Одинокий Демон – 2. Студентус вульгарис. - Андрей Кощиенко

– Вы могли выбрать что-то другое. Не вино.

– Когда еще удаться попробовать, что наливают у императора? Может это единственный шанс в жизни?

– Эриадор, у вас гибкий ум, и хорошо подвешенный язык, – вздохнул ректор, – но я все же прошу вас соблюдать правила принятые в гильдии, в которой вы отныне состоите. В данный момент мы находимся на публике и являемся объектом пристального внимания.

Вы-то уж должны это понимать?

– Да, господин Мотэдиус, – тоже вздохнул я и поставил фужер рядом с удачно подвернувшимся носатым бюстом кого-то. Ладно. Коль я студент, будем вести себя как студент…

Ответом мне стал неодобрительный взгляд ректора. Ну знаю, что некультурно так делать… Знаю… ну и что? Захотелось! Нечего было мораль читать…

Я кинул взгляд на Стэфи, которая заведя правую руку за спину, прятала свой недопитый фужер за юбкой.

– Баронесса, – сказал я, протягивая к ней руку, – позвольте за вами поухаживать. Давайте сюда ваш бокал!

Стэфи, виновато втянув голову в плечи и покраснев, быстро сунула мне его в руку.

Её бокал я пристроил с другой стороны головы. Белого мрамора бюст, коричневая деревянная подставка под ним и два бокала красного вина по бокам.

Не авангард, но тоже неплохо смотрится… – решил я, окинув взглядом созданную композицию.

– Прошу вас – знакомьтесь! – подал голос, молчащий во время моих манипуляций ректор, и сделал жест рукою назад, на стоящего позади мужчину, – это ваш преподаватель. Магистр темной магии – барон Николас Сайвери! Он тоже приглашен сегодня императором. А это, как вы уже наверняка поняли, Николас, это ваши ученики.

Ректор тождественно указал на нас правой рукой.

Удачненько мы познакомились… Будучи застуканными за распитием запрещенных напитков… – подумал я, делая поклон. Стефи сделала реверанс. Николас поклонился нам в ответ и, вернувшись в вертикальное положение, молча, продолжил нас рассматривать, заложив руки за спину. Я тоже принялся разглядывать его.

Сайвери был крепким на взгляд мужчиной с густой, темной шевелюрой на голове, серыми, под насупленными бровями глазами и горькой складкой в уголке тонких губ. Одет он был почему-то не в мантию, а в камзол и брюки светло-коричневого цвета. На камзоле ярко желтели небольшие золотые пуговицы.

Пауза взаимного изучения затянулась

– А вы…- наконец открыл Николас рот, но закончить начатую фразу не успел.

– Та-та-та-та! Та-та-та-та!

По залам разлетелся звук маленьких горнов. Трубили герольды, парами стоящие у дверей.

– Та-та-та-та! Та-та-та-та!

– Гостей приглашают в большой тронный зал,- сказал ректор, – пойдемте!

Я подал руку Стефании и мы, вместе со всеми, устремились к выходу. Пройдя пару коротких коридоров, сквозь распахнутые высокие сводчатые двери белого дерева, мы вошли в главный зал… Стефи опять закрутила головой, и я тоже, правда не так шустро как она, глянул по сторонам. Надраенный паркет янтарного цвета, отражал в себе два ряда огромных люстр под высоченным потолком, сияющих сотнями магических свечей каждая. Светлые стены, белого мрамора с теплой желтоватой искоркой, гармонирующей с цветом паркета. В конце зала, по центру, на возвышении со ступеньками – трон под балдахином тёмно-вишневого цвета, пока еще пустой. Ниже и сбоку, еще четыре кресла с высокими спинками с изображением большой золотой короны на спинке. Похоже для членов императорской семьи. По ступенькам, более темного оттенка, чем стены, сбегает темно-вишневая дорожка, заканчиваясь на последней из них. На левой половине зала, ближе к трону приткнулось здоровенное белое дерево без листьев, но с большим количеством веток.

Дерево увешано множеством прозрачных шаров, внутри которых что-то переливается и мерцает различными цветами. Красным, желтым, густо-синим, светло-голубым и зеленым. Справа от трона расположился оркестр. Гостям же предоставлялся весь оставшийся участок зала. Между троном и гостями – редко стоящие друг от друга стражники в начищенных до зеркального блеска доспехах

Да ничего так, – неспешно оглядев зал, оценил я, – вполне императорский. Конечно, с Эсферато не сравнить, но для местных… Сойдет.

– Его императорское величество, Альвеар Хайме! – под звуки оркестра заигравшего бравурный марш возвестил мажордом, – ее императорское величество – императрица Анжелина Хайме! Его императорское высочество, старший принц Георг Хайме! Её императорское высочество, супруга Георга Хайме, – принцесса Алисандра! Его императорское высочество, младший принц – Диний Хайме! Её императорское высочество, принцесса Сюзанна Хайме!

Мажердом частил как из пулемёта, торопясь объявить выходящих друг за другом членов императорской семьи.

Хм…, а ведь младший принц и принцесса почти мои ровесники, – кланяясь вместе со всеми, подумал я, – всего на год старше…

Император с семьёй неторопливо расселись каждый на свои "стульчики" и музыка стихла. Дворяне, присутствующие в зале разогнулись, а дамы вышли из позы "глубокий реверанс".

– Мои верные подданные!

Выдержав паузу, и дождавшись полной тишины в зале, император начал свою поздравительную речь.

– Снова, как и прежде, я рад видеть вас в своем парадном зале! Минул еще один год. Наша империя…

И бла-бла-бла, – прокомментировал я про себя, переключаясь на разглядывание императорской семьи, сидящей совсем недалеко от меня с торжественным видом и внимательно слушающих своего императора. Однако если у старшей её половины, это получалось, то у младшей выходило не очень. Видно было, что Сюзанна и Диний, хоть и делают серьезные лица, но в мыслях они, похоже, где-то "не тут".

Хорошо, что хоть кто-то не в розовом… – подумал я, рассматривая принцессу, – то ли вкус есть, то ли мозги…

На Сюзанне было белое, шитое серебром платье с большущими "плечами". Пушистая копна густых темных волос была зачёсана назад и скреплена множеством серебряных заколок разных форм. Немножко вытянутое лицо с выступающим вперед упрямым подбородком. Большие, круглой формы глаза и широкие темные брови.

Принц – в тёмно-синем. Тоже, как у сестры темные волосы, темные глаза и шевелюра из вьющихся волос. Но в плечах не широк. И в лице – мягкие, тонкие линии. Что-то женственное. У старшего личико посуровее будет… И плечи у старшего – "шЫреее". Императрица – в зеленом строгом платье. Никаких открытых грудей, голых плеч. Аристократическое лицо с внимательным взглядом карих глаз. Светлые волосы, уложенные в высокую прическу на голове. Выражение лица – холодное и даже, можно сказать высокомерное. Не то, что у её улыбающегося мужа. Похоже, император уже слегка успел "принять" в честь праздника и пребывает в неплохом настроении…