Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Кит Гейв

Стив таким образом показал свое уважение к Славе – не просто за то короткое время, которое он провел с «Ред Уингз», но вообще за его вклад в хоккей, в том числе на международной арене. За тот вызов, которой он бросил советскому режиму. Слава Фетисов привез в Детройт свой международный опыт и выиграл самый главный трофей в хоккее – Кубок Стэнли. Стиви это понимал. Он высоко ценил его характер. Он знал, что Фетисов – уникальный спортсмен, каких в мире не так много. Я рад, что мне довелось стать свидетелем этого события.

Такие же чувства испытывал и Никлас Лидстрем, который, будучи шведом, прекрасно понимал, что североамериканские игроки несправедливо критиковали европейцев.

– Этим Стиви показал свое огромное уважение к русским игрокам, и в частности к Славе, – считает Лидстрем. – А когда Слава и Игорь покатили вместе с кубком, это в каком-то смысле стало символом преодоленного ими барьера.

Сергей Федоров никогда не забудет тот момент и что он для него значил.

– Это достойно уважения, – говорит он. – Это первый кубок «Ред Уингз» за многие годы, и это первая победа команды НХЛ, в составе которой было столько русских. Я так рад, что Стиви это сделал. Я бы в жизни об этом не подумал. А когда Слава позвал с собой Игоря… Они навсегда стали друзьями.

– Это было очень важно для Славы и Игоря. Но самое главное, что Стив Айзерман показал им свое уважение, как и вся команда, – добавляет Слава Козлов. – Они заслужили такое почтение. Было здорово это видеть. Они трудились в поте лица, чтобы вернуть Кубок Стэнли в Детройт.

За этими событиями не менее пристально следили в восьми тысячах километров на восток – и все российские болельщики, и люди из офиса ЦСКА.

– Когда мы впятером играли в Детройте, в России был большой интерес к Национальной хоккейной лиге, – объясняет Ларионов. – Мы же на родине тоже выступали в красной форме. Мы были «Большой красной машиной». В Детройте играли за «Красные крылья», и финальные матчи показывали по телевизору. Многие люди смотрели их в три часа ночи. К этому был большой интерес. Так что «Детройт» в каком-то смысле стал народной командой в России.

Федоров добавил:

– Благодаря нашей команде многие российские болельщики поняли, что им есть за кого переживать в Северной Америке – в такой прекрасной и серьезной лиге. Они видели, что российские игроки выступают там вполне неплохо. Поэтому «Детройт» стал их любимой командой.

Даже годы спустя Федоров постоянно находил подтверждение тому, что болельщики в России пристально следили за его выступлениями. Он уехал искать счастья в Северной Америке и был молодым человеком, которого никто толком не знал за пределами спорткомплекса ЦСКА. Однако когда он спустя десять лет вернулся в Россию, люди узнавали его на улицах. Они понимали, что им на пути встретилась звезда «Детройт Ред Уингз».

– Я думаю: «Ничего себе!» – рассказывает Федоров. – Понимал, что все началось тогда, когда Слава и Игорь подняли вместе кубок. С этого момента болельщики стали нас узнавать и в России, и во всем мире.

Через пару дней после сухой победы в серии над «Филадельфией» Айзерман признался в интервью канадскому спортивному телеканалу TSN, что думал о том, как он поступит с Кубком Стэнли, если когда-нибудь его выиграет.

– Я за несколько дней уже прикидывал, кому его отдам, – рассказывает он. – У меня было несколько вариантов. Но потом я решил, что отдам его Славе – во многом из-за того, что я не знал, завершит он карьеру или нет. Мне хотелось отдать кубок ему, потому что у него была потрясающая карьера. Он выиграл все, что только можно, и он прекрасный парень, его все любят у нас в команде. И если он решит завершить карьеру, то пускай это станет ее финальным аккордом.

Годы спустя Айзерман говорит, что понимает и ценит символизм в том, что он передал кубок именно Фетисову. Но на самом деле он просто хотел показать свое безмерное уважение к ветерану. И свою любовь.

– Я считал, что было логично отдать кубок ветеранам – Славе и Игорю. Ими восхищались и их уважали не только остальные русские игроки, но и вся команда. Они пользовались популярностью. Это были абсолютно уникальные люди. Они очень гордились своими русскими корнями и достижениями в карьере. Кроме того, они очень хотели выиграть Кубок Стэнли. В этом не было никаких сомнений. Они были нашими партнерами и друзьями, и мы их любили.

На пресс-конференции после игры Фетисов светился от счастья. Он поднял пластиковый стаканчик с шампанским и обратился с тостом к собравшимся журналистам.

– Давайте выпьем, – сказал он. – Я тридцать девять лет ждал этого момента. Для меня выиграть кубок сейчас, почти в конце карьеры – это подарок свыше.

По поводу того, что он прокатился с Кубком Стэнли вместе со своим партнером по «Ред Уингз» и ЦСКА Игорем Ларионовым, Фетисов добавил: «Я этого до конца жизни не забуду».

Не забудет и центр Звена Разрушителей – Крис Дрэйпер, который прекрасно может воссоздать те события по памяти.

– Стиви подъехал с кубком к Славе, и тот подозвал к себе Игоря. Он хотел, чтобы они вместе с ним совершили круг почета. Знаете, у меня сейчас даже мурашки по телу пошли от этих воспоминаний. Это был очень радостный момент, – делится Дрэйпер. – Можно только представить, через что они вместе прошли, играя сначала за знаменитый ЦСКА, а потом и здесь.

Думаю, что в семидесятых и восьмидесятых было понятно, что они станут чемпионами мира, что выиграют золото Олимпиады. Но нельзя было представить, что однажды они завоюют Кубок Стэнли. А они это сделали. Положили конец неудачам «Детройта» и стали обладателями Кубка Стэнли.

Глава 17. Ирония судьбы

В динамиках «Джо Луис Арены» гремел неподражаемый голос Фредди Меркьюри. Это была серенада в честь «Детройт Ред Уингз», катавшихся по льду с Кубком Стэнли над головой. Песня «We Are The Champions» группы Queen – наверное, самое избитое клише в мире спорта. Однако от этого она не становится хуже.

После игры тем незабываемым июньским вечером 1997 года она разносилась по