Спуск к ядру - Максим Балашов

сыпать оскорблениями, значит, внутри у него бушует настоящая буря. А сегодня он и правда нервничал больше обычного: расставание с Умкой, прощание с товарищами, разлука с Нивейдой… Да ещё и эта проклятая процедура по замене матрицы, от одной мысли о которой по спине бежали мурашки.

Гироха мудро прищурился, обтирая горлышко фляги рукавом:

— Вижу, девочка тебе крепко запала в душу. — Он покачал лысой головой. — Нет, Нагх, её контракт — крепче беритовых цепей. Суммы там… даже мне страшно озвучивать.

Кобольд вдруг оживился, заговорщически подмигнув:

— Но есть лазейка! Оплатишь транспортировку — и доставим твою Нивейду куда скажешь. Только вот зачем? — Гироха развёл руками. — В Пределе за десяток золотых хоть двадцать таких найдёшь и они позволят сделать с собой всё что угодно, ну ты понимаешь о чём я! Иномирцы в своих эротических играх частенько забивают девиц до смерти, ведь жизнь наверху ничего не стоит. Копиры никогда не останавливаются.

Крас лишь стиснул зубы. Он-то знал, что Нивейда — не просто «ночная бабочка». Она единственная за все эти месяцы смогла разглядеть за его броней из сарказма живую душу.

— Вот, вот, давай-ка поподробнее на этом месте, — оживился Крас, потирая подбородок. — Как мне малютку к себе вызывать и сколько это будет стоить? Поверь, эта девочка отработает каждую серебрушку. — В его голосе зазвучали непривычные нотки мечтательности.

Гироха фыркнул, поправляя перевязь с амулетами:

— Хватит головкой думать, подбери слюни иди за мной. Перед отъездом устрою тебе прощальный вечер с твоей куртизанкой. И даже… — он сделал паузу для драматизма, — бесплатно.

Не дав опомниться удивлённому Красу, старый шаман засеменил к выходу. Охранники и герой едва поспевали за его юркой фигуркой, петляющей среди лабиринтов Ха-а-ля. Двадцать минут блужданий по сырым коридорам — и вот компания остановилась перед ничем не примечательным участком стены.

Гироха принялся делать замысловатые пассы руками. Крас щёлкнул переключателем зрения — и тут же увидел, как в скале проступают контуры потайной двери. Шаман, напитав створку энергией, создал сложный энергоконструкт и с лёгким толчком открыл проход. Каменная глыба бесшумно отъехала в сторону, обнажая тёмный проход.

— После тебя, романтик, — процедил Гироха, пропуская Краса вперёд. В его глазах мерцали весёлые искорки — явно он знал что-то, чего ещё не знал герой.

Отряд замер на пороге, ослеплённый ярким светом. Небольшое помещение, больше похожее на лабораторию, было залито холодным голубоватым сиянием. В центре стояла кушетка, обитая странной кожей, которая переливалась, словно живая.

Рядом восседало существо вовсе не похожее на кобольда, заставившее Краса непроизвольно сжать кулаки. Густая медвежья шерсть покрывала его мощное тело, но лицо… Лицо было почти человеческим, если не считать слишком широких ноздрей и желтоватых клыков, выглядывающих из-под губы. Его наряд — поношенные шорты и потрёпанные полуботинки — выглядел нелепо на фоне высокотехнологичного окружения.

— Нагх, знакомься, это Белкрит, — Гироха церемонно протянул руку в сторону существа. — Наш лучший специалист по энергетическим матрицам. И… перевёртыш по совместительству.

Крас нахмурился:

— Перевёртыш? Что это значит?

Он повернулся к Гирохе за разъяснениями, но в этот момент воздух перед ним странно задрожал. Когда герой вновь посмотрел на Белкрита, по спине у него пробежали ледяные мурашки.

Перед ним стоял… он сам. Точная копия — от шрама над бровью до характерной стойки. Только вот одежда осталась прежней — те же нелепые шорты и полуботинки, теперь выглядевшие совершенно абсурдно на теле двойника.

— Чёрт возьми… — выдохнул Крас, инстинктивно отступая на шаг. Его рука сама потянулась к клинку, но двойник лишь ухмыльнулся его же собственной ухмылкой.

— В-о-у, вот это фокус, — не смог сдержать удивления Крас, округлив глаза — и как быстро, это наверно иллюзия? — Спросил удивившись герой.

— Вовсе нет, я перестраиваюсь за доли секунды, самое сложное и долгое это сканирование объекта копирования. Но я успел это сделать пока вы заходили и чесали языками. Ложись на кушетку, у меня сегодня ещё куча дел. — Грубо ответил Белкрит очень низким голосом и вернул себе прежний облик.

Крас не стал спорить, лишь сказал, что с голосом Белкрит подкачал и не смог его повторить, на что получил очень злобный взгляд. Не став ещё больше дразнить перевёртыша, Крас покорно лёг на кушетку и уставился на мастера по энергетическим матрицам. Герой поёжился от соприкосновения с холодной поверхностью. В тот же миг снизу выскользнули блестящие ремни, туго охватив тело. Белкрит намертво защёлкнул легуритовые браслеты на запястьях и лодыжках. Крас сразу понял, что это именно этот метал, так как его энергокаркас сильно сбоил и не давал возможности усилиться или ускориться.

«Тьфу ты. Снова заковали демоны, чую будет весело!»

Крас почувствовал, как энергокаркас захлёбывается, словно двигатель в масляной яме. Ни усиления, ни ускорения — только свинцовая тяжесть в конечностях.

В его голове барабанами застучала паника, нет, он не боялся, скорее это было инстинктивное чувство самосохранения. Дабы отвлечься, Крас подумал, что было бы неплохо поймать этого Белкрита и поэкспериментировать с его ядром, а именно морфизмом вытащить интересный навык перевёртыша.

— Не трепыхайся, птенчик, — Белкрит оскалился во всю ширину морды, обнажив желтоватые клыки. Его шерсть дыбилась от возбуждения, а глаза блестели, как у кота перед игрой с мышью.

— Совсем не больно будет. Эти мерзкие ремни… чисто формальность, ага. Чтобы ты вдруг не передумал в кульминационный момент.

Крас почувствовал, как ненависть к этому мохнатому ублюдку закипает в жилах горячее расплавленного дикарта. Если бы не легуритовые наручники…

— Точно? Ты мне не врёшь? — голос Краса звучал неестественно тихо, что было куда страшнее его обычного рыка.

Белкрит притворно-невинно сложил лапы на груди:

— То-очно.

— Что точно? — Крас стиснул зубы до хруста.

Мохнатая морда перевёртыша исказилась в садистской гримасе:

— Точно вру, аха-ха-ха! — Его хохот раскатился по камере, отражаясь от металлических стен. — Будет так больно, что ты будешь молить о смерти! На самом деле боль будет такая, что даже твои будущие дети её почувствуют. А ещё, глядишь, и разум потеряешь. Надеюсь, ты любил в детстве качели? Потому что сейчас тебя ждёт самое весёлое катание в твоей жизни! — Он наклонился к лицу Краса, пахнущий дешёвым самогоном. — Но мне-то что? Работа у меня такая. И знаешь что? — Шёпот стал сладким, как яд. — Я обожаю свою работу и она мне чертовски нравится. АХА-ХА-ХА-ХА!

В этот момент Крас поклялся, что если