Изумрудный Лотос - Джон Хокинг

Поймав пристальный взгляд варвара, чародей отвернулся и будто стыдливо, утер рот бархатным рукавом.

— Ты должен учиться сдержанности, — бросил он Галбанду. — Этот человек — ценный инструмент. А если мы будем относиться к своим инструментам бережно, то и они будут служить нам хорошо.

Чернокожий повернулся снова к Конану, вытащил из складок одежды носовой платок и заботливо вытер окровавленное плечо киммерийца. Аккуратно сворачивая платок и пряча обратно в карман, колдун внимательно рассматривал варвара, глядя сверху вниз. Его темные глаза пытались заглянуть в душу северянина.

— Я Шакар из Кешана, — сказал он, наконец. — Ты слышал про меня?

— Нет, но я думал, что тот, кто хочет стать придворным короля Самуаби, должен выглядеть по-другому. Что ты сделал со мной?

— Не плохое остроумие для неотесанного дикаря. Я всего лишь разбил стеклянный шар о твою грудь. Шар был заполнен слабым раствором Черного Лотоса. Его пары вводят человека в бессознательное состояние, но не причиняют длительного вреда. Всего лишь чувство легкого головокружения и тошнота на какое-то время. Все же, я надеюсь, что это не причинит особого беспокойства в твоей миссии сегодня вечером.

Конан сплюнул под ноги Шакара.

— Заставь комнатную собачонку исполнять свои поручения, — кивнул он в сторону Галбанда, — а я тебе не слуга.

Колдун рассеянно кивнул, сложил ладони вместе и отклонился от заключенного. Он зашагал возле мебели, расставленной у одной из мраморных стен.

— Жрецы Кешьи не испытывали ко мне симпатию, произнес он глубокомысленно. — Они пытались всячески осложнить мне жизнь. Но прежде чем покинуть город, я прихватил у них много полезных знаний, а так же несколько драгоценных предметов, нужных для жизни за пределами Кешана. Стеклянный шар — одна из этих вещей, но далеко не последняя.

— А вот и другая, — Шакар достал что-то из комода и поднес к глазам Конана.

Несколько медных амулетов, размером и формой походившей на куриное яйцо, свисали на тонких золотых шнурах. Бока каждого, покрывала черная руническая вязь. Быстрым движением, Шакар набросил странный кулон на шею киммерийца.

Черный колдун, наклонясь вперед, оттянул длинные волосы варвара, давая шнурку возможность плотно охватить его плоть.

— Вот так, — бормотал он. — Вот так.

Кешанец любовно погладил амулет. При этом глаза его сузились, и он, закусив губу, стал всматриваться в лицо Конана.

— Спеши, Вакаллар-Фтан, — его голос стал походить на шелест сухих листьев.

Ожерелье плотнее сомкнулось вокруг шеи северянина. Холод металла стал проникать под кожу варвара. Конан ощутил неприятную пустоту в горле. Дрожь ужаса, против его воли, пробежала по спине.

Шакар выпрямился и довольно усмехнулся. Второй амулет покачивался в его руке.

— Теперь ты сделаешь все, что я потребую. Сделаешь бесплатно, потому что залогом будет твоя жизнь. Нынешней ночью ты попадешь в покои Зеландры, убьешь ее и выкрадешь серебряную шкатулку. И помни, ты должен вернуться с восходом солнца, иначе эта штука уничтожит тебя.

Подвешенный амулет раскачивался все сильнее и сильнее.

— Спеши, Вакаллар-Нектос, — голос чародея в зеленых одеждах затихал, переходя в свистящий шепот.

Тем временем, адский амулет начал раскаляться. С него посыпался град искр. Наконец, он вспыхнул ослепительным белым пламенем. Волна раскаленного воздуха обдала лицо Конана. Киммериец зажмурился от невыносимого света.

Через мгновение, амулет сорвался со шнурка и упал на пол. Из мраморных трещин повалил едкий дым. Брызги раскаленного металла вгрызались в прочный камень, оставляя на поверхности заметные выемки.

С губ Шакара сорвался смешок.

— О, Дамбаллах! Прекрасный способ умереть! Повторяю, если не вернешься до восхода, то станешь горсткой пепла. И не пытайся снять с себя ожерелье, амулет тут же вспыхнет, и ты превратишься в прах. Если же угодишь мне, я, может быть, сохраню твою жалкую жизнь, — в голосе колдуна звучал безумный восторг.

— Можешь его освободить, — приказал Шакар телохранителю, стоящему в своем углу. — Он теперь не опасней робкого ягненка.

— Но, хозяин? — Галбанд явно колебался.

— Выполняй, дурак! — зашипел чародей в приступе внезапной ярости, и воин тут же заспешил к северянину.

Через пару мгновений варвар был освобожден из стального плена. Он поднялся со стула и принялся растирать затекшие члены. Там, где металл впивался в его плоть, остались широкие красные полосы.

— Знаешь улицу Семи Роз? — обратился к киммерийцу черный колдун.

Конан кратко кивнул.

— Там хранят бочонки вина из Кироса.

— Не совсем. То — складской район. Особняк Зеландры находится в противоположном конце улицы, вдали от складов. Там стоят респектабельные дома и часто ходят патрули городской охраны.

— Там еще очень высокая гладкая стена, — вставил Галбанд холодно.

Конан смерил телохранителя испепеляющим взглядом.

— Я хочу обратно свой меч, — сказал он.

— Конечно. Разумеется, — Шакар согласно закивал. — Принеси гостю его меч, Галбанд.

На короткий миг воин замялся, но потом быстрым шагом покинул комнату, не смея перечить хозяину.

— Ты хочешь изучить карту снова? — спросил чернокожий маг Конана.

— Нет. Дай мне слово, что если я принесу тебе шкатулку, ты снимешь эту штуковину, — варвар коснулся амулета, который обвивал его шею как спящая змея.

— Я клянусь в этом. Но если случиться так, что женщина останется жива, то я буду сильно разочарован и тогда…

Киммериец показал зубы в безрадостной усмешке.

— Я все слышал и понял достаточно хорошо.

— Вот это другое дело, мой варварский друг, совсем другое дело. Кстати, может, ты слышал о шемите по имени Элдред Торговец? — Шакар пристально наблюдал за реакцией Конана и был явно раздосадован его ответом.

— Нет, — пожал плечами северянин, — имя мне ни о чем не говорит. Наверное, кто-нибудь из твоих конкурентов за теплое местечко у трона короля?

— Ладно, — процедил колдун, — это тебя не касается.

В тот момент возвратился Галбанд, неся ножны с мечом Конана.

Он нарочито небрежно перебросил их киммерийцу и скрипнул зубами, когда варвар, шутя, поймал в воздухе тяжелое оружие.

На ходу, прикрепляя меч к поясному ремню, Конан направился к выходу и открыл, окованные бронзой двери.

— Помни про амулет. Не смей подводить меня, — бросил ему в след Шакар, но варвар уже переступил порог негостеприимного дома и скрылся в ночной мгле.

Глава 5

Большой фургон громыхал по улице Семи Роз в темноте безлунной ночи. Колеса жалобно скрипели, подскакивая на булыжной мостовой. Равновесие удерживали две огромные деревянные бочки. Возница попридержал лошадь возле одного из домов и огляделся. Впереди возвышалась гладкая стена, заметно выше остальных. Еще раз, посмотрев вокруг и убедившись, что переулок пуст, мужчина направил повозку ближе к ее основанию.