Свет чужого солнца - Нэнси Кресс

«О каком лекаре он говорит? — подумала Эйрис. — Наверное, гед узнал, что Дахар заново вправил ей кость, а может, он имеет в виду молоденькую сестру-легионера, за которой послала Джехан?» Она закрыла оранжевый круг в своей комнате, но геды все могли видеть через другие круги, в коридорах, мимо них Дахар проходил. Были круги и у лестницы, по которой он поднимался…

— Гракс, спасибо тебе за стул. Наука гедов обладает великой целительной силой. Ты не взглянешь на мою ногу — хорошо ли вправлена кость?

Последовала короткая пауза. Гед слушал что-то внутри своего шлема.

— Она вправлена хорошо. С помощью нашей науки мы не смогли бы вправить кость лучше, чем это сделал лекарь.

Эйрис спросила осторожно, стараясь не подчеркивать второе слово:

— Наша целительница очень молода, все ли она сделала правильно? Я не буду хромать?

— Ты не будешь хромать.

— Откуда ты знаешь?

— Гед, который изучает лечение людей, наблюдал, как вправляли кость.

— Когда это было?

— Геда позвали туда, где на тебя напали.

Это была правда — теперь Эйрис припоминала, сквозь туман боли и наркотика, склонившееся над ней мерцающее лицо с тремя глазами. Но тогда ее кость вправили плохо, так сказал Дахар, когда вправлял ее заново.

Значит ли, что геды не могут отличить хорошо или плохо вправленную кость?

Возможно, они знали, что джелийка плохо вправила ее, и сейчас Гракс ей лгал. Или — третий вариант — оранжевый круг наблюдал за всем, что происходило в комнате, и сквозь сложенную в шесть раз ткань гед видел, как Дахар вправил ей ногу, но не хотел об этом говорить. «Ты не будешь хромать», — сказал Гракс, но откуда он знает это?

Эйрис рассматривала лицо Гракса сквозь прозрачный шлем: заостренный череп, неподвижный рот, два спокойных глаза, и третий, высокий, пугающий, затянутый пленкой. Она не могла понять, лгал чужак или говорил правду.

— Почему ты не дал мне эту машину вчера, если гед приходил на то место, где на меня напали?

— Вчера она еще не была сделана. Ее части могут стать другими машинами, так же, как и провода и электромагниты, что у тебя здесь, в зависимости от того. Как их соединить.

— В Эр-Фроу были и другие больные. Ты не дал эту машину белому великану. Почему?

Еще одна пауза, на этот раз длиннее.

— У него болела не нога, а мозг. Нельзя поместить мозг в другое пространство-время, отделив его от тела, точно так же, как делизийский командир не может быть вдали от тех, с кем он поет в гармонии.

Невозможно понять, всю ли правду он говорит, или лжет. Эйрис охватило раздражение. Уголком глаза она посмотрела на СуСу, неподвижно свернувшуюся в уголке комнаты. И спросила геда в упор:

— Оранжевые круги по всему Эр-Фроу — это глаза, которые видят все, что делают люди?

Ондар в ужасе вскрикнула. Карим, все еще сжимавший оружие, сначала побелел, потом покраснел. Лицо Гракса не изменилось, он во что-то напряженно вслушивался и, казалось, не собирался отвечать.

— Да. Оранжевые круги это наши глаза, — произнес он наконец.

После секундного замешательства Ондар начала вопить. Она ругалась и негодовала, забыв о страхе, который ей внушали геды. А Эйрис испытывала необыкновенное облегчение и торжество. Ее догадка оказалась верной, и гед не солгал ей, значит, все, что они говорили, — правда, сущая правда. Гракс мог бы и не сказать ей, для чего предназначались оранжевые круги, но он ответил на ее вопрос. Если раньше действия чужаков казались людям подозрительными, то это только потому, что они не умели задавать правильных вопросов. Надо научиться спрашивать, и геды на все ответят. Им можно доверять.

— …и не сказать нам? — продолжала кричать Ондар.

— Вы не спрашивали, — пророкотал Гракс, глядя не на нее, а на Эйрис.

— Я хочу спросить еще кое-что, — перебила Эйрис вопящую женщину. — Эта джелийская девушка — СуСу — не двигается и не говорит с тех пор, как вы забрали ее друга к себе. Я знаю, что есть лекарство, которое может вывести ее из шока, но делизийские лекари не так искусны, как… геды. Ты смог облегчить мою боль, так скажи, как приготовить лекарство, которое поможет СуСу?

Гракс перевел взгляд на бывшую проститутку.

— У людей есть лекарства, которые действуют на мозг?

Даже Ондар и Карим расслышали в его голосе напряженность, несвойственную гедам.

— У людей есть лекарства, которые действуют на мозг? — повторил свой вопрос Гракс. Теперь он обращался прямо к Кариму.

— Шок на поле сражения можно прервать нужным лекарством, — холодно ответил Карим.

Гед опустился на колени возле СуСу. Он не коснулся ее, но Эйрис показалось, что его взгляд исследовал едва заметные изгибы черепа девушки, будто это была незнакомая страна.

— Белый варвар умер, — проговорила Эйрис. Она уже догадалась об этом.

— Да. Я заберу девушку внутрь Стены. Мы не смогли помочь великану, но, может быть, сможем помочь ей.

— Почему бы не помочь СуСу здесь? — с подозрением спросила Эйрис, сердце у нее сжалось.

— Болезнь надо изучить, — Гракс выпрямился.

— Вы не знаете лекарства, чтобы прервать шок, да?

— Болезнь надо изучить, а потом применять лекарства. Дай мне забрать ее.

Странно! Раньше геды не спрашивали — они просто забрали варвара и все.

Зачем же делать это сейчас? И почему спрашивают именно ее, она не принадлежит к народу СуСу, не командует?

— Нет. Пусть она останется здесь — сказала Эйрис. Она хотела проверить, что скрывается за предложением геда. — СуСу должна говорить с людьми, чтобы справиться с шоком. Я видела такое раньше, не на поле битвы, как Карим, а после несчастного случая в стеклодувне. В Делизии. Пусть она останется со мной.

— Как хочешь, — отозвался Гракс и нахмурился.

Он нахмурился. Но Эйрис никогда прежде не видела, чтобы геды хмурились — она даже не была уверена, что правильно поняла выражение лица Гракса. На нем появилась гримаса и быстро исчезла. И все это было похоже на то, что он хмурится. И разрешает ей оставить СуСу у себя. Почему?

— Ты придешь завтра в Дом Обучения, — снова обратился Гракс к Эйрис. — Для всех людей Эр-Фроу Обучение закончилось, за исключением Обучения Оружию. Оно будет продолжаться. Обучение остальному окончилось, и только те, кто захочет, будут приходить на занятия гедов. Новое Обучение пойдет быстрее и легче, потому что учиться будут только те, у кого есть к этому склонности.

Он снова слегка нахмурился, и на этот раз Эйрис поняла, что гед не заметил того, что сделал.

Но Гракс, который уже начал перенимать мимику людей, еще не научился их вежливости. Он вышел сразу, как только сказал все, что хотел.

— Наблюдают за нами! В каждой комнате! — снова взорвалась Ондар.

— Эйрис, как ты узнала об этом? — спокойно спросил Карим. Он смотрел на нее глазами солдата: оценивающе и немного жестко.