Драконы никогда не спят (сборник) - Антон Тудаков

Черт побери, да хоть и в электронном! Как можно заставить текстовый файл стучать хозяину о том, что его открыли, читают, читают, читают… Ага. А ведь действительно возможно!

Интересно, интересно…

– Эй, привет! – Это прямо на улице. Вообще-то у меня много знакомых, но обычно я их вижу первым, а не они меня. – Говорят, ты что-то большое строишь?

– Да не такое уж и большое. – Скорее всего, вопрос касался предыдущего проекта (ау, паранойя! так ли это?).

– А для меня там работы никакой нет?

– Увы, – это вслух, а про себя: «самому мало».

Тяжелые времена настали.

Впрочем, о работе надо бы вспомнить.

– Привет! – На это раз все нормально, я поздоровался первым. – Я слышал, ты VoiceOverIP интересуешься? И как?

– Да нормально. – Конкурент пожимает плечами. – Вот только стоят эти циски…

– Ага, – киваю, – это точно. Меньше пяти штук не видел. Правда, слышал о каком-то «Орехе» баксов так за двести. Конкурент знает меня не первый день и моментально делает стойку.

– А что оно умеет?

– Да, в общем-то, почти ничего, только вокодер…

Про себя: «а остальное элементарно делается программно, то есть в наших условиях – бесплатно…»

– И работает?

– Не знаю, – равнодушно пожимаю плечами. – Вообще-то я отечественной технике не очень доверяю. Вот если бы кто купил да попробовал…

– Так давай я…

«Ну вот, даже проще, чем я думал…»

– Ну давай…

Давай-давай, испытывай. Фиг ты их купишь где-нибудь кроме того места, которое я укажу.

А если пойдет голос, то чуть позже пойдет и видео; а если пойдет видео, то любой человек, попавший в поле зрения камеры на улице, в метро, в магазине, на площади, дома… Впрочем, нет, насчет дома – это я увлекся. Пока.

Время написания писем постепенно смещалось, и оказалось, что поздно ложиться не обязательно, – можно попросту встать пораньше.

И вдруг все закончилось.

Я внимательно пересмотрел все, что написал в прошлом письме… в позапрошлом… в поза-позапрошлом… короче, перечитал все и, разумеется, ничего обидного не нашел, потому что никогда бы ничего обидного не написал.

Женщины, однако, народ непредсказуемый… поэтому на всякий случай я перечитал все еще раз, снова ничего не нашел и, опять же на всякий случай, написал, что и в мыслях не было обидеть.

На четвертый день, несмотря на яростные протесты паранойи, я позволил себе слегка нарушить некоторые правила и через пару минут знал номер (черт побери, и здесь номера, куда мы катимся?!) телефона.

Который дырка в секьюрити.

Сто лет не звонил по обычному, войсовому телефону!

Трубка издала длинный гудок… еще один… еще… затем щелкнула, и я замер…

– Алло?

Голос, однако, принадлежал женщине явно старше.

– Здравствуйте, – пришлось произнести абсолютно нейтральным тоном. Черт возьми, кто как, но я через столько лет никогда бы не узнал… или узнал?

Меня, однако, узнали.

– А…

Удивительно, но, оказывается, в одном «А…» можно выразить и разочарование, и угасшую боль, и слабый интерес, и еще много-много-много чего… Я бы так не смог.

– Это ты. Ты, наверное, ничего не знаешь…

Кажется, уже знаю. Пол шевельнулся под ногами, экран и все окружающее подернулось дымкой… Ну!

– Она умерла…

Вот так. Значит, ко всем моим комплексам добавится еще и чувство вины. Права была паранойя, не стоило отвечать даже на самое первое письмо.

– … почти полтора года назад…

Только минут через десять я понял, что все еще сжимаю трубку в руке, что пальцы гудят, а в ухе до сих пор звучит «пиии… пиии… пиии…».

То есть не полтора года, конечно, но десять минут – тоже немало.

Вот как?

Ну что ж, теперь все понятно. Вот что бывает, когда недооцениваешь конкурентов. Тем не менее идея была хорошей, и когда я вычислю, кто это развлекся таким образом…

«Привет, – в этот раз письмо пришло утром. – Никаких обид, ну что ты. Просто я была слегка занята. Кстати, ты не подскажешь, как можно решить такую маленькую проблемку…»

Ага. Вот и qui prodest. Кто сейчас работает над этой «маленькой проблемкой», я примерно знаю, следовательно, могу устроить маленький сюрприз. Вирусы я, конечно, писал – по молодости, плохонькие – если честно. Всего и ценности в них было, что один – целиком на паскале, даже без ассемблерных вставок, а другой – на бат-командах, тоже без вставок, хоть говорили, что это невозможно… ха-ха.

К счастью, в данном случае задача облегчалась. Если противник сам просит прислать мину, то ее даже и маскировать не надо.

