Свет чужого солнца - Нэнси Кресс

— Положи ее в угол, Карим — да нет же, в угол, подальше от этих проводов, — сказала Ондар, которая вошла в комнату следом за Каримом. — Принеси мне воды из бани, много воды, чистое одеяло из нашей комнаты и чашу фруктовой каши. Фарима продавала сегодня утром свежую. Эйрис, у тебя есть еще одно полотенце?

СуСу, перемазанная соусом от жаркого, лежала с широко открытыми глазами. На теле у нее вздулись волдыри от ожогов. Казалось, она была мертва.

— Мы нашли ее на полу, в зале варвара, рядом со столом для раздачи пищи, — сказала Ондар. Карим нахмурился. Судя по всему, ему не нравилось принимать участие во всем этом. — Просто лежала там. СуСу не смогла пошевелиться, даже когда Карим поднял ее. Ни один другой солдат не захотел сделать этого. Я и сама могла бы поднять эту девочку. Взгляни на нее — словно тростинка!

Но Эйрис смотрела на то, что было зажато в руке СуСу. Ондар тоже заметила этот странный предмет и поспешила разжать пальцы девочки.

— Что это?.. Увеличитель гедов! Зачем он ей понадобился? — удивилась женщина.

Эйрис замерла. В тот краткий миг, когда Эйрис взглянула на темно-серый металлический прямоугольник в руке СуСу, в голове у нее возникли и закрутились страшно взволновавшие ее мысли: Карим нес СуСу, прижимая ее к себе правым боком, значит, прямоугольник был скрыть от оранжевых кругов, находившихся в коридоре и в нижнем зале. Ондар сказала «увеличитель», потому что прямоугольник был похож на коробку, которую геды показывали людям. Эйрис отчетливо представила себе Дахара и Гракса, с трудом тащивших тело варвара, увидела, как открывается Стена, как Гракс нажимает на углубления темно-серого прямоугольника и как исчезает и меняет форму вроф.

Вытянувшись во весь рост и даже не почувствовав боли, Эйрис вынула коробку из сжатых пальцев СуСу. Голова у нее закружилась… Гракс извлек эту коробку из-под своей одежды, как же СуСу смогла забрать ее у одного из гедов?

Дверь снова открылась. Решив, что это опять Келовар, Эйрис спрятала темную коробочку под подушку, на которой лежала.

— Я же сказала тебе, Келовар… — начала Эйрис и разглядела, что перед ней стоит не солдат, а Гракс.

Ондар, никогда прежде не видевшая оранжевого лоскута намотанного вокруг большого пальца геда, судорожно вздохнула и отступила в сторону. Эйрис почувствовала, как сердце бешено застучало у нее в груди, хотя какая-то часть ее мозга холодно отметила, что раньше она не смогла бы отличить Гракса от других гедов. Когда же она научилась это делать?

— Как ты вошел сюда? — спросила Ондар, потом вспомнила, с кем говорит, и закусила губу.

— Этот оранжевый вроф открывает любую дверь в Эр-Фроу, — ответил Гракс.

Карим тихо, но угрожающе зашевелился. Гракс, казалось, не обратил на это никакого внимания. В другой руке он держал что-то, сделанное из ткани и металлических трубок, ткань — в отличие от той, которая была на подушках и преобладала в Эр-Фроу — была абсолютно черной.

— Это для тебя, Эйрис, — спокойно произнес Гракс. — Устройство предназначено для поврежденных суставов гедов, но я его переделал, чтобы подошло тебе.

Он поставил предмет на пол и дотронулся до одной из трубок, на которой вроф образовывал ровный овал. Трубки превратились в открытый каркас, стянутый двумя кусками ткани. Ондар прижала руки ко рту — предмет плавал над полом на уровне коленей.

Одним быстрым движением Гракс наклонился и поднял Эйрис. Боль резко отозвалась в ноге, и она вскрикнула, не только от боли, но и от внезапного испуга. Ей вспомнилось, как гед нес варвара внутрь Стены. Руки Гракса, державшие ее, были вовсе не руками, в обычном смысле слова, женщину поддерживал вроф — твердая, прозрачная броня, окружавшая геда и его воздух. Ондар рванулась вперед, но подбежав к подруге, остановилась, не зная, что делать дальше. Тем временем гед успел положить Эйрис на стул, и чудо свершилось.

Больная сидела на одном куске ткани, другой кусок поддерживал ей спину.

Металлические трубки окружали сломанную ногу, которая внезапно перестала болеть.

— Что происходит? — спросила женщина.

— Твоя нога сейчас находится в заряженном поле, — объяснил Гракс. — Она в другом пространстве-времени, не в том, где боль.

Эйрис изумленно взглянула сначала на геда, потом на свою ногу. Ее окружал едва заметный слой, не тот блеск, что окружал стены из врофа, а словно сгустившийся воздух. Казалось, ногу окутал легкий туман.

— Это сила, природу которой ты пока не сможешь понять, — продолжал Гракс, — как раньше не могла понять электричества. Та сила, которая сейчас поддерживает твою ногу, переносит корабли между мирами. Ты сидишь в единственной такой… машине в Эр-Фроу, единственной машине в этом мире. Я покажу тебе, как управлять ею.

И гед объяснил Эйрис, как надо нажимать на черный овал левой рукой.

Стул, сделанный из черной ткани, двигался вперед, в стороны, поворачивался, медленно описывая четкий эллипс. Ондар в страхе прижалась к Кариму, а Эйрис подумала: «Но я же не левша, мне легче нажимать на овал правой рукой!»

Ее собственная глупость, явная неблагодарность и недальновидность поразили женщину. Затем последовал всплеск ужаса, подобный тому, который она испытала первый раз в Стене, когда магниты потянулись один к другому, и она приняла их за странных зверей, живых и прожорливых. Потом ужас и замешательство исчезли, и больная поняла, что это новое изобретение гедов, они научились использовать такие естественные силы, как солнечный свет, скрытый от людей просто потому, что Ком еще не повернулся из темноты к Первоутру. Это не волшебство. Это не волшебство, а наука.

Эйрис уверенно положила ладони на ручки стула и едва не пропустила выражение, появившееся на лице Гракса. Он рассматривал СуСу, неподвижно сжавшуюся в углу, и к чему-то прислушивался. Карим достал дробиночную трубку и угрожающе взглянул на геда.

— Это всего лишь стул для раненых, — спокойно сказал ему Гракс. — Здесь нечего бояться. Смотри. Она может в нем двигаться.

— Все в порядке, — сказала Эйрис Кариму и подумала: «А так ли это?»

— Но по лестнице на стуле спускаться нельзя, — продолжал гед. — Тебя придется нести. Находясь в нем, ты избежишь боли и смещения кости, которую вправил джелийский лекарь.

«О каком лекаре он говорит? — подумала Эйрис. — Наверное, гед узнал, что Дахар заново вправил ей кость, а может, он имеет в виду молоденькую сестру-легионера, за которой послала Джехан?» Она закрыла оранжевый круг в своей комнате, но геды все могли видеть через другие круги, в коридорах, мимо них Дахар проходил. Были круги и у лестницы, по которой он поднимался…

— Гракс, спасибо тебе за стул. Наука гедов обладает великой целительной силой. Ты не взглянешь на мою ногу — хорошо ли вправлена кость?