен, глаз мой, не смотри!

Зачем толпы живой поток

Опять нам бросил случай встречи?

Она на мраморные плечи

Небрежно кинула платок.

Движенья те же и новы.

- Фотис! Фотис, я твой навеки!

Тяжелые поднявши веки,

Другая шепчет: "Это - Вы?"

3

Опять, как встарь, открыта дверь балконная

Опять, как встарь...

Вино желто в бокалах, что янтарь,

А ночь струит мне волны благовонные,

Опять, как встарь.

Во мгле ночной медлительно приблизилась

Во мгле ночной,

Гондолы тень с расшитой пеленой;

Грифона пасть у носа смутно виделась

Во мгле ночной.

Она сошла, одета в платье черное,

Она сошла

В условный дом, откуда вымпела

Судов видны; с решимостью упорною

Она сошла.

Я долго ждал за темною решеткою,

Я долго ждал,

Смотря без дум на дремлющий канал,

Встревоженный одною вашей лодкою,

Я долго ждал.

Но вот шаги... дверь тихо растворилася,

Но вот шаги...

Любовь, любовь! еще раз помоги,

Чтоб сердце так в груди моей не билося!

4

Цепь былую ныне рву я,

Не порвал ли уж вчера?

И, свободу торжествуя,

Лишь с Фотис одной пируя,

Проведу все вечера!

Я ль, как мальчик, ждал свиданья?

Но любовь меня спасла.

Та, которой робко дань я

Прежде нес, сама признанья

Запоздалые несла.

Я не дрогнул, я не сдался,

Пусть стучала кровь в висках!

Я свободен, не остался

В ваших сладостных тисках.

Как мертвец из смертной сени,

Как больной восстав с одра,

Я бегу обнять колени,

Вылить слезы, вылить пени

На груди, что так мудра.

Не вздохнула, не спросила:

"Что с тобой?" - моя Фотис,

Но целительная сила

Так любовно пригласила:

"Не клонись главою вниз".

5

Не зная вас, вам шлю письмо.