Великая война. Верховные главнокомандующие - Юрий Никифорович Данилов

«Рад вновь доказать мою любовь к Родине, в чем Россия до сих пор не сомневалась».

И он, Великий князь, глубоко уязвленный, отошел в сторону.

П. К. Кондзеровский

В ставке Верховного

Текст печатается по изданию: Кондзеровский П. К. В ставке Верховного, 1914–1917: Воспоминания дежур. генерала при Верхов. главнокомандующем. Париж, 1967. 129 с.

Император Николай II и Великий князь Николай Николаевич в районе Перемышля. Весна 1915 г.

Предисловие

В войну 1914–1917 гг. я, в течение почти трех лет, с самого ее начала и до 25 мая 1917 г. занимал должность дежурного генерала при Верховном главнокомандующем. Таким образом, мне пришлось нести эту должность сначала при Великом князе Николае Николаевиче, затем, с конца августа 1915 и до начала марта 1917 г., при Государе Императоре и последние три месяца – при генерале М. В. Алексееве, как раз до дня приезда нового Верховного – генерала [А. А.] Брусилова.

За эти три года мне пришлось быть близким свидетелем настолько интересных событий, что с моей стороны было бы недобросовестно не поделиться всем мною пережитым с другими. Однако я долго не решался приступить к изложению своих воспоминаний, главным образом потому, что, кроме памяти, у меня нет в настоящее время решительно ничего под руками, никакой опоры или канвы, тогда как в Петербурге остался мой дневник, который я вел довольно аккуратно с весны 1915 г. и который, при своем бегстве заграницу, я, к сожалению, оставил на сохранение у одних знакомых.

Надежда вернуться скоро на родину и иметь тогда возможность написать свои воспоминания на основании ежедневной записи мною событий и останавливала меня. Но время идет, и опасение, что это интересное прошлое исчезнет из моей памяти, а дневника своего я, может быть, никогда не увижу, заставляет меня взяться за перо теперь.

Часть 1

Глава 1

Мобилизация. Мое новое назначение. Приготовления к отъезду. Главный штаб, его работа по управлению дежурного генерала.

Ко времени начала европейской войны я уже шестой год занимал должность дежурного генерала Главного штаба. Так как название это может дать превратное понятие о моих обязанностях, то считаю необходимым пояснить, что дежурный генерал ведал всем личным составом армии. Таким образом, в моем ведении были сосредоточены: производство во все чины, назначения на должности, награды, переводы, ведение списков обо всех офицерах, и, наконец, выпуск Высочайших приказов. Кроме того, по своей должности, я состоял докладчиком и делопроизводителем Высшей аттестационной комиссии. Дело было очень большое и ответственное, работы было масса, но я его любил, отдавался ему всей душой.

Я был еще не стар (к началу войны мне было 45 лет) и справлялся со своим делом, могу сказать со спокойной совестью, хорошо. Только повторявшиеся иногда припадки болезни печени требовали от времени до времени лечения на водах. В 1914 г. я, с разрешения военного министра, 10 июля[221] со всей своей семьей отправился на Кавказ, в Ессентуки.

Титульный лист книги П. К. Конзеровского «В Ставке Верховного» 1967

Кондзеровский Петр Константинович (1869–1929). Военный деятель, генерал-лейтенант (1914). Окончил 2-е военное Константиновское училище (1889) и Николаевскую академию Генерального штаба (1895). Из училища выпущен подпоручиком с прикомандированием к Лейб-гвардии Егерскому полку. Подпоручик Гвардии (1889), поручик (1893), штабс-капитан Гвардии с переименованием в капитаны Генерального штаба (1895). Состоял при Финляндском военном округе. В 1897–1899 гг. – обер-офицер для особых поручений при штабе 18-го армейского корпуса. В 1898–1899 гг. – отбывал цензовое командование ротой в Лейб-гвардии Егерском полку. С 1899 г. – столоначальник Главного штаба. Подполковник (1900). С 1901 г. – младший делопроизводитель канцелярии Военно-ученого комитета Главного штаба; с 1902 г. – начальник 4-го, с 1903 г. – 14-го отделений Главного штаба. Полковник (1904). С 1905 г. – член Хозяйственного комитета; с 1907 г. – исполняющий должность помощника дежурного генерала Главного штаба; с 1908 г. – дежурный генерал Главного штаба. Генерал-майор (1909).

С началом Первой мировой войны – дежурный генерал при Верховном главнокомандующем; на этом посту оставался при Великом князе Николае Николаевиче и Императоре Николае II. Награжден всеми орденами (кроме Георгиевского оружия и ордена Святого Георгия) всех степеней, доступных для его чина (без мечей).

После Февральской революции потерял пост; в апреле 1917 г. назначен членом Военного совета. В мае – в отпуске в Кисловодске; по возвращению в Петроград не получил назначения, уволен в отставку. В 1918 переехал с семьей в Финляндию. Участник Белого движения в рядах Северо-Западной армий; с начала 1919 г. член военно-политического центра в Финляндии, в мае – июле 1919 г. – начальник штаба и помощник главнокомандующего генерала Н. Н. Юденича; с октября 1919 г. – помощник главкома Северо-Западной армии по должности военного министра; в ноябре назначен представителем армии в Финляндии.

В эмиграции во Франции. После поражения белых армий в конце 1920 г. переехал из Гельсингфорса в Париж. С начала 1925 г. – начальник военной канцелярии Великого князя Николая Николаевича. Член объединения Лейб-гвардии Егерского полка. Умер в Париже. Похоронен на городском парижском кладбище Батиньоль.

Генерал-лейтенант П. К. Конзеровский. 1916 г.

Уже выехав из Петербурга (поезд отходил рано утром), я прочел газеты и увидел, что сербско-австрийский конфликт осложняется: был объявлен австрийский ультиматум. Сам я всегда плохо следил за политикой, но как же начальник Главного штаба и военный министр могли отпустить меня? Из Харькова я послал телеграмму с запросом, не следует ли мне вернуться. Приехав в Ессентуки, я узнал, что офицеры, по вызову своих частей, спешно разъезжаются. С большим трудом удалось достать билеты для себя и для семьи и со следующим прямым курьерским поездом вернуться в Петербург. В отсутствии я был всего шесть дней, но уже шла мобилизация.

От встретившего меня моего помощника, генерала [А. П.] Архангельского,[222] я узнал, что назначаюсь дежурным генералом при Верховном главнокомандующем, а что начальником штаба будет генерал [Н. Н.] Янушкевич.

На другое утро, явившись начальнику Главного штаба по случаю приезда, я отправился к своему новому начальнику, Н. Н. Янушкевичу, которого я знал хорошо; он окончил Академию Генерального штаба позже меня, но, как артиллерист, был немного старше меня по службе и был только что произведен в генерал-лейтенанты. Мы были знакомы домами и лично у меня отношение к Н[иколаю] Н[иколаевичу] было самое лучшее, дружеское. Он отвечал всегда тем же. От Н[иколая] Н[иколаевича] я узнал, что мое назначение было предрешено давно, по мобилизационному плану, согласно которому были заранее намечены поименно главнокомандующие фронтами и командующие армиями.

Это было для меня новостью, совершенно непонятной; меня, всегда настолько умевшего хранить секреты, что военный министр называл меня самым секретным человеком, не сочли нужным поставить заранее в известность о моем предназначении. Из-за этого я совершенно не был знаком с предстоящей мне работой. Еще предшествовавшей зимой мне было предложено сделать выбор нескольких