Попадать, так с музыкой! - Михаил Гуткин

— Так точно, все понятно.

— Замечательно. Счастливо оставаться.

116

Трофимов пошел вниз, а я продолжила путь наверх. В кабинете все было точно в том состоянии, как я его оставила вчера. Правда, пыли не заметила. Значит, его успели убрать. Ну и хорошо. Могу спокойно работать — никто не помешает. Усевшись за стол, вытащила из ящика бумагу и приступила. Вот что значит хорошая самописка. Не только не посадила ни одной кляксы, но, кажется, не сделала ни единой ошибки. И на все про все ушло около тридцати минут. Еще раз пробежала написанное глазами — вроде в норме. Из другого ящика вытащила картонную папку-скоросшиватель. Посмотрела еще в одном ящике — а там есть дырокол. Вообще отлично. Подшила все листы в папку, справа сверху на папке поставила гриф СС. Не знаю, имею ли я на это право, но решила, что хуже не будет. Вот только, что нужно написать на обложке, не знаю. Поэтому ничего не написала. В крайнем случае, сам Трофимов напишет. Взяла папку и двинулась на второй этаж.

Около кабинета Берии за столом сидел незнакомый капитан.

— Товарищ Северова?

— Так точно. Вот принесла отчет.

— Хорошо, давайте мне и садитесь, подождите.

Он взял отчет, пометил карандашом на нем время — 10:44 — и положил отчет в стол. Я скромненько уселась на стул в сторонке. Ждать пришлось довольно долго. Какие-то люди входили и выходили. И только минут через сорок капитан, выйдя о Берии, пригласил меня войти.

— Здравствуйте, Анна Петровна.

— Здравствуйте товарищ Берия.

— Вот возьмите эти материалы, — тут Берия протянул мне тоненькую папку с уже знакомым грифом ОГВ и продолжил, — внимательно все прочитайте и через тридцать минут возвращайтесь сюда.

Я взяла папку и вернулась в свой кабинет. Там открыла папку и очень удивилась. В ней лежали листы с картинками, очень похожими на те, что я рисовала сегодня ночью. Только тексты в рисунках были не рукописные, а напечатанные на машинке. И, присмотревшись внимательно, я заметила, что это был не первый экземпляр. Можно было сделать вывод, что все мои записи были перепечатаны и скомпонованы точно так же, как это сделала я. Стоп! Так же, но не совсем! Некоторые фрагменты моего оригинального текста отсутствовали. В частности, не было фрагмента о репрессиях. Значит, текст не просто перепечатали, а еще и тщательно отредактировали. Ну что же. Будем читать.

Я внимательно прочитала все бумаги. Отметила, что общая концепция осталась нетронутой, но убраны все моменты, касающиеся действия или бездействия товарища Сталина. При том, что перечисление всех недоработок военных с моими пометками осталось на месте. Хронология вообще вся сохранилась. Интересно, кто же это редактировал, и почему все напечатали в нескольких экземплярах? А чего гадать. Через несколько минут все узнаю. Аккуратно все собрала, завязала тесемки и вернулась в приемную Берия. Капитан, увидев меня, тут же встал и зашел в кабинет. Буквально через минуту он вышел и пригласил меня внутрь.

— Слушаю вас, товарищ Северова. Есть замечания, дополнения?

— Дополнений нет, товарищ Берия. Вот только тут не все материалы из моего отчета.

— Я знаю. Оригинал находится в другой папке. Теперь слушайте — до 17 часов вы свободны. В 17: 00 жду вас здесь. Идите.

Я повернулась и вышла. Интересно, что будет в 17 часов?

117

Ну и что теперь делать? Сейчас около 12. Вернуться я должна к 17, значит есть пять часов. из них минут сорок надо отвести на обед — кто знает, что и как потом будет, а то застряну, как сегодня, до ночи, и ку-ку. Вообще-то можно было бы заняться моими проблемами: найти консультанта по старинному оружию, само оружие в каких-либо музеях, в библиотеках пошарить, в конце концов. Но без Трофимова я в современной Москве не сориентируюсь. А метро только еще зарождается. Хотя стоп! От «Сокольников до Парка на метро.»[49] Это означает, что метро до Библиотеки имени Ленина уже ходит. А ехать отсюда, насколько я помню, всего две остановки.

Я решительно подошла к капитану, который только что вышел от Берии и уселся за стол.

— Товарищ капитан, разрешите обратиться.

— Слушаю вас, товарищ Северова.

— Я в Москве всего второй раз и плохо здесь ориентируюсь. Мне нужно попасть в Библиотеку имени Ленина. Туда идет метро, но как пройти в саму библиотеку? У меня из документов только удостоверение. И времени всего три или четыре часа. Не подскажете, как тут быть.

