Жена напоказ 2 (СИ) - Счастная Елена

“Я что-то нашёл, Рен, — заговорщически сообщил шинакорн. — Как будто какая-то магическая защита мешает, но след тёмной ауры тут определённо есть!”

— Чьей?

“Пока неясно. Но источник где-то в подвале!”

Лабьету, видно, стоило немалых усилий сохранять внешнее спокойствие. Он сел с другой стороны от кресла старика и замер, навострив уши. Но кончик его хвоста нетерпеливо подрагивал.

— И никаких просьб мадемуазель Паграйс в ответ вы не исполняли?

Маг заметно нахмурился, отчего его изрытое морщинами лицо стало ещё недоброжелательнее.

— Да что я сделать-то могу, ваша светлость, — он всплеснул руками. — Я и хожу-то порой не очень. Да и аура уже не та. Хоть и светлая, прошу заметить. Можете даже проверить!

Ренельд кивнул.

— Проверю, если будет нужно.

Они замолчали — и в этот самый миг тишины в подполе дома явственно что-то грохнуло. После затопало, зазвенело металлом о металл и стихло.

— Что у вас там? — Ренельд улыбнулся, выражая мимолётное любопытство. — Домашние животные?

— Где? — совершенно невинно переспросил маг. — Тут у нас неподалёку шахты. Так бывает, доносится какое-то громыхание. Взрывают, наверное. что-то.

Он уставился своими водянистыми глазами и непонимающе наморщил лоб. Старого солдата оказалось не так-то просто вывести из равновесия! Зато Лабьет не выдержал — заскулил. Вскочил с места и загарцевал, всем своим видом требуя, чтобы на него обратили внимание. И  уж тем более — пошли проверять, что же там там гремит.

“Рен, там кто-то есть. Я нюхал отдушину у основания дома — с той стороны”.

— Я могу взглянуть? — Ренельд встал.

И старик подскочил с кресла с удивительной расторопностью. А говорил, что еле шевелится!

— Я ни в чём перед Короной не виноват. И не совершал ничего противозаконного! С чего бы вам обыскивать мой дом? Какое вы имеете на это право? Я хочу увидеть ордер!

— Это легко, — Ренельд вынул из портфеля аккуратно сложенный листок ордера, заверенного по всем правилам.

Уж сколько раз приходилось убеждаться, что люди требуют ордер чаще всего именно тогда, когда им есть что скрывать. Маг со всей въедливостью разглядел документ и даже магпечать поскрёб ногтем.

“Да хватит уже время тянуть!” — взвинтился Лабьет, когда процесс исчерпал себя.

— Хорошо, пройдёмте, — наконец буркнул месье де Рив.

Ренельд вошёл в дом следом за хозяином. Огляделся: обстановка устаревшая, мебель ещё крепкая, но сработанная явно по моде этак двадцатилетней давности. Вокруг немного пыльно, но заметно, что, кроме самого старика тут наводит порядок ещё кто-то. Даже окна помыты.

— У меня были слуги, когда дети жили здесь. А потом я решил, что не хочу видеть здесь никого постороннего.

— А как же мадемуазель Паграйс?

— Она не посторонняя! — возмутился старик. — Ну, что вы хотите увидеть?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ваш подвал.

Старик закряхтел, зашаркал ногами по полу ещё усерднее. Но всё же зажёг свечи в канделябре ровно в тот миг, когда Лабьет уже пригрозил “хватануть его за тощий старческий зад”.

Совсем неспешно хозяин повёл гостей к двери подвала. С большой неохотой, будто по дороге пытался придумать, что же ему делать и как выкрутиться из той ситуации, в которую он попал.

“Если он сейчас скажет, что потерял ключ, я его точно укушу!”

Ключ был при нём, иначе пришлось бы ломать дверь. Но уже перед тем, как старик ступил внутрь, он вдруг обернулся.

— Я не виноват ни в чём, ваша светлость. Я всю жизнь верой и правдой…

— Я знаю. Вас просто попросили об услуге. Верно?

Старик сокрушённо кашлянул и пошёл вниз. Но не успели все спуститься с лестницы, как затемнённого подвала донёсся угрожающий и в то же время наполненный надеждой рык.

Ещё пара шагов — и желтоватый свет выхватил из мрака свернувшуюся у стены фигуру зверя, и правда похожего на шинакорна. Такая же шерсть, только вся в обрывках соломы, такой же гребень на спине и шипы — на хвосте. Только рожек на голове не было — лишь небольшие бугорки.

