Там, где фальшивые лица - Олег Яковлев

Дори и его спутники злились на Ангара, но сейчас не могли даже надавать ему тумаков.

– Эх, были бы у меня развязаны руки! Я бы лично засунул тебе в глотку эту треклятую поддельную карту! – Ангар сжал кулаки. Гномы едва себя сдерживали, чтобы не наброситься на неугомонного спутника прямо сейчас и не оторвать ему голову. Их можно было понять: столько всего было пережито, а теперь еще и постоянное напоминание обо всех просчетах и неудачах в лице крикливого товарища, который, выливая свою злобу на Красных Шапок, лишь в очередной раз травил друзьям душу.

– Поддельную? Кхм, – широко улыбнулся Гверкин. – Я ведь не такой дурак, чтобы пытаться подсунуть вам фальшивку. Нет, ну тебе, Ангар Непутевый, еще можно было бы… но всякий, кто слышал о Дори Рубине, сразу бы отмел такой вариант как заведомо несостоятельный. Карта вполне настоящая, правда, до спящих крепким сном богатств в горах вам никогда не добраться, поскольку… хе-хе… вы сейчас и сами крепко спите, друзья мои.

Гномы не слушали – их уже ничего не волновало. Лишь Дори прищурился, в его глазах появилась надежда.

– Ничего, ничего, – скрипнул зубами Непутевый. – Наш Лори обязательно что-нибудь придумает и вытащит нас, а уж тогда…

– Ваш Лори ничего не сделает. Да и ушел он давно. Бросил вас и карту, должно быть, прихватил. Вот и ладненько – хоть увел за собой это страшилище, которое никто, кроме нас, почему-то в упор не желает видеть.

Старику, видимо, надоел этот разговор, и он легонько тронул сына за руку.

– Да, отец. Прости меня. – Гверкин склонил голову и отвязал от пояса деревянный кубок-потир, свитый из терновых прутьев. Один из Красных Шапок подал ему длинную серебряную иглу. – Не будем тратить время на болтовню и исполним наконец то, зачем мы сюда явились. Ты, мой дорогой Ангар, сегодня будешь первым.

– Чтобы тебя… – начал было гном, но ему не дали договорить проклятие до конца.

– Да знаю, знаю. – Гверкин при помощи двух воинов с силой раскрыл левую ладонь сопротивляющегося Ангара и ткнул ему иглой в указательный палец. На коже выступила капля крови. Красные Шапки вожделенно облизнулись, но это лакомство было не для них.

Принц Гверкин наклонился и зачерпнул кубком снег, после чего сцедил каплю крови Непутевого туда же и передал отцу.

– Примите, сир, во имя нашего Великого Мятежа, во имя Тринадцати Злобных и во имя Терновых холмов.

Старик, немощно дрожа, принял потир и перелил его вмиг растаявшее содержимое себе в горло. Сухие губы зашевелились – король жадно пил. Сморщенные старческие руки тряслись, сжимая кубок. Снег продирал рот и горло холодом, капля крови обжигала, как раскаленный уголек, при этом сам Фрегга испытывал бурлящую смесь разных безумных чувств. Это походило на пробужденную лицом красавицы любовь, смешанную с избавлением от долгого ночного кошмара и с переживанием самого счастливого момента в жизни. Проще говоря, старый гоблин сумел повернуть время вспять и помолодел. Пусть на какую-то минуту, но для него это было словно десятилетие. Тут же его глаза слегка прояснились, несколько морщин будто бы разгладились на белом лбу, но он все еще был дряхл и с трудом стоял, опираясь на трость.

– Напои наших потомков, сын мой, – едва слышно пробормотал король Фрегга.

– Братья, готовьте иглы! – приказал Гверкин и, будто вслушиваясь во что-то, вдруг поглядел на небо. Среди туч ему привиделись черные крылья. – Нет… – пробормотал он. – Этого просто не может…

Ответом ему стали птичьи крики, раздавшиеся из вышины.

– Спригганы!!! – заревел Гверкин и выхватил из ножен длинный меч. – Это спригганы!!!

Красные Шапки, казалось, полностью позабыли о пленниках и о кровавом ритуале. Свет увидели копья и мечи, но никто здесь не собирался отражать нежданную атаку. Обгоняя друг друга, нейферту бросились к арке. Ближайший к спасению носитель алого плаща уже достиг заветного порога, когда в воздухе просвистело черное перо. В полете оно удлинилось, изменило очертания и приобрело металлический блеск. В спину беглеца вонзилось вытянутое лезвие, походящее на клинок кинжала, и полностью погрузилось в его тело.

– Стоять!!! – проревел Гверкин. Он отнюдь не боялся – ненависть была сильнее. – Мы будем драться!!! – Он первым устремился к врагу.

Красные Шапки были вынуждены последовать приказу своего господина, поскольку не могли отказаться – в их крови текло древнее проклятие, велящее им повиноваться членам королевского рода всегда и во всем, иначе сердце ослушника в тот же час остановится и наступит… смерть. Нейферту не хотели драться – от таких врагов можно только бежать, не оглядываясь, но при этом не замедлили развернуться и поднять оружие.

Гномы ничего не понимали и пораженно стояли, застыв неподалеку от арки, там, где их бросили тюремщики. Лишь Дори, который всегда считал, что лучше сперва где-нибудь укрыться, а уже потом начинать задаваться вопросами, потянул за цепь, сковывающую их вместе. Нор-Тегли пришли в себя и поспешили к груде битого камня – месту, где раньше была стена. Они спрятались за нею и стали глядеть, пытаясь различить неведомых врагов Красных Шапок. Все они слышали о том, кто такие спригганы, поэтому застыли от ужаса, ожидая увидеть нечто настолько жуткое и отвратительное, чего никогда не видел ни один из жителей Срединных равнин.

Спригганы… Призрак Лори поднял голову к небу и отшатнулся в отчаянии. Хлопанье птичьих крыльев раздавалось прямо над ним. В воздухе повисла мелодичная песнь дроздов. Спригганы… Только сейчас гном понял, кого именно он выпустил на волю и какой это было ошибкой. Спригганами называли самых жутких существ, которые когда-либо существовали на этом свете. В те редкие мгновения, когда о них решались упомянуть, говорили, что облик их столь необратимо ужасен, что именно поэтому не сохранилось ни одной гравюры или барельефа с подобным изображением. Эти злокозненные существа были отнюдь не теми, кем пугают непослушных детей, – их до смерти боялись и самые храбрые из взрослых. У северян когда-то даже ходила такая поговорка: «Смерть, чума и спригганы». Эти духи жили очень далеко от людей, и в то же время будто бы прямо за порогом, в тайной стране Терновых холмов, куда ведут зачарованные тропы, а путь открывается лишь осенью, да и то в очень короткий период времени. Их соседями были фоморы, трау, Красные Шапки, изгнанные из земель людей магами великаны и прочие духи, которых простой люд величал одним словом: «чужие»… В землях «по ту сторону арки» это был народ жестоких властителей, и никто из тех, кто живет в дольменах и мрачных пещерах под холмами или же в полуразрушенных башнях и замках, не смел даже помыслить о том, чтобы не выказать поистине королевскую почесть каждому из высших. Из всех тамошних обитателей лишь гордые Красные Шапки подняли восстание и начали войну на истребление, поставив себе целью свергнуть род спригганов и отомстить им, вырезав всех до последнего. Спригганы же объявили нейферту вне Тернового закона, и рыцари грозных властителей начали охотиться на мятежников и уничтожать их, где только могли.