Тренер Култи - Мариана Запата

так лучшие друзья относятся друг к другу? – как бы спрашивала я. – Правда?»

Он заметил мой взгляд, но предпочел не обращать внимания, потому что настроена я была не очень-то дружелюбно.

– Никакие обсуждения этого не изменят. Точка. Если вам нужно что-то еще, обратитесь к моему менеджеру.

– Сэл…

Я разрывалась между двух огней: не понимала, паниковать мне из-за скандала, в который они раздували ситуацию, или все же отстоять свою честь.

– Да мы же просто садимся в машину, – нерешительно заметила я.

Я была хорошим игроком, одним из самых стабильных в команде, но правда заключалась в том, что незаменимых людей не существовало. Я не могла позволить себе закатывать истерики, но в то же время голосок в голове нашептывал послать всех, – и под «всеми» я подразумевала Кордеро, – прямиком на хрен.

– Мисс Касильяс, думаю, все здесь прекрасно понимают, что вы не способны оценить… – начал Кордеро.

Култи подался вперед всем телом, – я не ожидала, что он так рьяно бросится меня защищать.

– Очень советую не заканчивать это предложение.

Гарднер кашлянул.

– Не надо горячиться. Я тебе верю, Сэл. Если ты говоришь, что вы друзья, – значит, так оно и есть. Ты никогда меня не обманывала. Думаю, мы все здесь хотим, чтобы сезон прошел спокойно и гладко. По крайней мере, спокойнее, чем он проходит сейчас.

– Это моя вина. Я возьму на себя ответственность за негатив в прессе, но не смейте винить ее за дружбу со мной, – сказал Култи. – Сэл ничего плохого не сделала.

– Мне кажется, вы не понимаете. Это плохо выглядит со стороны, – поспешно вклинилась Шина, пока никто ее не перебил. – Возможно, вы бы могли… не знаю, мистер Култи, я просто предложу пару идей, которые потом можно будет обсудить с рекламным агентом, но… не хотите ли вы что-нибудь сделать, чтобы отвлечь внимание от вашей… дружбы?..

– Сходить на свидание?

– Нет, – без колебаний ответил Култи.

– Но…

– Нет, – повторил он.

Шина в отчаянии посмотрела на меня.

– А ты, Сэл? Не хочешь сходить на свидание? Выложишь пару фото, и…

– Нет.

Только ответила ей не я. Ей ответил Култи, и в его голосе слышалась злость. Возражать я не стала.

– Сэл…

– Нет. – Снова Култи. – Я же сказал.

– Но…

– Хватит, – отрезал немец. – Я не пойду на свидание, и она тоже.

– Я и так постоянно делаю то, что вы от меня требуете. Но в этот раз не хочу, – осторожно пояснила я, стараясь сгладить враждебность, которую излучал сидящий рядом мужчина.

Кордеро язвительно хохотнул.

Десять минут спустя я обнаружила Култи у кабинета Гарднера. Мистер Кордеро ушел первым, а немец последовал сразу за ним. Шина осталась поговорить с Гарднером. Что еще они обсуждали, кроме нас с Култи?

– Тебе не о чем волноваться, – заверил меня Култи низким глубоким голосом.

Я почесала лоб, пытаясь отогнать досаду, вызванную только что закончившимся разговором. В груди поселилось неприятное ноющее чувство. Мне было не по себе, и, если честно, я очень боялась, что они попытаются вывернуть ситуацию не в мою пользу. Не знаю, откуда во мне проснулся такой пессимизм, но избавиться от него не получалось.

Култи толкнул меня локтем.

– Хватит волноваться, – приказал он.

Я моргнула и даже не подумала убрать локоть. Он назвал меня лучшим другом… приятно, конечно, но это не делало его меньшим придурком.

– Не могу, – шепнула я, когда мы подошли к лифту. – С Кордеро шутки плохи. Он меня на дух не переносит.

Култи посмотрел на меня с явным посылом расслабить булки.

– Все генеральные директора такие. Считают себя богами, но это не так. – Он снова подтолкнул меня локтем. – Тебе не о чем беспокоиться.

Сердце и разум с ним не согласились. Нервы потихоньку пожирали меня изнутри.

– Я не хочу уходить в другую команду и не хочу оказаться на скамье запасных.

Так, никакой паники. Никакой паники, я сказала.

Это не сборная, тут ничего такого не повторится. Я не виновата. Все хорошо.

Я прижала руки к бедрам и стиснула их, пытаясь успокоиться.

– Сэл. – Култи остановился прямо передо мной. – Ничего с тобой не случится. Я им не позволю, ты поняла?

Колени затряслись точно так же, как когда я оказывалась перед камерами. Господи, меня сейчас вырвет. Когда я так успела вспотеть? Прошло же всего две минуты?

– Сэл! – Голос немца стал громче, решительнее. Большие руки легли мне на плечи, разминая напряженные мышцы. – Никто тебя не заставит делать то, чего ты не хочешь, – сказал он мягко и успокаивающе. – Обещаю.

Именно из-за этого «обещаю» я подняла на него глаза, хотя в груди клубился отвратительный ужас.

– Мне здесь нравится.

Каре-зеленые глаза оказались совсем близко.

– Помнишь, сколько денег я заработал?

Захотелось ткнуть его кулаком в живот, но я все же кивнула.

– И что дальше?

– Я могу позволить себе лучших адвокатов.

– Предлагаешь их засудить? – Я закашлялась.

– Если придется.

Офигеть.

– Не хочу. Я просто хочу играть. Тут.

– Знаю. – Он сжал мои плечи. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Ты лучший игрок в команде. Никто тебя не прогонит.

И снова в самое сердце. Господи. Лучший игрок в команде? Хотелось жадно прибрать к рукам все комплименты и сберечь их на черный день, когда он снова назовет меня клушей, или даже на будущее, когда я постарею и не смогу больше играть. Буду сидеть и вспоминать, как Король, пятикратный чемпион мира, назвал меня лучшим игроком в команде.

Он потряс меня за руку.

– Ладно?

Я кивнула, пусть и слегка неуверенно.

– Ладно.

Култи кивнул и выдохнул. Под ясными глазами залегли тени.

– Когда я злюсь, мне трудно себя контролировать, – сказал он, слегка опустив голову; было видно, как тяжело ему даются эти слова.

– О, уж поверь, я знаю. – Я моргнула. – Наверное.

Немец тяжко вздохнул.

– Ты мой лучший друг.

Я чуть не закатила глаза. Ага, конечно. Я-то? «Лучший друг»? Меня и просто друг устроит. У Гарднера я согласилась, чтобы подыграть и выбраться сухой из воды.

Но… только я начала, как сразу остановилась. Култи не разбрасывался словами. То есть…

– Демонстрируешь ты это просто ужасно.

– Знаю. – Но он не извинился. – Я совершил немало поступков, о которых жалею, и порой мне трудно с ними справиться.

Я сощурилась, борясь с любопытством. Вряд ли мне еще доведется увидеть виноватого Райнера Култи. Быстренько оглядевшись, я убедилась, что нас никто не подслушивает, и прошептала:

– Ты правда водил машину в нетрезвом виде?

Получить ответ на этот вопрос оказалось не так просто, как я надеялась, но с большим трудом Култи все же кивнул.

Что ж. Ничего удивительного. Когда я