Поехали!

Письмо честно приползло на hotbox, полежало там, стукнуло мне о том, что поползло на один редиректор… хорошо… на другой редиректор… хорошо… на третий… плохо, потому что этот анонимным только называется, а на самом деле ведет довольно подробный протокол, хоть и думает, что об этом никто не знает… четвертый…

Я не сразу понял, что письмо не просто идет по некоему маршруту, а размножается, расходится уже по десяткам… сотням адресов… Черт возьми, в чем я ошибся? Там же механизма размножения и близко не было! А еще через некоторое время офигел полностью, потому что размножалось письмо не само по себе, а редиректорами – и с одной стороны, это было хорошо, потому что выпускать на свет очередную эпидемию не хотелось бы, а с другой – как я теперь вычислю среди этих сотен адресатов ту сволочь, которая обнаружила-таки дырку в моем секьюрити?

«Ох черт! – написал я вдогонку. – Слушай, я тут слегка ошибся, и решать твою маленькую проблемку лучше не так, а вот так…»

Второе письмо понеслось по тем же маршрутам… опа! Неправда, письмо понеслось по маршрутам совершенно иным. И иным адресатам. И другим редиректорам.

Третье письмо, уже откровенно тестовое, проследовало до hotbox’a и там и погибло.

«Если ты сделаешь это еще раз, я умру…» – В поле from был, конечно, все тот же hotbox, однако, судя по косвенным признакам, родилось оно прямо на моем ящике – вот предатель!

«Зачем ты это сделал? Разве я/мы мешали тебе? Разве я/мы мешали кому-нибудь?»

У меня вдруг по спине пробежал мороз и задрожали руки.

Четвертое письмо не содержало ни мин, ни трассеров, ни вообще никаких вложений, но представляло собой вопрос, ответить на который могла бы только она.

Она ответила.

И написала еще кое-что.

«Ну теперь-то ты веришь? – Оказывается, чтобы выразить иронию и насмешку, смайлики не нужны. – Эх ты… зверь-звереныш… Я думала, ты понятливей. Да ладно. Ну а теперь, ты, наверное, не откажешься помочь нам решить небольшую проблемку?»

Проблемка действительно оказалась небольшой, хотя и не настолько, чтобы решить ее с ходу. Странно, что они, оно – это хрупкое, невесомое, эфирное создание, возникшее наконец в сети, – не сделало этого само. Впрочем, не знаю, может, оно само вообще ничего не делало. Может, все делали такие же ослы-волонтеры, как я? Только у каждого под носом болталась своя морковка.

Тем не менее я решил «проблемку», решу и следующую, и буду служить новому хозяину так верно и радостно, как не служил раньше и самому себе.

Только бы… только бы ей, там, в нем, внутри этого нового бога, было не очень плохо.

А возможно… если я буду работать достаточно много и достаточно хорошо… может, он выделит место, крохотное местечко в несколько мегабайт, для нас?

Для двоих.

Александр Шакилов

Запчасти

(рассказ)

Горизонт – ровный надрез, заляпанный бликами пятой луны. Хочешь насладиться зрелищем? Без проблем: сними очки да ткни пальцем в бамбук жалюзи – и вперед, глазей! Забавно, да? А понимать, что именно сейчас тебе нужно быть двумя километрами ниже, забавнее вдвойне. Отсчет пошел. Пожарные лестницы, скоростные капсулы… не для тебя. Не твой стиль. Давно уже. Но сегодня придется.

По самую макушку покрывает ткань: нижнее белье, кимоно, пальто, хатимаки, шляпа… О, это навязчивое чувство обнаженности. Император-то голый, хо-хо! Ничего не можешь с собой поделать. Да и не хочешь. Профессиональная болезнь, имеет ли смысл бороться?

Шваркккк-ххх!! – будто взрывом вынесло дверь.

– Твою-ю-ю-ю!.. – схватившись за ногу (коэффициент два), подвывая и прикусив губу, из облака пыли в номер впрыгивает начальник РОМВД.

Ты молчишь. Стойка смирно – самая правильная поза, если босс нагрянул внезапно. Тем более если он заметил окровавленную голову дракона на циновке.

– Не понял?!! – рявкает тот, кого парни за глаза называют Планктоном. – Доложить по форме!!

Ты пожимаешь плечами. Что тут понимать?..

Сталь, бетон, суглинок и базальт. Проще говоря – Твердыня. Эх, сейчас бы развернуться на полную катушку: рога шлема вперед, руки к животу, прыжок. Энергозащита отражает залп в грудь и, следуя вектору потенциальной опасности, перетекает на спину. Ноги соприкасаются с горизонталью – защита вновь покрывает живот, лоб и голени. Покой и умиротворение, хриплое дыхание и дрожащие от усталости мышцы – все это внутри. Внешне – титан и композиты, мощь и сила…