— Хорошо, подождите несколько минут, я вам помогу.

Капитан достал какую-то толстую книгу, что-то там поискал. Видно не нашел, потому что открыл уже другую книгу, по виду бухгалтерскую, и стал кому-то названивать.

— Сеня, привет. Скворцов беспокоит. Ты у нас Ленинку курируешь? Отлично. Сейчас к тебе подойдет человек от Самого. Ей нужно там поработать с книгами.

— Вам в спецхран? — это уже мне.

— Не знаю. Скорее всего, нет. В обычный читальный зал.

— Ей нужно поработать в обычном читальном зале. Посодействуй с проходом и поговори, чтобы ей материалы побыстрее подбирали, а то времени у нее всего пара часов. Сам проводишь? Отлично. У какого выхода будешь ждать? Понял. Через пять минут к тебе подойдет высокая красивая девушка. Анна Петровна Северова. Ты ее, пожалуйста, не обижай, а то, несмотря на внешность, рука у нее тяжелая. Вчера за плохое поведение двух человек в госпиталь отправила. Не шучу. Не веришь мне, спроси у Трофимова. До связи.

— Вам все понятно, Анна Петровна? Идите к выходу номер три. Там вас будет ждать капитан Астафьев. Он все обеспечит.

— Спасибо, товарищ капитан.

Я спустилась и прошла к выходу номер три. Там уже стоял низенький, но очень широкий в плечах капитан.

— Товарищ Астафьев? Разрешите обратиться? Младший лейтенант Северова.

— Так точно, я Астафьев. Идемте, провожу вас в библиотеку. Сколько у вас времени?

— Мне нужно быть здесь в 17:00.

— Да, времени не слишком много, но кое-что, наверняка, успеете. По крайней мере, я вас представлю, чтобы потом вы могли сами туда проходить по удостоверению и работать столько, сколько нужно.

Мы вышли, перешли площадь, которая была заметно меньше современной мне Лубянки. Да и Детского мира еще не было и в помине. Спустились в метро. Там прошли мимо контролера, показав наши удостоверения. Короче через двадцать минут мы уже входили в Библиотеку имени Ленина, правда, вход был не главный, а какой-то боковой. Прямо у входа капитан Астафьев вызвал начальника первого отдела библиотеки.

118

Подошел прихрамывающий мужик, про которого ни за что бы не сказала, что он библиотечный работник. Впрочем, он и не был им. Первый отдел следит не за книгами, а за секретностью.

— Сан Саныч. Приветствую тебя. Вот рекомендую нашего сотрудника, Северову Анну Петровну. У нее от руководства задание, для выполнения которого нужно поработать в вашей библиотеке. Ты помоги ей, чтобы все побыстрее делали. И запомни, потому что ей, может быть, еще несколько раз придется к вам приходить.

— Все сделаю в лучшем виде. Не извольте беспокоиться, товарищ капитан.

— Вот и хорошо. Оставляю ее на тебя. Счастливо работать, Анна Петровна.

С этими словами капитан повернулся и ушел, а я осталась в обществе Сан Саныча.

— Анна Петровна. Извините, но порядок есть порядок. Позвольте посмотреть ваше удостоверение.

Я протянула ему свои корочки. Сан Саныч внимательно все прочитал, после чего успокоился и сказал.

— Идемте, в какой зал желаете?

— Сан Саныч. Я здесь первый раз в жизни и ничего не знаю. Мне нужно посмотреть книги по старинному оружию. Луки там, арбалеты, пращи и тому подобное. Так как время у меня очень мало, то для начала достаточно две — три книжки. И комнату, где их можно спокойно читать.

— Все понял. Сейчас сделаем. Идите за мной.

Мы пошли какими-то коридорами, неожиданно вышли в большой зал. Там прошли еще немного, и Сан Саныч остановился около столика, за которым сидела пожилая совершенно седая женщина.

— Елена Викторовна. Вот товарищ из органов, — тут женщина немного дернулась, а Сан Саныч спокойно продолжил. — Ее интересуют книги по старинному оружию. Она в нашей библиотеке первый раз и у нее мало времени. Возьмите над ней шефство, пожалуйста.

Женщина облегченно вздохнула и сказала.

— Не беспокойтесь, Александр Александрович. Все сделаю.

Сан Саныч ушел, а женщина выслушала мои запросы, попросила подождать минут двадцать и куда-то отошла. Вернулась она примерно через полчаса с двумя толстыми томами.

— Идемте, товарищ младший лейтенант.

Меня проводили в небольшую комнату с несколькими столами, причем на каждом столе стояла настольная лампа. Комната в данный момент была пуста.

— Садитесь, пожалуйста. Здесь вас никто не будет беспокоить.

Потом она посмотрела на меня, и как-то нерешительно сказала.