Славянский шкаф, или Малахитовые часы - Владимировна

— Мне до города, — заговорил молодой человек, — сколько возьмете?

— Жизнь, — мрачно выпалила Ивина.

— Не смешно. Почему так дорого? Тогда я пешком дойду.

— У меня шутка такая. Довезу. Вы бедный, буду вашим спонсором на одну поездку.

— Я не бедный.

— Кто бы говорил.

— Что с вами? Вы вся в крови!

— Шла. Споткнулась. Упала. Кровь.

— Верю. Я заплачу. Вот, возьмите, — сказал мужчина и показал свою ладонь. На ладони сверкнул маленький кусок золота.

— Откуда он у вас?

— Этот карьер был некогда прибыльным, гравий даже привезли, чтобы строить здесь, но потом карьер забросили.

— Золото и забросили? Здесь столица рядом и такой карьер с золотом, а рядом ни одного человека! Как так?

— Я передачу по телевизору смотрел про этот карьер. Сам не поверил, что так рядом золото добывают в этой глине. Ведь вы чуть в карьер не съехали! Здесь скользкая глина, а гравий сверху привозной. Весна. Только снег сошел, вот вас и понесло.

— Почему не стали меня спасать?

— Я видел, что вы выползите, а я здесь уже накатался по глине, да и с гравием хорошо знаком.

— Золота много добыли?

— Нет. Золота здесь на самом деле практически нет.

— А то, что вы мне дали?

— Считайте, что это самородок.

— Вам не жалко?

— Девушка, вы меня спасете, если до дома довезете, поверьте — это дорогого стоит. В таком виде ехать по городу, опасно.

— Зачем сюда поехали?

— Романтики захотелось, больше не хочу.

— У вас есть жена?

— Бог миловал.

— Вы холостяк?

— Закоренелый.

— А меня мой друг бросил официально, можно сказать по паутине.

— И вы из-за этого чуть сегодня не погибли?

— Да.

— Поехали ко мне! Я — не злой, я — добрый! А золото я купил у местного золотодобытчика, сам я ничего не нашел. Пропах я здесь костром, и сам знаю, что пахну не лучшим образом.

— А золото ток хорошо проводит? — спросила Ивина как-то машинально.

— Ни так хорошо, как качественно.

— Тогда я зайду к вам. Мне любопытно, а как вы живете?

— У меня квартира в старом двухэтажном доме в столичном переулке. Дом принадлежал одной пожилой женщине, я ее видел сам, когда был маленьким. У нее была тогда одна комната. Все печи в доме выложены кафелем, дом давно предназначен под снос, но четырех этажные дома сносят быстрее, чем старые дома. Нас уже четверть века снести обещают, а мы все в этом доме живем. Дом деревянный, да вы сами его увидите, — и назвал адрес.

— Я знаю этот переулок, действительно старый переулок, исторический, можно сказать.

— Лучше бы он не был историческим, тогда бы у меня была новая квартира, с удобствами, а так мне надо идти в баню, или в тазике мыться.

— Я подвезу вас до вашего дома, но к вам заходить не буду, вы меня напугали.

Машину она остановила у старого, двухэтажного дома. Из булочной шел вкусный запах, который перебил запах костра. Мужчина с рюкзаком зашел в подъезд, словно исчез в деревянной пещере, так показалось Ивине. Она вышла из машины, зашла в булочную, а когда она вышла из магазина, то увидела, того же молодого человека, но не с рюкзаком, а со спортивной сумкой, из которой выглядывал березовый веник. Он улыбался.

— В баню подвезете?

— Чем заплатите?

— Деньгами.

— Садитесь.

Она отвезла мужчину в баню, а сама поехала домой. Дома она залечила ранки, легла в ванну, отмылась от чужих запахов. Мокрые волосы закрутила в полотенце. Звонок прозвенел неожиданно громко.

— Ивина, я уже чистый! Заберите меня из бани.

— И я чистая, но с мокрыми волосами. Высушу — приеду за вами. Где вы взяли мой номер телефона? Как вы узнали мое имя?

— У вас в машине лежала стопка ваших визиток.

— Уберу.

Она подъехала к бане. На крыльце бани стоял неизвестный мужчина, но она заметила знакомую сумку в его руке. Теперь он был дважды неизвестный. Стройный мужчина с идеальной стрижкой, с чистым лицом, в джинсах и ковбойке был необыкновенно привлекателен…

— Мартин, — представился он.

— Ивина, — сказала она.

— Сказки — это хорошо, но действительность пугает. Можно ли действительность превратить в сказку, — вот в чем вопрос? — спросил он.

— Если прочитать абзац о бюджете страны, то приходишь в ужас от пессимизма тех, кто его составляет. Речь в основном идет о нефти и недостачах во всех их проявлениях. То есть страна идет по наклонной плоскости от успеха к поражению. Странная вещь: появляются более красивые дома, дороги, машины. Но все это проходит мимо и мало кого успевает обрадовать, — ответила она.

— Так чего нет в нашей безбрежной стране? — опять спросил он.

— Общей цели созидания! Человеку надо быть необходимым обществу и потом самому себе, своим близким. Руководитель округа из последних сил снимает с себя рубашку бюджета и раздает в качестве добавок к пенсии, а у самого один вопрос: Что дальше делать? Мало того, куда-то делись в стране деньги, их нигде нет! Если денег у всех нет, то это вопрос номер один.

— Куда стекают деньги? Кто их и куда складывает? Где предел? Почему в стране учат непроизводственным специальностям? Где сами производители хоть чего-нибудь?

— Раньше были герои труда, а теперь герои боевиков. С этим багажом далеко не уедешь. А все просто! Свою страну надо любить и думать о том, что в ней живут умные люди! А умные люди должны производить продукцию и получать за нее деньги. Но страну раздали на частные лавочки, а частные лавочки легко капитулируют перед тяготами жизни. И еще хуже — бескрайний север страны обеспечил всего одного богатого человека, который это богатство при разводе разделил на две части. Абсурд! Но это яркий пример того, куда исчезают деньги из казны.

— Что говорить о столице?

— Столица — это клубок из нелегальных и легальных денег. Убрали казино, но счастья еще от этого не испытали. Любой человек деньги и за океаном сможет проиграть.

— Зачем смотреть в чужой карман? Чушь? Возможно, но где страна и нормальная забота о гражданах округа? Чего гражданам не хватает?

— Само собой денег!

— А, где их взять?

— Заработать! А, где заработать, — вот в чем вопрос! Кто бы об этом подумал! Где те идеи, ради которых можно всю страну построить и заставить приносить прибыль своей работой, результаты которой не утекут в чей-то гигантский карман, — ответила Ивина и остановила машину у дома Мартина.

Трава стояла сухая, коротко подстриженная. Листья лениво шевелились в легких порывах ветра. Вода со свинцовым оттенком тихо отражала серое небо. Середина лета собственной персоной бродила по земле, и рядом с летом ходила Ивина. Она — в зените первой молодости. Походка ее еще легка, но уже не суетлива. Она много знает, и обладает неплохой памятью. Фигура под одеждой не манит, но и не отталкивает. Эта ситуация в значительной мере зависит от выбранной одежды. За ней струится приятный запах духов. Она нормальная девушка.