Дневник Верховского - Юрий Сафронов

Эти связи начали завязываться с начала 1850-х годов с простого дачного знакомства в Павловске при посредстве нижегородского помещика, в то время надворного советника Александра Александровича Ковалькова — зятя всесильного министра императорского двора графа Владимира Федоровича Адлерберга. Овдовев в 1859 году, А.А. Ковальков в 1886 году женился на отставной актрисе императорских театров девице Марии Петровне Смирновой (1832—1897).

А.А. Ковальков и обе его сестры имели еще одну высокую покровительницу, свою бабушку — действительную тайную советницу, статс-даму Наталью Федотовну Плещееву (урожд. Веригину), бывшую в молодости предметом кратковременного увлечения императора Павла I. Н.Ф. Плещеева имела в Павловске в Пиковом пер. большой собственный деревянный дом «со службами, оранжереями и землею». После смерти бабушки, последовавшей 6 февраля 1855 года (отпета в Казанском соборе) дом, согласно ее духовному завещанию, перешел в собственность А.А. Ковалькова, и в нем некоторое время проживал и граф Адлерберг с семейством. Как и Н.Н. Колошин, А.А. Ковальков станет членом Совета министра внутренних дел и тайным советником.

В ранней юности Н.Н. Колошин смог вместе с родителями побывать за границей, что было во времена Николая I во всех отношениях непросто… Имения родового, благоприобретенного (по состоянию на 1853 год) не имел.

По окончании в 1843 году курса наук в Императорском Московском университете по философскому факультету Колошин был удостоен звания кандидата. По «Всеподданейшему» докладу товарища министра народного просвещения, согласно прошению Колошина, он был принят в Министерство внутренних дел (без содержания) с прикомандированием для занятий к Департаменту общих дел министерства с 1844 года марта 24; коллежский секретарь в 1844-м, определен старшим помощником столоначальника с 17 июля 1846 года{259}. Состоял в МВД по распоряжению министра{260}. Произведен в коллежские ассесоры в 1851, надворный советник на должности старшего производителя работ в Статистическом комитете с 20 сентября 1854 года; в чин коллежского советника с назначением старшим редактором Земского отдела Центрального статистического комитета Министерства внутренних дел 27.11.1858 года; произведен в статские советники в 1859 году; приказом по МВД № 2 от 7 января 1861 года назначен чиновником особых поручений V класса при министре внутренних дел (14 января того же года предписано оставаться при исправлении прежних обязанностей); назначен помощником управляющего Земским отделом того же министерства в том же году и находился в этой должности до 1869 года, причем неоднократно управлял отделом и исполнял весьма важные и по особому доверию возлагавшиеся на него поручения, в том числе и по Нижегородской губернии, куда был командирован весной 1863 года сроком на полгода; произведен в действительные статские советники в 1862 году; назначен членом Совета министра внутренних дел 14 марта 1869 года; произведен в тайные советники в 1872 году. Был членом «Высшей комиссии для пересмотра действующих о евреях в империи законов», образованной по Высочайше утвержденному 4 февраля 1883 года докладу министра Внутренних дел. Записка комиссии, формулировавшая мнение большинства членов, клонившееся к постепенной отмене ограничений, была подписана: гр. Паленом, Герардом, Колошиным, Георгиевским, Мицкевичем, Мартенсом, Лозина-Лозинским и Н. Голицыным{261}.

Высокий социальный статус, которого Н.Н. Колошин добился своими трудами, позволил ему со временем определить своего внука Александра в пажи к императорскому двору. Жизненный путь А.И. Верховского был надолго определен…

В конце 1870-х — начале 1880-х годов Н.Н. Колошин женился на дворянке, девице Александре Николаевне Тройской (р.21.01.1841), младшей дочери надворного советника Николая Александровича Тройского. Этот брак был бездетным{262}.

В молодых годах столоначальник Н.Н. Колошин привлекался (по выражению самого Колошина, был притянут) по делу петрашевцев. Проживал он тогда вместе с Дмитрием Фонвизиным в доме А.Х. Пеля (совр. ул. Пестеля в д. 12). По сведению СВ. Житомирской в статье «Встречи декабристов с петрашевцами», Д.М. Фонвизин, в это время уже смертельно больной туберкулезом, в августе 1849 г., по совету Пирогова, поехал лечиться на Кавказ. Это избавило его от ареста и допроса по делу петрашевцев — предписание об аресте Фонвизина было дано Л.В. Дубельтом 28 августа, бумаги его были взяты при аресте Колошина, жившего вместе с ним, и возвращены Колошину в январе 1850 года.

По распоряжению секретной следственной комиссии чинами корпуса жандармов и полиции Н.Н. Колошин был арестован и заключен в Петропавловскую крепость. После допроса, учиненного 2 августа 1849 года, он был признан «неприкосновенным» к делу Петрашевского и освобожден{263}.

Заслуживает внимания, что в деле петрашевцев ошибка случилась и с братьями Достоевскими: вместо Федора Михайловича сначала был арестован его брат Михаил, вскоре, впрочем, отпущенный на свободу. Последствия ареста все же сказались: сотрудники III отделения долго чинили Н.Н. Колошину препятствия для получения загранпаспорта. В конце концов по рекомендации доктора медицины профессора Петра Блументроста Н.Н. Колошин добился своего. По Высочайшему разрешению, полученному 10 мая 1857 года, он убыл для лечения «худосочия» на зарубежном курорте за границу сроком на 6 месяцев, поскольку лечение на Липецких минеральных водах ему не помогло. Интересная деталь: загранпаспорт выдавался не иначе, как по Высочайшему соизволению и представлял собой красочно оформленный документ, размером с газету.

В то же время Н.Н. Колошин был человек практичный. Кроме службы в МВД, коллежский советник Н.Н. Колошин некоторое время был в составе дирекции «Общества страхования скота в С.-Петербурге»{264}.

При всем том Колошин не был черствым чиновником, был человеком открытым и даже мог позабавить сослуживцев своим артистическим талантом, подражая известному писателю и «говоруну» И.Ф. Горбунову, показывая в лицах весь процесс представления чиновников к наградам и вызывая тем хохот «от души»{265}. Не боялся откровенно высказываться (по терминологии Артемьева — «витийствовать» о пользе свободы книгопечатания. С начальством держался без подобострастия, а с некоторыми даже и фамильярно…

Сестра А.И. Верховского Татьяна Михайловна (внучка Н.Н. Колошина), основываясь на семейных преданиях, сделала в 1965 году попытку найти документальное подтверждение его происхождения от кого-либо из декабристов Колошиных и направила запрос в Центральный государственный исторический архив СССР (сейчас РГИА). Ответ из ЦГИА был неопределенно-отрицательный: «Установить родство с декабристом Колошиным по документальным материалам ЦГИА СССР не представляется возможным»{266}.