Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

пол. Тело упало с глухим стуком. Все испугались; даже Керис, не особо верившая в мир духов, поймала себя на том, что нервно вглядывается в темные углы церкви. Мерфин счистил землю с крышки гроба, а Томас принес железный лом. Аббатиса держала над могилой два подсвечника. В гробу лежало еще одно завернутое тело. Заметно дрожащим голосом Лэнгли произнес:

— Как странно!

— Давайте подумаем, — спокойно, выдержанно предложил Фитцджеральд, но Керис, так хорошо его знавшая, поняла, что эта выдержка стоит ему больших усилий. — Кто может находиться в гробу? Посмотрим.

Зодчий нагнулся к савану и разорвал его по шву над головой. Тело покоилось уже неделю, от него исходил тяжелый дух, но в холодной земле под нетопленой церковью оно не успело разложиться. Даже в неверном свете у настоятельницы не возникло сомнений по поводу личности умершего: светло-пепельные волосы.

— Савл Белая Голова, — прошептал Томас.

— В своем гробу, — заметил Мерфин.

— Тогда кто второй? — спросила Керис.

Мастер накрыл саваном светлую голову Савла и вернул на место крышку гроба. Монахиня встала на колени возле другого тела. Она нередко имела дело с трупами, но ей еще не приходилось вытаскивать их из могил и руки ее дрожали. Все-таки настоятельница разорвала саван и открыла лицо. К ее ужасу, на нее уставились открытые глаза. Целительница заставила себя закрыть покойнику веки. Это был крупный молодой незнакомый монах. Томас приподнялся на цыпочки, выглянул из могилы и кивнул:

— Брат Джонкил. Он умер на следующий день после аббата Савла.

Керис поинтересовалась:

— А его похоронили?..

— На кладбище… как мы все считали.

— В гробу?

— Да.

— А он здесь.

— Гроб мне показался тогда тяжелым, — вспомнил Томас. — Я помогал его нести…

Мерфин высказал догадку:

— Все понятно. Джонкила положили здесь в церкви, в гробу, до похорон. Пока монахи обедали, Годвин с Филемоном открыли гроб, вынули тело, раскопали могилу Савла, сбросили Джонкила на гроб настоятеля, снова закопали могилу, положили соборные драгоценности в гроб Джонкила и закрыли его.

Лэнгли схватился за голову:

— Значит, нужно раскопать могилу Джонкнла.

Керис посмотрела на темное окно:

— Придется ждать до утра.

Мужчины долго молчали, потом Томас предложил:

— Давайте уж закончим.

Монахиня сходила на кухню, подхватила два полена, подожгла их в огне и вернулась в церковь. Раздался крик Годвина:

— И обрезал виноград на земле, и бросил в великое точило гнева Божия. И истоптаны ягоды в точиле за городом, и потекла кровь из точила даже до узд конских.

Целительница содрогнулась от этих слов из Откровения Иоанна Богослова, но попыталась отвлечься. При красноватом свете огня от поленьев они быстро двинулись к кладбищу. Когда аббатиса перестала видеть фреску и слышать чумного, ей стало легче. Мужчины быстро нашли надгробный камень Джонкила и принялись копать. Томас с Мерфином уже выкопали две могилы для послушников и раскопали могилу Савла. С обеда это была их четвертая. Зодчий устал, монах весь взмок, но оба упорно трудились. Медленно яма становилась глубже, а холмики земли по обеим сторонам росли. Наконец раздался стук лопаты о дерево.

Керис передала Мерфину лом и с поленьями встала на колени возле могилы. Фитцджеральд вскрыл крышку гроба и выложил ее на землю. Вместо тела в гробу оказались плотно упакованные тюки и ящички. Мастер открыл кожаный мешок, вытащил распятие, украшенное драгоценными камнями, и устало сказал:

— Аллилуйя.

Томас вскрыл один из ящичков: плотные ряды пергаментных свитков, как рыбы в коробе, — хартии. У настоятельницы словно гора с плеч свалилась. Монах запустил руку в другой мешок, вытащил череп и, испуганно вскрикнув, выронил его.

— Святой Адольф, — догадался Мерфин. — Паломники проходят сотни миль, чтобы дотронуться до ковчега с этими останками. — Зодчий поднял череп и положил в мешок.

— Послушайте, нам придется везти все обратно в Кингсбридж в повозке. Почему бы не оставить ценности в гробу? Все уже сложено, а гроб может отпугнуть воров, — предложила Керис.

— Хорошая мысль, — откликнулся Мерфин. — Нужно только достать его из могилы.

Монах сходил в обитель за веревками, и мужчины, вытащив гроб, заколотили крышку и обвязали его, чтобы дотащить до церкви. Едва тронулись, раздался крик. Настоятельница тоже закричала от страха. От церкви к ним мчался человек с выпученными глазами, изо рта у него текла кровь. Керис пришла в ужас и вдруг поверила во все дурацкие суеверия продухов, но довольно быстро поняла, что это Годвин. Он как-то нашел силы встать со смертного одра, с трудом вышел из церкви, увидел огонь и в безумии добежал до него, остановившись у гроба. В беспокойном огне факелов аббатиса увидела по искривленному лицу: чумной что-то понял. Затем настоятель потерял силы, рухнул на землю возле лжемогилы Джонкила и скатился вниз. Керис, Мерфин и Томас подошли к краю. Аббат лежал на спине, глядя на них широко открытыми невидящими глазами.

Глава 66

Едва Керис вернулась в Кингсбридж, как опять решила уезжать. Она неотвязно думала об обители Святого Иоанна-в-Лесу; правда, не о кладбище и не о телах, которые выкапывали Мерфин с Томасом, а об аккуратных, но запущенных полях. По пути домой — рядом с ней ехал Фитцджеральд, а Лэнгли правил повозкой — настоятельница заметила брошенные земли и предвидела трудности.

Основные доходы монахам приносил оброк. Вилланы растили урожай и пасли скот