Связанные любовью - Кора Рейли

меня. Ты сам как-то сказал, если ты используешь свой нож против меня, я не смогу сохранить секрет.

Маттео подошел ко мне и покачал головой.

— Не имеет значения, во что я верю, пока Лука думает, что ты изменила.

Я коснулась его руки.

— Пожалуйста, Маттео, помоги мне доказать свою невиновность. Пожалуйста, не только ради меня.

— Даже если ты не изменяла ему, ты действовала за его спиной. Ты посетила вражескую территорию и рисковала не только своей жизнью, но и жизнью Луки. Он отдал бы свою жизнь Данте, чтобы спасти тебя, ты думала об этом, когда расхаживала по Чикаго?

— Я только хотела увидеть Фаби. Сейчас Рождество — сказала я беззвучно.

— Да, ну, теперь у нас у всех будет чертовски чудесное Рождество, благодаря тебе.

Уголки моего зрения потемнели. Я чувствовала себя слабой. Я не была уверена, было ли это из-за беременности, потому что я не ела почти целый день, или потому что мое сердце разбилось. Я покачнулся, и мои ноги подогнулись.

— Черт, — прорычал Маттео и схватил меня за руки, останавливая падение. Он помог мне сесть на диван, прежде чем присел передо мной на корточки. Он схватил меня за подбородок и поднял мое лицо так, чтобы я встретилась с его жестким, безжалостным взглядом. — Ты клянешься, что не изменяла Луке?

— Клянусь, Маттео. Я бы никогда не изменила Луке. Я люблю его. Другого мужчины нет и никогда не будет.

Он вздохнул и отпустил мой подбородок.

— Я попытаюсь добраться до фотографа, который сделал эти снимки, а потом тщательно с ним поговорю. Это будет нелегко. Я не могу поехать в Чикаго, и там очень мало людей, которых я могу послать вместо себя, но может быть другой способ… Но даже если я доберусь до парня и он докажет твою невиновность, я не могу обещать, что Лука вернется. Единственная причина, по которой он поверил, что ты изменила, это то, что ты действовала за его спиной.

Он снова покачал головой.

— Черт. — он выпрямился. — Ты уверена, что не хочешь увидеться с доктором? Ты выглядишь ужасно.

— Уверена, — быстро ответила я. Я не хотела, чтобы док узнал, что я беременна. Он расскажет Луке. Он не был связан врачебной тайной, как другие врачи.

— Теперь я отпущу Джианну, — вздохнул Маттео.

— Отпустишь ее? — прошептала я.

— Я запер ее в машине.

Когда он вышел, он поднял мобильный.

— Ромеро? Да, мне нужно, чтобы ты пришел.

Я уставилась на ковер с пятнами крови. Кровь Луки.

— Ария! — крик Джианны заставил меня подскочить, а затем она бросилась ко мне, с растрепанными волосами и в полуодранной ночной рубашке, как будто она сопротивлялась, и бросилась на меня, обнимая так крепко, что я не могла дышать. Она затряслась, и что-то мокрое ударило меня в горло.

Я коснулась ее затылка.

— Тсссс. Я в порядке.

— Нет, это не так, — прошептала Джианна, отстранившись, ее взгляд скользнул по мне, прежде чем они перешли к беспорядку на ковре. — Он сделал тебе больно?

Я покачала головой, хотя сердце мое сжалось.

— Я думала, он убьет тебя. Я хотела предупредить тебя, но Маттео, засранец, не позволил.

Мне казалось, что часть меня умерла, но Лука никогда не убьет меня.

— Маттео пытался спасти твою хорошенькую задницу, — сказал Маттео Джианне. — Хотя что-то и останавливает Луку от того, чтобы свернуть шею Арии, это не остановит его с тобой, поверь мне.

— Я с тобой не разговариваю, — резко сказала Джианна, и на этот раз это была не игра.

Я коснулась ее ноги.

— Он хотел защитить тебя. Не сердись на него, пожалуйста. Достаточно того, что я разрушила свой собственный брак, я не хочу быть ответственной за другой.

— Лука придет в себя, — сказала она, но в ее словах не было убежденности.

Звук открывающейся и закрывающейся входной двери наполнил меня надеждой, но когда вошли Лили и Ромеро, а не Лука, я сдулась. Лили тоже подошла ко мне и крепко обняла, ее руки дрожали. Ее глаза покраснели от слез. Меня охватило чувство вины.

— Мы так волновались за тебя. — сказала она. Я подняла глаза на Ромеро, который стоял рядом с Маттео и слушал его, но Ромеро не сводил с меня глаз. В его взгляде была жалость, а не гнев, как я ожидала, и почему-то от этого стало только хуже.

Глава 18

Маттео

Я снова попытался дозвониться до Луки по второму мобильнику, но он не взял трубку. Где его черти носят?

Я перевел взгляд на Арию, Джианну и Лили.

Когда я вошёл в особняк пятнадцать минут назад и увидел кровавые отпечатки рук на двери и пятна крови на мраморном полу, я был уверен, что найду Арию мертвой, и, в конечном счете, Луку, потому что убийство было бы его концом, но она была чудесным образом невредима.

Черт, Лука, где ты?

Без сомнения, он жаждал крови. Что, если он на пути в Чикаго? Что, если он пытался убить Данте в одиночку?

Черт!

Я достал второй мобильник и позвонил Орацио, затем повесил трубку, ожидая, что он перезвонит мне на случай, если не сможет говорить свободно. Прошло пять минут, прежде чем он перезвонил, и я уже сидел в машине, направляясь в Нью-Йорк. Мне нужно было найти Луку до того, как он будет убит или пойман полицией, убивая других.

— Маттео, чем могу помочь? — сказал Орацио.

Никогда еще я не испытывал такого облегчения оттого, что Орацио был нашим шпионом. Он работал с нами уже два года и никогда нас не подводил.

— На случай, если Лука появится в Чикаго, убедись, что ты вырубишь его прежде, чем он приблизится к Данте.

— Что? — пробормотал Орацио. — Что ты имеешь в виду?

— Неважно.

Орацио молчал. Он не очень общительный человек.

— Мне нужно, чтобы ты нашел кое-кого для меня. Это фотограф. Я отправил тебе письмо с подробностями. Найди его как можно быстрее и спроси, кто заплатил ему за фотографии Данте и Арии.

— Подожди, что? Какие фотографии?

— Прочти мою ебаную почту. И когда ты закончишь спрашивать его, ты отвезешь его в Нью-Йорк.

Тишина.

— Ты хочешь, чтобы я приехал в Нью-Йорк?

— Не надолго. Ты вернешься в Чикаго, как только отдашь фотографа.

— Будет сделано, — сказал Орацио, но я уловил в его голосе намек на колебание.

— Ты работаешь на нас уже два года, — напомнил я ему. Если Данте узнает, даже статус Орацио как брата Валентины не даст ему быстрой смерти.

Орацио услышал невысказанную угрозу и повесил трубку.