— Ли… — Ренельд приблизился, вытянув перед собой руку, когда зверь вскочил на лапы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Самка была настроена не слишком дружелюбно: скалилась и выгибала спину, словно готовясь к прыжку.

“Вот же фурия! — восхищённо проблеял Лабьет, будто его опоили. — Рен, дай я!”

Он, слегка пригибая голову, подбежал к ней и обнюхал, тихо поскуливая. Самка настороженно подняла уши и покосилась на него с явной растерянностью. Клацнула зубами — для острастки — и пёс тут же остановился, глядя на неё исподлобья. “Дама” обречённо вздохнула и через миг осторожно завиляла хвостом.

— Мы не причиним тебе вреда! — спокойно проговорил Ренельд. — Ты понимаешь меня?

“Понимает! Только между вами нет ментального канала”.

Жаль, но что ж, она хотя бы перестала огрызаться.

— И давно она у вас? — Ренельд повернулся к притаившемуся за спиной старику.

Тот немного попятился.

— Да недели две. Как Оли привела её сюда. Попросила присмотреть. Сказала, пока не решит вопрос со Службой учёта призванных существ, лучше не говорить никому, что она здесь. Мне нужно было только её кормить и выгуливать по ночам, когда все спят. И рано утром. А я всё равно сейчас поздно засыпаю и встаю на рассвете. Мне не сложно. Он покладистая так-то. Но как будто боится кого-то. Вас вот увидела, зарычала.

“Она дала нам понять, что здесь”, — Лабьет упал на брюхо рядом с самкой и протянул нос к её носу.

— Нравится? — Ренельд усмехнулся.

“Такая маленькая… Ну прямо, как мадам Конфетка по сравнению с тобой”.

Да, самка и правда казалась небольшой, гораздо меньше Лабьета. Более хрупкой и слегка напуганной.

— Откуда она у мадемуазель Паграйс, вы знаете?

— Нет, — маг замотал головой. — Кажется, приблудная.

Как же… Такие звери просто так по лесам и дорогам не бегают.

— Мы заберём её, — Ренельд подошёл, чтобы отстегнуть солидную цепь, к которой крепился ошейник пленницы.

— Но ваша светлость. Зачем она вам? Ну да, держать призванных существ разрешается только по особой лицензии…

— Вот хотя бы поэтому. Остальное вам знать не обязательно.

Он отцепил толстенный карабин с одной стороны цепи, затем — с другой.

— Сбегать не будешь? — посмотрел в глаза Ли, а та слегка набычилась, но рычать не стала.

“Не сбежит, — пояснил Лабьет, радостно подскакивая на лапы. — Я за неё ручаюсь”.

— Вот как! Вы знакомы всего пару минут, а ты за неё уже ручаешься…

Лабьет только фыркнул, не считая нужным пояснять свои мотивы. Да тут и так всё было видно: маленькая самочка всколыхнула в нём все рыцарские чувства, на которые он вообще был способен.

— Ваша светлость… — маг потоптался на крыльце, провожая нежданный и незваных гостей. — Что теперь мне будет? Не хотелось бы на старости лет оказаться в темнице.

— Если вы покажете, что держали у себя шинакорна по просьбе Оли Паграйс, то вряд ли вас упекут. Но мне придётся за вами приглядеть. Не рекомендую вам никуда уезжать. И пока никому не рассказывайте о том, что случилось.

— Но Оли…

— Боюсь, мадемуазель Паграйс сюда уже не вернётся. Не в ближайшее время.

Глава 17

Я со всем рвением принялась выполнять поручение Ренельда. Сроду в своей жизни в таких количествах не занималась женскими глупостями! Кажется, мой будуар временно стал любимым местом сбора всех придворных аристократок моложе двадцати пяти.

В первый же день они прознали, что я вызвала к себе мадам Берэтт, чтобы устроить грандиозный выбор тканей и фасонов самых модных платьев. Портниха воодушевилась, хоть у неё и так хватало работы. В мою гостиную робко начали подтягиваться заинтересованные девушки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Скоро вокруг стоял такой гомон, которому позавидовали бы верещащие на ветках по весне воробьи. Оли, которая и была целью моего модного перфоманса, тоже увлечённо планировала пошив новых платьев. На жалование гувернантки много себе не позволишь, потому я решил тряхнуть мошной и буквально велела ей заказывать всё, что захочется.